Англия и США – великие пиратские империи - Александр Борисович Широкорад

2 мая американский десант занял Кавите. Испанцы отошли к Маниле. Американцы заключили с филиппинскими повстанцами соглашение о совместной борьбе против испанцев. 8 июня повстанцы заняли Лас-Пиньяс и Параньяке, очистив от испанцев окрестности Манилы. В течение июня сопротивление испанцев было сломлено, и 3 июля была провозглашена независимость Филиппинской республики.

Испанцы сохранили контроль лишь над частью архипелага, в то время как большую его часть контролировали филиппинские повстанцы, продолжавшие боевые действия против испанских колониальных войск. Обескровленные и утомлённые испанские войска терпели одно поражение за другим. Ко времени передачи островов американцам под контролем испанской администрации остался лишь один крупный остров.

После прибытия американских подкреплений 13 августа американские и филиппинские войска начали штурм Манилы, и через четыре часа испанские войска капитулировали.

20 июня американский бронепалубный крейсер «Чарльстон» и три транспорта с солдатами прибыли к Гуаму. С «Чарльстона» было произведено несколько выстрелов по старой испанской крепости, но ответного огня не последовало и не было видимых повреждений крепости. Скорее всего, снаряды пролетели мимо, так как капитан морской пехоты Гуама Педро Дуарте решил, что судно салютует, и послал гонца в столицу острова – город Хагатна, находящийся в 10 км от Пити, с сообщением прислать губернатора, чтобы дать ответный салют. Делегация острова села в лодку и направилась к американскому кораблю.

Но когда они поднялись на борт «Чарльстона», то узнали, что между Испанией и США объявлена война и крейсер прибыл для захвата острова. Испанские чиновники были поражены этой новостью. Они были объявлены военнопленными и в капитанской каюте крейсера стали обсуждать условия капитуляции, которая состоялась 21 июня 1898 г.

Губернатором острова до прихода американской администрации был назначен Франсеск Мартинес Портусач. Попрощавшись с жителями Гуама, «Чарльстон» и три транспорта 22 июня отбыли на Филиппинские острова. Крейсер принимал участие в захвате Манилы и Субик-Бэй. Потерпел крушение и затонул 2 ноября 1899 г., когда наскочил на подводный риф недалеко от острова Лусон.

12 августа США и Испания заключили перемирие. Согласно заключённому в декабре 1898 г. Парижскому мирному договору, завершившему войну, Испания отказалась от прав на Кубу, уступила США Пуэрто-Рико и другие острова, находящиеся под её суверенитетом в Вест-Индии, уступила США Филиппинские острова за двадцать миллионов долларов, уступила США Гуам.

Куба была провозглашена независимым государством, однако она попала под сильное влияние США, а Пуэрто-Рико, Филиппины и Гуам стали владениями США.

Почему автор столь подробно остановился на политической и пропагандистской стороне испано-американской войны? Это была первая захватническая война за пределами континента, а главное то, что по этой схеме США начнут десятки войн в ХХ и начале XXI века.

Глава 21

Как Англия втянула мир в великую войну

Кто развязал Первую мировую войну? Российские политики, военные и интеллигенты в 1914–1917 гг. брызгали слюной, доказывая, что Вильгельм II решил завоевать весь мир, а проклятые боши только тем и занимались, что зверски пытали пленных, насиловали, а затем убивали женщин.

Честно говоря, спорить с этой публикой лень. Достаточно вспомнить, что 3 марта 1918 г. большевики заключили Брестский мир, и сразу в течение 3–4 месяцев на оккупированную немцами территорию бывшей Российской империи прибыло свыше 300 тысяч русских офицеров, чиновников, интервентов и т. д.

Десятки тысяч русских офицеров подались в создаваемые немцами формирования: гетманскую армию, Северо-Западную армию, а политики, журналисты и просто бывшие квасные патриоты начали выдавать восторженные статьи и речи о гуманизме и цивилизаторской миссии германской армии.

Но наступил 1991 г., и новые либералы запели о Германии песни образца 1914–1917 гг. Дошло до того, что виновником Первой мировой войны был объявлен… Ленин. Он де до 1914 г. много писал о надвигавшейся войне, значит он её и устроил.

В феврале 1914 г., то есть за полгода до начала мировой войны, бывший министр внутренних дел в 1905–1906 гг., монархист Пётр Николаевич Дурново подал царю обширную докладную записку. Николай II её видел, но читал ли – неизвестно.

В записке указывалось:

«Центральным фактором переживаемого нами периода мировой истории является соперничество Англии и Германии. Это соперничество неминуемо должно привести к вооружённой борьбе между ними, исход которой, по всей вероятности, будет смертельным для побежденной стороны.

<…>

С другой стороны – мощная континентальная держава, ограниченная территория которой недостаточна для возросшего населения. Поэтому она прямо и открыто заявила, что будущее её на морях, со сказочной быстротой развила огромную мировую торговлю, построила, для её охраны, грозный военный флот и знаменитой маркой Made in Germany создала смертельную опасность промышленно-экономическому благосостоянию соперницы. Естественно, что Англия не может сдаться без боя, и между нею и Германией неизбежна борьба не на жизнь, а на смерть. Предстоящее в результате отмеченного соперничества вооружённое столкновение ни в коем случае не может свестись к единоборству Англии и Германии.

<…>

Стоило, однако, нам стать на путь тесного сближения с Англией, как тотчас последовало присоединение Боснии и Герцеговины, которое так легко и безболезненно могло быть осуществлено в 1905 или 1906 г., затем возник вопрос Албанский и комбинация с принцем Видом. Русская дипломатия попробовала ответить на австрийские происки образованием Балканского союза, но эта комбинация, как и следовало ожидать, оказалась совершенно эфемерною. По идее направленная против Австрии, она сразу же обратилась против Турции и распалась на дележе захваченной у этой последней добычи. В результате получилось только окончательное прикрепление Турции к Германии, в которой она не без основания видит единственную свою покровительницу. Действительно, русско-английское сближение, очевидно, для Турции равносильно отказу Англии от традиционной её политики закрытия для нас Дарданелл, а образование, под покровительством России, Балканского союза явилось прямой угрозой дальнейшему существованию Турции, как Европейского государства. Итак, англо-русское сближение ничего реально-полезного для нас до сего времени не принесло. В будущем оно неизбежно сулит нам вооружённое столкновение с Германией.

<…>

Главная тяжесть войны, несомненно, выпадет на нашу долю, так как Англия к принятию широкого участия в континентальной войне едва ли способна, а Франция, бедная людским материалом, при тех колоссальных потерях, которыми будет сопровождаться война при современных условиях военной техники, вероятно, будет придерживаться строго оборонительной тактики. Роль тарана, пробивающего самую толщу немецкой обороны, достанется нам, а между тем сколько факторов будет против нас и сколько на них нам придется потратить и сил, и внимания.

<…>

Далее неблагоприятным для нашей обороны обстоятельством является вообще чрезмерная её зависимость от иностранной промышленности, что, в связи с отмеченным уже прекращением сколько-нибудь удобных заграничных сообщений, создаст ряд трудноодолимых