Бастард Великой Орды - Андрей Абрамов

— Платит, — атаман тряхнул бородой. — Только то золото потом смертью обернётся. А у нас семьи! Убедился я, что Пахом с Савелием не брехали. Так что, комендант Кром, я готов тебе присягнуть. Велес тому свидетель.

На пару ударов сердца повисла тишина.

Мы с Прохором стоял друг напротив друга, пока орклины в другом конце комнаты занимались своим делом. Деревянная поварёшка продолжала постукивать по пузатым бокам котелка. Сухая стружка с шелестом сыпалась на пыльный пол.

— Хорошо, я поверю тебе. Но перед тем, как наступит рассвет, ты и твои люди принесёте клятву на крови, — я развернулся на месте, смотря атаману прямо в глаза. — Знаешь, что случится, если ты хотя бы подумаешь причинить мне или моим людям вред?

Прохор мрачно поднял на меня взгляд. В его глазах читалась твёрдая уверенность.

— Умру в страшных муках! — без страха выпалил он. — И все мои люди тоже.

Я коротко кивнул. Теперь этот человек понимает, в какой капкан лезет, если вдруг надумает предать меня.

— Во двор. Не будем терять ни минуты, — я развернулся и зашагал к выходу. Прохор уверенно затопал следом.

Во дворе нас уже ждали. Молодцы атамана смотрели на меня волком — не удивительно, в отличие от моей стражи они знали всю правду, а потому ждали хоть какого-то сигнала от своего командира, и дождались.

Прохор остановился перед своей ватагой, окинул всех долгим тяжёлым взглядом, и кивнул. Те облегчённо выдохнули.

— Мы в дружине, — без предисловий выпалил он сиплым от волнения голосом. — Комендант Кром принял мой ответ, но мы должны принести клятву на крови. Таков уговор. И он справедливый.

Над оравой пролетел лёгкий ропот. Кто-то яростно перешёптывался с соседями. Кто-то просто уставился в одну точку, прокручивая в голове смысл сказанного. Через пару ударов сердца по головам прошлась волна. Люди начали подниматься, вставая с земли.

Сначала один, потом второй, потом сразу трое. Вскоре перед центральным костром стояли все, подбадривающе кивая друг другу.

Прохор развернулся на каблуках, смотря на меня горящими от адреналина глазами.

— Мы готовы, комендант, — отрезал он. — Начинай.

Я повернулся, ища глазами Урзула. Тот стоял поодаль, привалившись плечом к сторожке, мрачно поглядывая на происходящее. Он оторвался от стены и приблизился, чеканя каждый шаг.

— Готовь клятвенный ритуал, — сухо бросил я и смотря прямо в глаза шамана, процедил. — Нас хотят перебить.

Урзул замер, будто его хватил паралич. Кустистые брови сошлись на переносице.

— Кто? Эти? — выдохнул он, оглядываясь по сторонам.

Я не глядя кивнул назад, где за моей спиной стояли люди Прохора.

— Прохор наймит. Нанялся там к какому-то гоблу, а тот хочет отомстить мне за убийство Зурга. Помнишь такого?

Урзул сосредоточенно дёрнул подбородком.

— Прохора послали к нам, чтобы он со своими молодцами ночью перебил стражу на стене и открыл ворота.

Рука Урзула схватилась за рукоять кинжала. Потянула его из ножен. Во все стороны хлынула волна Силы, напитывая Круги на запястье.

— Стой! — я накрыл его руку своей и с силой вогнал кинжал обратно. — До этого он общался с ореховскими. Те рассказали про нас. Прохор захотел проверить всё сам и решил присягнуть мне.

Урзул шумно выдохнул, гася ярость.

— Понял, — он оглянулся. — Где проводить?

— Прямо здесь. У костра, — я махнул рукой. — Потом общий сход. Будем говорить.

Урзул без слов сорвался с места к дверям башни, я же повернулся к Зарре, стоящей чуть поодаль.

— Найди Молоха. Пусть бежит сюда. Срочно!

Зарра кивнула и отправилась выполнять поручение. Урзул вернулся через пару минут с двумя глиняными чашами.

— Начинаем, — бросил он, подходя к воинам Прохора.

Шаман припал на колено, опустил чаши рядом. Протянул руку к земле и начертил когтем круг. Отступил с полпальца. Ещё один круг. Следом пошла череда рунных символов. В центр поставил одну чашу. В неё положил какой-то артефакт, сделанный из костей и кристаллов.

— Готовы? — он поднял голову к атаману.

Тот уверенно тряхнул головой, делая шаг вперёд.

— Я первый!

Урзул дёрнул кинжал из ножен, приложил его к своей ладони и медленно провёл лезвием. На артефакт капнула тёмная кровь.

— Теперь ты, — он повернулся ко мне.

Я подошёл и протянул руку. Шаман полоснул меня по ладони, разрезав кожу по диагонали. Кровь тонкой струйкой потекла в чашу, покрывая артефакт и смешиваясь с кровью шамана.

— Здесь кровь того, кому будет принесена клятва и кровь свидетеля, — пояснил он, вставая с колена, ловко подхватывая вторую чашу. — Теперь кровь дающих клятву. Всех!

Прохор без колебаний протянул ладонь. Урзул сделал длинный разрез. Узкая полоска на коже тут же покрылась выступившими каплями крови.

За спиной атамана к тому времени уже тянулась вереница людей. Все двадцать четыре человека.

Каждый подходил с раскрытой ладонью и протягивал её над чашей. Через пару минут чаша была полна до краёв.

Урзул сунул нож в ножны и перехватил её двумя руками, поднося к губам, будто бы хотел испить из неё.

Глаза превратились в две узкие прорези. Губы зашептали слова заклинания. Взгляд устремился к стоящим перед чашей воинам.

Через мгновение кровь внутри пошла кругом, постепенно закручиваясь в воронку. Над поверхностью полыхнуло синее пламя, отразившись в глазах людей голубыми огоньками.

Урзул что-то ещё буркнул и одним движением вылил кровь в другую чашу, стоящую посреди рунного круга. Огонь взметнулся вверх, принимая дань, и угас.

Люди с облегчением выдохнули, рассматривая свои ладони. На месте кровоточащего пореза теперь розовел свежий шрам.

Шаман выпрямился, расправляя плечи. Его взгляд скользнул по сгрудившимся вокруг него людям и остановился на мне.

— Запомните все! С этого момента между вами заключён кровный договор! Любой злой помысл или действие против коменданта Крома обернётся для вас смертельной платой. Ритуал завершён.

Я нашёл взглядом подоспевшего командира стражи.

— Верните им оружие. Отныне они в гарнизоне острога и отвечают за его охрану.

Новоприбывшие взметнули руки к небу, крича от радости. Прохор широко улыбался, оглядывая собравшихся вокруг стражников и селян.

Когда вопли и свист поутихли, я вышел вперёд.

— Теперь пришло время обсудить план.

В главных палатах башни, за дубовым столом, собрались пятеро: я, Молох, Урзул, Зарра и Прохор Сапожник. Посреди стола была расстелена кожаная карта с обозначенными на ней острогом и его