Взаимоотношения Ирана и Центральной Азии. Тенденции и перспективы - Мехди Санаи

в своем подходе к данному вопросу уделяет внимание следующим принципам: 1) отделение религии от политики; 2) руководство религиозными делами под контролем государства и государственных институтов; 3) предотвращение социальных отклонений в сторону религиозных экстремистских сект, таких как движение «Талибан» и «Хизб ут-Тахрир»; 4) возрождение религиозной идентичности на основе ислама и в качестве мусульманской страны [90: 179].

Рассматривая в общих чертах религиозную ситуацию в Казахстане, следует отметить, что, несмотря на географическую отдаленность страны от исламских центров, ее народ искренне и пре-

1 Казахская философия признана в качестве гуманистической философии, что подтверждается произведениями таких древних мыслителей, как аль-Фараби, ходжа Ахмед Ясави, или идеями таких знаменитых личностей позднего периода, как Шакарим и Абай. Поэтому нельзя полагать, что казахская философия является философской системой, основанной только на местной истории и автохтонной культуре. Это гибридная философия, направленная на обогащение интеллектуальных основ, возвышение общественных идей и на возрождение общества после его освобождения от культурных и политических оков коммунистического периода.

данно придерживался ислама, и ислам смог оказать глубокое влияние на сознание, поведение и традиции народа страны. Процесс распространения ислама в Казахстане отличался непринужденностью, мягкостью и спокойствием. Конечно, в обществе в целом данный процесс не смог полностью противостоять определенному влиянию западной культуры – к примеру, в религиозных центрах и мечетях наблюдается неописуемый энтузиазм и стремление молодежи к участию в пятничном намазе, и духовное управление мусульман в этом направлении проделало большую работу, но одновременно в области правил ношения исламской одежды и осведомленности широких масс о предписаниях шариата общество все еще находится в начальной стадии.

В области культуры Иран и Казахстан объединяют религиозные связи и наличие в языке иранцев и казахов большого количества общих слов. Кроме того, общее культурное прошлое двух народов четко прослеживается также и в произведениях знаменитых мыслителей и поэтов, в национальных символах, обычаях и традициях, в языке и литературе. Конечно, такая историческая общность не ограничивается только Казахстаном, ведь в целом Иран имел подобные отношения со всеми странами и народами Центрально-Азиатского региона, и часть их была рассмотрена в предыдущих разделах настоящей книги. Многие персоязычные ученые и поэты, с одной стороны, являются выходцами из Центральной Азии, а с другой стороны, поэты из этого региона, такие как Махтумкули, ‘Али Ширвани, Садриддин ‘Айни, Абай, Мухтар Ауезов и другие, признают себя учениками школы персидской поэзии.

Кроме того, южная часть Казахстана исторически относится к культурному бассейну Хорезма и Хорасана, и основные очаги казахской цивилизации расположены именно в этой части, которая отличается особой близостью с иранской культурой. К тому же часть Казахстана расположена в географическом ареале исторического Турана, жизнь населения которого описана в мифологических сказаниях из великой поэмы Фирдоуси «Шахнаме», по этой причине считающейся одним из важных источников при изучении древней истории казахов. Помимо того, многочисленные книги, написанные иранскими авторами на персидском и арабском языке, также признаются казахскими исследователями в качестве надежных источников. Примером здесь может служить книга под названием «Та’рихе Рашиди» («Рашидова история»), написанная Мухаммадом Хайдаром Дулати (XVI век).

Ясно, что связь казахской литературы с персидской вовсе не нова, литературные связи между предками казахов и иранцами существовали еще в доисламские времена. Но с возникновением ислама связи стали более близкими и продуктивными, литературное взаимодействие между казахами и иранцами на регулярной основе началось в IX и X веках, о чем свидетельствуют общие смысловые моменты, встречающиеся в литературных произведениях казахских и иранских поэтов. Раньше персидский язык среди ученых, богословов и поэтов Казахстана был вполне популярным, они испытали влияние иранских поэтических и прозаических произведений и широко ими пользовались. Так, Абай, великий поэт и мыслитель Казахстана, с огромной любовью и уважением относился к Хафизу и к персидской литературе.

Именно вследствие глубокого влияния персидской литературы примерно 3 тысячи персидских слов вошли в лексический фонд казахского языка. Соответственно, в персидскую речь также проникло немало слов из этого региона. Как было отмечено, казахский язык является одним из тюркских языков, а в персидском языке наблюдается заметное присутствие тюркских терминов. Словом, одним из общих показателей культурной общности народов Казахстана и Ирана являются именно языковые и литературные взаимосвязи.

Проживание определенных групп иранцев на территории Казахстана и, наоборот, наличие отдельных групп казахов в составе иранского общества также оказалось эффективным в плане сохранения культурной и исторической общности между двумя народами. Культурным взаимодействиям в древности в части традиций, обычаев, научных знаний весьма способствовал, помимо обычной торговли, и Великий шелковый путь, который исторически стал мостом между различными культурами и этносами. В этом смысле влияние иранской культуры заметно в сохранившихся памятниках архитектуры. В качестве примера можно привести мавзолей ходжи Ахмеда Ясави в городе Туркестане (Южно-Казахстанская область), общий вид которого напоминает архитектурные особенности исторических зданий Ирана.

С точки зрения культуры Иран и Казахстан очень близки, а такие мыслители, как ходжа Ахмед Ясави или аль-Фараби, пользуются в обеих странах огромной популярностью. По этой причине в 1993 году в Казахстане при посольстве Исламской Республики Иран открылось Культурное представительство, возглавляемое атташе по культуре, а впоследствии и советником посольства по вопросам культуры. 28 марта 1993 года между Исламской

Республикой Иран и Республикой Казахстан было заключено соглашение о взаимодействии в области культуры. Первое знакомство казахских ученых с научными достижениями Ирана состоялось в том же году. Тогда же в Национальной академии наук Казахстана прошла встреча с президентом Ирана господином Хашими Рафсанджани, на которой были заложены основы сотрудничества между учеными двух стран. За прошедшее время Казахстаном были установлены научные связи с Тегеранским университетом, Мешхедским университетом, Университетом Шариф, Технологическим университетом имени Амира Кабира и Региональной научно-технической библиотекой [119].

В ходе визита Назарбаева в Иран состоялись также важные переговоры с иранской стороной относительно сотрудничества в области науки, исследований, культуры и спорта. В 2001 году по итогам поездки посла Исламской Республики Иран по Южно-Казахстанской области в Алма-Ате было установлено, что персидский язык должен преподаваться в государственном университете этой области в качестве первого изучаемого языка. Кроме того, Государственный университет имени Ауезова в Чимкентской области заявил о своей готовности открыть у себя отделение персидского языка и литературы. Было решено установить постоянные связи с Мешхедским университетом, а также обеспечить кабинет персидского языка университета в Чимкентской области учебниками, учебными пособиями и необходимым оборудованием для изучения персидского языка [147].

Ныне персидский язык преподается в школах, колледжах и высших учебных заведениях Казахстана, и две страны осуществляют многочисленные программы по обмену спортсменами и туристами [9: 494]. Первая кафедра персидского языка была учреждена на факультете востоковедения Казахского национального университета