Таверна на прокачку 4 - Олег Валентинович Ковальчук

Следом я взял ложку и зачерпнул уже готовый вчерашний соус, и одновременно помешивая, пустил тонкую струю энергии воздуха прямо в котелок.

Содержимое закрутилось по спирали. Ингредиенты начали сливаться, и через полминуты в кувшине была гладкая, однородная масса с зелёными крапинками трав. По запаху вышла точная копия вчерашнего, да и по виду тоже.

Я взял чистую ложку и попробовал. Вышло идеально. Тот же вкус, та же глубина, то же мягкая послевкусие от душницы.

Конечно, можно было бы поэкспериментировать и сделать новый соус, но сейчас не хотелось лишний раз рисковать.

Но главное, мне удалось самостоятельно применить метод, которому учил Антоний. Без наставника и без подсказок. К слову, система это тоже оценила:

Зельеварение: +1,8

Кулинария: +1,2

Острый ум: +2,1

Воздушный клинок: +0,4

Я с лёгкой грустью улыбнулся. Антоний бы одобрил, что его старания не прошли в пустую.

— Макс! — Борис возник у моего рабочего стола. Его лицо выражало недовольство. — Я вам тут важного гостя привёл, а вы будто и не замечаете старого друга и главного поставщика!

— Спасибо, Борис, — кивнул я, — Сам видишь. у нас аншлаг, и секунды для передышки нет.

— Это хорошо, значит дело идёт. А вот у Петра наоборот запустение, — он подмигнул мне. — А я в дорогу собирался, но хотел заехать напоследок, узнать, как дела, а тут встретил старого товарища по ремеслу. Перехватил его, пока тот по глупости к Петру не пошёл! Так ему и сказал: зачем тебе туда? Пойдём, попробуешь, как настоящие повара готовят! — он искоса взглянул на дальний стол.

Я проследил за его взглядом.

Там разместились девять человек. Пятеро крепких воинов в дорожных плащах, при мечах. Невысокий мужчина в хорошо сшитой одежде. Одет он был в камзол из тёмно-синей ткани, с серебряной застёжкой на поясе. Рядом юная девушка с тёмными волосами, собранными в косу, с белой кожей и нежно розовыми губами. Глаза её были серыми. Красивая девушка, не как Елена, конечно, но очень приятная. Чуть в стороне сидел пухлощёкий толстяк, который то и дело что-то бормотал, озираясь с тревожным видом. Особняком держался крепкий усатый воин, сурово поглядывающий на пятерых бойцов. Судя по повадкам, начальник охраны. Этот сидел так, чтобы видеть и дверь, и окна, и при этом не упускать из виду мужчину в синем камзоле.

Купец явно из зажиточных, раз может позволить себе такую свиту.

— Моих друзей лучше обслужить в первую очередь, — заявил Борис. — А то уйдут. Но если им понравится, поверь, ты не пожалеешь. Это очень большие и важные люди.

— Не такой уж он и большой, — заметил Генка, проходя мимо с тарелками. — Зато вот тот пухлый — очень уж большой. Макс, ты говорил, если много есть, стану таким? Но в дверь-то он вошёл. Значит, и я смогу.

Борис шикнул на парня, нервно оглянувшись, не услышал ли купец. Я подавил улыбку.

— Ему еще есть куда расти, — улыбнулся я.

Я сообразил, что гости так и не сделали заказ. Борис привёл их, усадил и убежал ко мне, а они сидят и ждут.

Не долго думая, я кивнул Борису, а затем вытер руки о фартук и направился к ним сам.

— Доброго утра, путники, — поздоровался я. — Рад приветствовать вас в нашем заведении. Сегодня вас буду обслуживать я, меня зовут Макс. Могу вам предложить на завтрак сладкую тыквенную кашу, или наше коронное блюдо — шаурму разных размеров, а ещё утренний бодрящий взвар.

Девушка выслушала с интересом, чуть наклонив голову. Купец удивлённо приподнял брови. Воины поглядывали с подозрением, будто я пришёл по душу их нанимателя, хотя они на всех так глядели, не только на меня. Толстяк же смотрел с откровенным пренебрежением, хотя, скользнув взглядом по моей куртке и добротным сапогам, поджал губы, явно прикидывая их стоимость.

— А у тебя хорошие манеры, юноша, — произнёс купец. — Неужто учился в городе?

Вот это прокол. Не думал, что кто-то обратит на это внимание. Я мысленно выругался и тут же сделал вид попроще, внимание привлекать отчего-то не хотелось.

— Тутошний я, из-под деревни вылез, — ответил я с простецкой улыбкой. — Как дядька Колька к себе взял, так и работаю здеся. А еще дядька Колька научил эту фразу всем гостям говорить.

Подражая Генке, я вытер нос рукавом.

Купец поглядел на меня с прищуром, и с явным недоверием. Толстяк поджал губы и отвернулся, мол понятно всё.

— Я буду кашу, — ответила девушка негромко.

Воины тоже попросили кашу.

Купец, немного подумав, с достоинством произнёс:

— Я, пожалуй, попробую ту самую шаурму, от которой все в таком восторге.

А люди вокруг и правда закатывали глаза и издавали полные блаженства звуки.

— Вам большую или маленькую? — спросил я.

— Среднюю.

— А мне и кашу, и маленькую шаурму, — заявил толстяк. — Посмотрим, что тут у вас за стряпня. — Судя по его выражению лица, на чудо он не надеялся, и явно ожидал в лучшем случае подслащенные помои.

Ну подождите, я вас сейчас удивлю. Заодно проверю, так ли я хорош по меркам этого мира. Судя по словам Бориса, эти гости и правда не из бедных и привыкли к определённому уровню комфорта. Одно дело удивлять землепашцев, и совсем другое угодить изнеженным богачам.

— Будет исполнено, — я слегка склонил голову и умчался к стойке.

Заказ приготовил быстро: пять мисок каши, одна большая шаурма для купца, одна маленькая для толстяка, плюс миска каши ему же. Отнёс сам, в три захода. Девушка взяла ложку и попробовала кашу. Ела она сдержанно и аккуратно, но по тому, как дрогнули её ресницы, я понял, что она сильно удивлена. Это заставило меня довольно улыбнуться.

Купец, ей под стать, ел неторопливо, но на меня по-прежнему поглядывал с подозрением. Его явно не убедил мой маленький спектакль. Воины ели с аппетитом, шумно обменивались репликами, но бдительности при этом не теряли.

Толстяк взял шаурму двумя пухлыми пальцами, принюхался с видом человека, которому принесли портянки вместо еды, а потом с явным пренебрежением откусил.

А потом я и заметить не успел, как шаурма испарилась. Руки толстяка двигались с такой скоростью, которой позавидовал бы воин второго ранга.