Репортаж о докторе Зорге - Юлиус Мадер

пакт». «Антикоминтерновский пакт», направленный против СССР и против социального прогресса во всем мире, был заключен в Берлине еще 25 ноября 1936 года. Его подписали высший чин СС Иоахим фон Риббентроп как Чрезвычайный и Полномочный посол Германии и Полномочный посол Японии виконт Кинтомо Мусанакодзи. Позднее к «антикоминтерновскому пакту» присоединились фашистская Италия и другие фашистские государства Европы и Азии. Подписанные в рамках этого пакта секретные дополнительные соглашения уже предусматривали тесное военное сотрудничество империалистических партнеров. Возникший на этой основе «Тройственный пакт», представлявший собой соглашение исключительно военного характера с первоначальным сроком действия 10 лет, был подписан 27 сентября 1940 года Германией, Японией и Италией с целью «установить и поддерживать в Европе и Азии новый (фашистский — Ю. М.) порядок». Под этим пактом поставили свои подписи И. фон Риббентроп, ставший к тому времени министром иностранных дел, его итальянский коллега граф Чиано и посол Японии в Берлине Сабуро Курусу. Этот фашистский альянс подтверждал обязательство Японии признавать и уважать «руководящую роль» Германии и Италии в установлении «нового порядка» в Европе, в то время как в азиатском регионе аналогичные привилегии предоставлялись Японии. Информацию о переговорах относительно заключения «Тройственного пакта» Зорге направил в генштаб Красной Армии еще 24 июня 1939 года.

Директива № 24 верховного командования вермахта уже предусматривала специальные мероприятия, направленные на осуществление разбойничьих замыслов фашистов. Спустя двадцать два дня после появления этой директивы посла Отта вызвали в Берлин. Гитлер беседовал с отставным генерал-майором о своих планах, при этом речь конечно зашла о сроках нападения на СССР и о направлениях главных ударов. Всю эту информацию Отт несколько дней спустя «привез» в Токио, в посольство Германии, своему «другу» доктору Зорге, которого уже в течение нескольких лет посвящал во все тайны. Как уже упоминалось, Зорге еще 26 апреля получил возможность уточнить рядом деталей свои предупреждения о грозящей СССР опасности.

После тайного совещания в марте 1941 г. в Берлине: Гитлер, за ним — министр иностранных дел рейха фон Риббентроп, справа от него — министр иностранных дел Японии Мацуока, слева — генерал Осима.

Он успевал побывать всюду: доктор Зорге (крайний справа) на приеме, организованном германским посольством для ведущих государственных деятелей Японии.

Участники секретного совещания фашистских разведслужб в Берлине: оберфюрер СС в аппарате службы безопасности, профессор Франц Зикс (сидит, второй слева) и японский генерал Хироси Осима (сидит в середине) со своими советниками.

Источники информации разведгруппы Зорге в Японии в 1933–1941 годах.

Как же реагировал Рихард Зорге на то, что его сообщения, содержавшие исключительно ценную политическую и стратегическую информацию, были в Москве с такой небрежностью отправлены в архив?

На этот счет мы имеем точные сведения. Макс Кристиансен-Клаузен рассказывал: «Очень важным является то, как фашисты напали на Советский Союз. Ведь мы еще за несколько месяцев до этого сообщали, что у границы СССР сосредоточено по меньшей мере 150 дивизий и что война начнется в середине июня. Я пришел к Рихарду. Мы получили странную радиограмму — ее дословного содержания я уже не припоминаю, — в которой говорилось, что возможность нападения представляется Центру невероятной. Рихард был вне себя. Он вскочил, как всегда, когда сильно волновался, и воскликнул: «Это уже слишком!» Он прекрасно сознавал, какие огромные потери понесет Советский Союз, если своевременно не подготовится к отражению удара».

Доктор Зорге не мог знать, что культ личности породил атмосферу необоснованной подозрительности и злоупотребления властью. Не знал он и о том, что его руководителей и товарищей Берзина и Боровича уже нет в живых.

Но Рихард Зорге в далеком Токио не потерял самообладания. Более того, он собрал всех говоривших по-немецки иностранных корреспондентов в японской столице и в этом кругу подверг критике геббельсовскую пропаганду насчет разгрома Советского Союза с помощью «блицкрига». Доктор Зорге стал очень серьезным и задумчивым. Во всяком случае, на эту перемену в его поведении обратил внимание германский посланник, член нацистской партии Эрих Кордт, если верить его мемуарам: «Мне бросилось в глаза, что начавшаяся война, казалось, подействовала на душевное состояние циника и насмешника Зорге больше, чем какое-либо иное событие».[316]

Доктор Рихард Зорге не встал в позу обиженного. Сознавая свою огромную ответственность, он не прекратил борьбу; и в эти дни суровых испытаний человеческой воли он проявил себя как дисциплинированный солдат невидимого фронта. В конечном счете его миссия служила всему коммунистическому движению, борьбе за мир во всем мире. Зорге осознавал свой долг перед народами СССР, перед Красной Армией, которой теперь приходилось сражаться с врагом, имевшим подавляющее превосходство, и, не в последнюю очередь, перед японским народом. Его разведывательная деятельность не прекратилась ни на день.

Год за годом он, а позднее и его разведгруппа «Рамзай» наблюдали за тем, как японские милитаристы все более настойчиво и целенаправленно подбирались к границам Советской страны. Японский генеральный штаб издавна рассматривал Северо-Восточный Китай, то есть, Маньчжурию, как стратегический плацдарм для агрессии против первого в мире социалистического государства. Именно эти территории и оккупировала Япония в 1931–1932 годах. Тем самым империя «небесного» создала на Дальнем Востоке первый крупный очаг войны. В июле 1937 года японские милитаристы организовали неподалеку от Пекина провокационную вылазку, ставшую началом новой войны против китайского народа. Благодаря основательной подготовке к войне, техническому превосходству японской армии, агрессорам удалось захватить китайские города Шанхай, Нанкин и Ханькоу. Китайский народ поднялся на борьбу с наемниками японского милитаризма; восемь долгих лет, до 1945 года, продолжалась эта война.

С напряженным вниманием следили, в то время разведчики группы «Рамзай» за концентрацией японских войск в Китае. Угроза войны, исходившая от Японии, приобрела для Советского Союза реальные очертания особенно после нападения фашистской Германии. Из 100 полностью отмобилизованных дивизий, составлявших миллионную армию японцев, 35 находились в Китае, 25 — на советской границе и лишь около 20 отборных дивизий были готовы двинуться на владения американцев в Тихом океане.[317]

В данном случае доктор Зорге с помощью Ходзуми Одзаки получил сведения, исключавшие последние сомнения, непосредственно из тайной канцелярии японского императора. 6 сентября 1941 года в Токио, в обстановке необычайной секретности, было проведено одно из традиционно редких совещаний у императора. В прошлом на таких совещаниях всегда принимались важнейшие решения, влекущие за собой принципиальные изменения в государственной политике, упомянутое также не должно было стать исключением. Совещание содержалось в такой тайне, что даже не велся протокол. Число