Советские морские десантные операции в Великой Отечественной войне - Владислав Львович Гончаров

в заранее намеченной точке встречи с «Красным Аджаристаном» – но ни канонерки, ни подводной лодки М-55, выполнявшей роль одного из двух маяков (красный огонь), не обнаружил. Такая ситуация была предусмотрена, и корабли разделились согласно плану – в 23 часа эсминцы отправились высаживать свои отряды на флангах, линкор и крейсер – ушли в зону огневого маневрирования в 20–25 кабельтовых от берега. Вскоре был обнаружен зеленый огонь лодки Щ-201, по которому артиллеристы сделали привязку к местности. Но когда в 23.45 началась стрельба, выяснилось, что лодка стоит дальше от берега, чем должна, и первые снаряды упали в воду. В 00.35 корабли перенесли огонь вглубь суши, на плановые цели.

Около половине второго ночи у борта линкора «Парижская коммуна» встали два всплеска от бомб, причем фонтан одного был настолько высок, что залил мостики башенноподобной фок-мачты. Стрельба прекратилась, и в наступившей тишине стал слышен звук мотора самолета – ночной бомбардировщик бомбил по вспышкам орудий. В 01.48 было зафиксировано падение еще четырех бомб, легших в 2–3 кабельтовых за кормой.

Тем временем «Красный Аджаристан» проводила высадку самостоятельно. Два сейнера приняли с лодки войска первого броска и подошли к берегу. За ними в час ночи удачно причалила к берегу и сама канонерка, одновременно она зажгла синий гакабортный огонь, по которым должны были ориентироваться подходящие к берегу катера и баркасы. В 01.13 с канонерской лодки началась выгрузка бойцов на берег по специальным сходням. Одновременно до 01.40 высадили на берег войска катера № 092, № 140 и № 022, а катер № 051 перегрузил их на канонерку. Противник открыл огонь с запозданием, его огневые точки были быстро подавлены 45-мм орудиями «малых охотников».

Ближе к двум часам ночи началась разгрузка войск с крейсера при помощи сейнеров и морских охотников. К 03.20 она завершилась и началась выгрузка боеприпасов и снабжения, которую удалось закончить к 05.13. Увы, не обошлось без трудностей: около двух часов ночи на канонерке сломалась сходня, поэтому выгрузку людей удалось завершить лишь к 6 часам, а примерно половину техники и боеприпасов снять с лодки так и не удалось.

Высадки на флангах тоже прошли не гладко. Сопровождавший эсминец «Шаумян» «малый охотник» № 141 ушел в базу после повреждения, поэтому командир отряда направил к эсминцу охотник № 140 – но тот не нашел «Шаумяна» и решил высадить своих десантников у мыса Алчак-Кая самостоятельно. Однако возле берега охотник был обстрелян из пулеметов, на нем был пробит бензобак, убито двое и ранено четверо. Катер отказался от высадки и ушел к крейсеру, а потом помогал выгружать людей в районе Судака.

Между тем с этого катера должна была высаживаться гидрографическая партия, чтобы зажечь на вершине скалы Алчак-Кая синий навигационный огонь для обозначения восточного края Судакской бухты. В итоге огонь поставлен так и не был – удалось зажечь только зеленый огонь на западном краю бухты, на Маячной башне Судака. Эсминец «Шаумян» все-таки высадил здесь своих людей, но с большим запозданием, используя только корабельные шлюпки – и закончил разгрузку лишь в 03.45.

В Новом Свете дела обстояли лишь немногим лучше: «малый охотник» № 95 не обнаружил эсминец «Сообразительный», но около половины первого высадил людей в бухту, после чего гидрографы установили здесь белый огонь. Лишь в три часа ночи эсминец и катер нашли друг друга, но высадка войск с эсминца все равно затянулась до 4.45.

В 02.13 линкор «Парижская коммуна» окончил стрельбу, выпустив 125 снарядов главного калибра и 585 – 130-мм. В 02.25 в сопровождении эсминцев «Безупречный» и «Железняков» он двинулся в Поти. В 04.35 отбыл в Новороссийск и крейсер «Красный Крым» в сопровождении эсминцев «Шаумян» и «Сообразительный». У берега осталась только канонерская лодка, и при ней – «малые охотники» № 092 и 022. Канонерка отчалила от берега лишь около половины седьмого утра, поддерживая радиосвязь с корректировочным постом и командиром 226-го стрелкового полка майором Селиховым. Согласно отчету командира лодки, связь с корректировочным постом прервалась в 12.30, со штабом полка – в 18.30.

Из документов неясно – вела ли канлодка огонь для поддержки десанта, но он в принципе и не понадобился, поселок удалось взять достаточно быстро. Зато между девятью и десятью часами лодка подверглась нескольким атакам одиночных самолетов, после чего начальник штаба флота по радио разрешил ей уходить в Новороссийск. Примерно в это же время в Судакскую бухту вернулся эсминец «Сообразительный», посланный командиром отряда для помощи канонерке. Сопровождавший его охотник № 092 направился к берегу для выяснения обстановки и вернулся с донесением, что огневая поддержка не требуется, десант занял поселок и начал наступление на Феодосию. В 14.45 эсминец начал отход в Новороссийск, куда и прибыл ровно в полночь на 17 января.

«Красный Аджаристан» в сопровождении охотников № 092 и № 022 возвращался гораздо медленнее – на волнении старая канонерка не могла развить больше 6 узлов. В 14.18 она подверглась очередному воздушному налету, в результате близких разрывов бомб на лодке вышли из строя пародинамо, все компасы и носовое 76-мм зенитное орудие. В Новороссийск лодка прибыла только в 11.25 следующего дня.

* * *

Итак, несмотря на все трудности, десант в Судак был высажен успешно и с минимальными потерями. Управление операцией со стороны флотских командиров, даже с учетом торопливого планирования, оставалось на высоте. Моряки в этой высадке проявили себя вполне профессионально, несмотря на все трудности и неожиданно возникавшие проблемы. Из-за сломанной сходни не удалось лишь разгрузить часть снаряжения с канонерки «Красный Аджаристан». Кроме того, не получиось долго поддерживать радиосвязь с командованием десанта, которая пропала к вечеру 16 января.

Однако успешно высадить десант – половина дела. Вторая половина – адекватно использовать его в сложившейся обстановке.

Действия десанта на берегу

Итак, десант 226-го горнострелкового полка высадился в Судаке успешно и практически без потерь. Всего на берегу, по донесению майора Селихова, было выгружено 1750 человек (по документам флота – несколько меньше) и четыре 76-мм горных орудия. По данным краеведа Г. А. Корабельского, в генуэзской крепости, где размещался немецкий гарнизон, было захвачено три противотанковых орудия и два станковых пулемета. В поселке были восстановлены органы советской власти и создана военная комендатура, начальником которой назначен начпрод полка техник-интендант 2-го ранга Агеев. Штаб майора Селихова первоначально разместился в городской гостинице.

Однако в половине седьмого вечера того же дня радиосвязь со штабом полка пропала и больше не восстановилась – видимо, вышла из строя радиостанция или сели батареи, а запасных не оказалось. Возможно, утрата радиосвязи была связана с переносом штаба полка непосредственно к передовой, к Таракташу. Поэтому картина дальнейших действий полка восстанавливается в основном по немецким источникам, а также по отрывочным свидетельствам участников десанта.

Район