Не Альфа волчьей стаи - Ольга Сурмина

— Не смей меня касаться, — с нажимом продолжил чеканить Бета.

— Мне не нравится эта динамика, — обиженно прохрипела Жаклин. — Тебя клинит. Если ты заиграешься, а потом поймёшь, что от твоих игр никакого толка — второго шанса не будет.

— Я соблюдаю баланс близости, — вновь прорычал Нолан. — Баланс. Близости. Она ко мне не лезет. У меня ещё есть время подумать.

— А если бы лезла, то что? Ты бы уже расплавился⁈ У тебя есть время сойти с ума. Извини, но… тебе не лучше. Тебе, блядь, не лучше. Надо принять такое положение вещей и покончить с этим. Я повторяю: истинность — не панацея. Сделай уже то, что нужно было давно…

— Заткнись, — Кайзер жутко раскрыл глаза, но тут же взял себя в руки и тяжело выдохнул. — Извини. Извини, но… я сам должен принять это решение. Тебе лучше уйти.

— Она — просто человек, — горько пробормотала девушка. — Таких, как она, — тысячи. Миллионы. Подумай об этом. Она… не особенная. Может, особенная только для твоей звериной души. Но разве звериная душа будет решать, как тебе жить? Она поглотит тебя, как только ты перестанешь бороться. Ещё раз прошу — подумай над моими словами.

Марлен с отсутствующим лицом мешала кофе. Не потому, что не собиралась подслушивать, а потому, что если она сейчас слепо рванёт наверх, то её заметят. Быстро и легко. Нужно, чтобы хотя бы пахло кофе. Легко подкрасться к двери, как было в прошлый раз, теперь не получится. В прошлый раз её тихие, крадущиеся шаги забивал собой шум воды из ванной. А сейчас? Оборотни её услышат. Маскировки в виде потока из душевой лейки больше нет.

Когда бодрящий напиток был готов, девушка слила его в огромную кружку. Вынесла в коридор, затем принялась громко топтаться по полу, чтобы создать вид какой-то деятельности. И чтобы повсюду разнести этот запах. Будет… хотя бы как-то глушить её присутствие.

Через пару минут она поставила кружку на небольшой комод, что стоял в коридоре, и принялась тихо подниматься наверх. Шаг, ещё шаг. Прохладные ступени совсем не скрипели под ногами, вокруг стояла неизменная звенящая тишина. Йорфер сама себя не слышала, но страх всё равно волнами напрягал юное тело. У вервольфов гораздо острее слух. И гораздо лучше… нюх.

В какой-то момент ей показалось, что слабые голоса доносились из её спальни. Девушка оскорблённо вскинула брови, но тут же сжала кулаки. Похоже, Нолан заперся с Жаклин в её комнате. Зачем? Почему? Чёрт знает, но это было обидно.

Правда, такой поворот событий имел один большой плюс. Если она будет достаточно тихой, ни муж, ни гостья не смогут учуять её приближение. За её дверью всё и так забито её собственным запахом.

— Я понимаю, тебе нужно подготовиться морально, — раздались тихие отголоски голоса Жаклин. — Но, извини меня, в целом ты и так должен был быть готов! Ты знал, на что шёл! Ты понял, что ничего не работает, и выход у тебя только один. Зачем обманывать самого себя? Прими реальность. Я тебя поддержу. Мы тебя поддержим. Все. Мы любим тебя и хотим для тебя только самого лучшего.

Он что-то хрипло и жёстко ответил, правда, что именно — Марлен не услышала. Сердце глухо стучало в груди, девушка замерла на лестнице и теперь казалась не человеком вовсе, а случайно забытой здесь восковой куклой.

— Нолан, я люблю тебя, — голос у волчицы дрогнул.

— Чего-чего?.. — испуганно прошептала Йорфер, хотя тут же до крови закусила губу и зажмурилась.

Ожидаемый исход. Ведь из любви Жаклин стремилась отогнать от Нолана всех остальных. Девушка всегда это знала, всегда фоном держала в голове, но знать и слышать — не одно и то же. Теперь почему-то сжимались кулаки, на лице сам собой появился оскал.

Грудь медленно наполняла прожигающая, печальная ревность. Совершенно иррациональная, отчаянная, но всё-таки ревность. Марлен изо всех сил пыталась вслушаться в то, что Бета ответил гостье, но, как назло, он опять говорил слишком тихо.

— Она просто эфемерная тень, образ, мечта, за которой ты когда-то гонялся. Когда был мальчиком. А теперь… теперь ты — мужчина. И вот я. Живая. Настоящая. Зачем ты так со мной?

Йорфер всё сильнее сжимала кулаки.

— Я попросил тебя меня оставить, — раздался, наконец, чуть более отчётливый мужской голос, потому что Нолан явно приближался к двери. — Ты получила ответ на свой вопрос. Теперь иди. Я хочу побыть один.

Марлен проглотила огромный ком и попятилась. Медленно, осторожно — так же тихо, как поднялась. Буквально через пару мгновений на этаже щёлкнула дверь — судя по всему, они вышли. Оказавшись внизу, девушка нервно схватила кофе, сделала два огромных глотка и, как ни в чём не бывало, направилась в сторону ванной.

Она видела лишь край платья Жаклин, которая спускалась вниз перед Кайзером. Попыталась не оборачиваться по дороге на кухню, сделала демонстративно усталый, не проснувшийся вид.

— Дай знать, когда примешь окончательное решение. Я надеюсь, когда ты его примешь… ещё будет не слишком поздно.

— Приятного дня, Жаклин. В следующий раз всё-таки напиши, а не несись ко мне домой. Спасибо.

Волчица ничего ему не ответила. Сперва раздался щелчок закрывающейся двери, а затем — тяжёлый раздражённый вздох.

Он так и стоял там, возле этой двери. Йорфер выглянула из кухни, стараясь сохранять ленивый вид, но даже немного съёжилась, увидев напряжённого мужа, который замер, как зомби, таращась на глазок.

— Всё в порядке? — показательно отстранённо спросила Марлен, хотя уже сомневалась в силе своей актёрской игры. Ревность по-прежнему гуляла по телу, кулаки сжимались сами собой. Почему-то выворачивало от мысли, что эта женщина хочет её мужа. Хоть и фиктивного… но любимого мужа. Признаётся ему в чувствах, мечтает развести с законной женой.

— Нет, — внезапно ответил Нолан, словно примерзнув к одному месту. — Иди сюда.

Она подчинилась. Вышла, хотя на бледной коже давно выступали заметные мурашки.

— Что? Что-то