Не Альфа волчьей стаи - Ольга Сурмина

В тот же момент Йорфер резко оттолкнула его от себя, развернулась и побежала прочь — к ванной. Побежала, вроде бы испуганная, но взгляд казался безумным. Он догонит — и она это знала. Даже надеялась на это. Догонит, схватит за руки, прижмёт к стене, поцелует. Он сделает это, а она будет чувствовать, что нужна ему. Здесь. Сейчас. В эту секунду. И… может… кусочком подсознания в эту секунду Нолан даже её любит.

Марлен слышала позади себя его шаги. Слышала даже его дыхание, которое практически обжигало, и от эмоций заходилось крошечное обречённое сердце.

Как, однако, унизительно — хотеть почувствовать любовь таким вот образом. Хотеть почувствовать любовь любым способом. Особенно от человека, для которого она не больше, чем «план». От человека, которого нужно вынудить на развод, чтобы обезопасить сестру. Сейчас Марлен понимала, что она больше не сильная. Быть может, она никогда и не была сильной. Она была просто девочкой, которая мечтала, чтобы её любили.

Но, по иронии, её никто не любил. Так тоже бывает. Возможно, чаще, чем можно было бы подумать.

«Ты — не Альфа», — горело где-то в глубине души. «Но ты самый-самый лучший. Почему ты самый лучший? Почему я — такая дура? Ты же ко мне почти ничего не чувствуешь. И я должна от тебя уйти».

«Но, может, сегодня… только сегодня, совсем чуть-чуть. Только сегодня ты снова до меня дотронешься. Так, будто я — самое желанное, что есть в твоей жизни».

Девушка влетела в ванную и едва не поскользнулась на чистом белом кафеле. В последний момент она схватилась за бортик ванной — но тут же почувствовала на своей талии напряжённые горячие руки. Даже не успела попытаться закрыть дверь.

Эти руки сразу начали задирать ей халат. Пошло массировать бледные ягодицы, болезненно их сжимать. Нолан даже не пытался быть ласковым — но Йорфер и не рассчитывала на ласку. Она рассчитывала заставить его что-то почувствовать. И рассчитывала увидеть его сырые эмоции. Ощутить их на своей коже.

— Строптивая. Стерва, — с перекошенной улыбкой повторял мужчина. — Мне нравится. Мне очень нравится. Хочешь снова попробовать меня ударить? — Он в очередной раз с силой сжал ягодицы, оттягивая в сторону ткань хлопковых трусов. — Давай, покажи характер. Попробуй послать меня.

— Что, проснулся мазохизм, Нолан? — она схватила его предплечья и тяжело выдохнула. Как всегда — железные руки. Как всегда — их невозможно убрать в сторону, из них невозможно выбраться. — Терпеть тебя не могу. Ненавижу, — дыхание сбивалось. Самое лживое «ненавижу» в её жизни.

— О, нет, — улыбка становилась ещё шире. — Просто… как забавен контраст между твоими словами, действиями и твоим лицом, которое я в скором времени увижу. Между лицом, между стонами. Смотри мне в глаза. Чувствуй. Знай, что это я. И кроме меня у тебя никого не будет. Никогда.

Марлен вновь почувствовала на ягодицах его руки. Почувствовала, как в кожу впивались ногти — не до крови, но достаточно ощутимо, чтобы её проняла лёгкая, острая боль. Он не хотел царапать, но хотел оставить следы — как знак принадлежности. Обладания.

Через пару секунд Нолан схватил её за плечи и резко поставил на колени — послышался удар о холодный кафель. От адреналина немели кончики пальцев, каждый новый удар сердца оглушал. Что-то внутри плавилось, натягивалось, ожидало продолжения. Того момента, когда у него окончательно лопнет терпение. Когда даже остатков контроля больше не останется.

— Я не буду тебе сосать, отбитый маньяк. Ненавижу, — она попыталась развернуться, взять его за пояс и дёрнуть в сторону. Дыхание продолжало учащаться.

Мужчина зарычал, схватил провод — зарядку от электробритвы — и стал связывать им девичьи руки. За её спиной, чтобы больше не мешала. Или… не пыталась мешать. Кайзер уже не совсем понимал: игра это или нет. Но пока чувствовал запах, пока слышал сладкие вдохи — не собирался останавливаться.

Он итак плохой.

Он — хуже некуда.

В следующее мгновение Йорфер сама дёрнулась в сторону, пытаясь подняться, но вместо этого поскользнулась и опять оказалась на холодном кафельном полу, который едва не обжигал после чужих прикосновений. Руки так и были намертво стянуты проводом. Она вновь попыталась подняться, но встать без их помощи — не получалось. Девушка старалась опереться ногами о гладкий кафель, вот только ступни просто обречённо скользили по скользкой поверхности.

Жалкое зрелище. Такое жалкое, что было стыдно от самой себя. Было стыдно даже поднять на мужа взгляд, потому что акт сопротивления прошёл ещё быстрее — и ещё нелепее — чем ожидалось. Она — не строптивая стерва, она — её жалкая пародия, плавящаяся под взглядом мужчины, которому на неё практически наплевать.

Но Бета, казалось, так не думал. Судя по перекошенному лицу, он всё ещё был вне себя от слов о любви к Альфе. Всё ещё носил их внутри себя, перемалывал, пережёвывал — и теперь был намерен выплеснуть эмоции в той форме, какая была ему доступна.

Халат сполз на пол. Марлен видела, как босой муж медленно ходил из стороны в сторону, глядя на её тело. Пугающе улыбался, самую малость щурился. Делал какие-то выводы, о чём-то думал.

— Мне надо принять душ, — хрипло пробормотал он. — Я в прямом смысле вернулся из леса. А тебе надо послушно сидеть здесь и хотеть меня.

Мужчина достал из стакана электрическую зубную щётку. Осторожно, с мерзкой улыбкой, сполоснул её и выключил из сети. Похоже, аккумулятор давно был заряжен.

— Ты мне зубы хочешь почистить? — ошарашенно пробормотала Йорфер. Попыталась отползти в сторону, но спиной уткнулась в широкую холодную ванну.

— Отнюдь, — Нолан игриво склонил голову в сторону. — Это скучно.

Длинный отключенный провод качался в воздухе и почти доставал до пола. Девушка проглотила ком, когда почувствовала, что муж по-хозяйски отодвигает ногой её колено. Становится прямо перед ней, чтобы она не могла свести ноги, спрятаться. В очередной раз по спине прошла то ли волна холода, то ли мурашек.