Александр III - Коллектив авторов

21 июля 1875 г. цесаревич Александр зачислен в полки л<ейб>–гв<ардии> Литовский и Гродненский гусарский, а 26 июля 1877 г., на основании приказа главнокомандующего действующею армиею от 22 июля, вступил в командование Рущукским отрядом. Во время командования этим отрядом Александр Александрович участвовал: 12 октября – в усиленной рекогносцировке неприятельского расположения и 30 ноября – в сражении у Трестеника и Мечки. 15 сентября он пожалован кавалером ордена Св. Владимира 1 ст. с мечами при рескрипте, в котором, между прочим, было изложено: «Благоразумные распоряжения вашего императорского высочества во время командования отдельным значительным отрядом в действующей армии, вполне соответствующие видам главнокомандующего и общему плану кампании, дают вам право на особенную нашу признательность; предводительствуемые вами храбрые наши войска неоднократно отражали все нападения превосходившего их численностью неприятеля и выказали при том свои превосходные качества». 30 ноября цесаревич пожалован кавалером ордена Св. Георгия 2 ст. В данном по этому случаю рескрипте было, между прочим, приведено: «Рядом доблестных подвигов, совершенных храбрыми войсками вверенного вам отряда, блистательно выполнена трудная задача, возложенная на вас в общем плане военных действий; все усилия значительно превосходившего численностью неприятеля прорвать избранные вами позиции в течение пяти месяцев оставались безуспешными, и наконец 30 ноября сего года отчаянные атаки на Мечку мужественно отбиты под личным вашим предводительством». 3 декабря он назначен шефом 2-го пехотного Софийского полка, с 10 по 13 января 1878 г. участвовал в наступлении войск Северного отряда под личным своим начальством и преследовании турецкой армии от Коло-Лам к кр<епости> Шумле, а 26 февраля того же года ему пожалована золотая, бриллиантами украшенная сабля с надписью: «За отличное командование Рущукским отрядом».

Цесаревич Александр, принимая видное участие в последней Русско-турецкой войне и получив за нее три боевых награды, возвратился в Петербург 6 февраля 1878 г., пробыв в отсутствии без двух дней десять месяцев (он выехал в Кишинев совместно с императором Александром II 8 апреля 1877 г.).

1 марта 1879 г. Александр Александрович назначен вторым шефом 80-го пехотного Кабардинского генерал-фельдмаршала князя Барятинского полка, 30 августа – таковым же шефом 16-го стрелкового его величества батальона, с 4 по 25 мая 1880 г. временно командовал войсками гвардии и Петербургского военного округа, 22 июля зачислен в л<ейб>–гв<ардии> Кирасирский ее величества полк, 17 августа назначен командующим войсками гвардии и Петербургского военного округа, а 2 марта 1881 г. вступил на всероссийский престол.

Заботы цесаревича Александра Александровича о перевооружении русской армии

Е. Каменский

Во время Севастопольской войны только что вступивший на престол молодой государь Александр Николаевич пожелал видеть действия англо-французского флота, который в июне 1855 года подходил к Кронштадту 10 июня государь с императрицею и своими августейшими детьми Николаем и Александром Александровичами отправились в Кронштадт. Здесь они видели, как союзный флот открыл пушечный огонь по нашим берегам и по крепости, и наблюдали за полетом снарядов. Союзники не могли подойти близко к крепости, так как она была ограждена пороховыми минами, не допускавшими союзный флот к Кронштадту; поэтому неприятель принужден был довольно далеко держаться в виду крепости, производя бесцельную стрельбу.

При посещении Кронштадта царская фамилия встретила кадетов Морского корпуса, которые были вызваны для замены моряков, отправленных на пополнение Севастопольского флота.

Слишком плоский горизонт Кронштадтской крепости не давал возможности хорошо наблюдать за действиями союзного флота, и потому на другой день государь с семьей переехали на более возвышенный берег у Ораниенбаума.

Эти дни в связи с рассказами о Севастопольской обороне произвели огромное впечатление на душу юного 10-летнего великого князя Александра Александровича, который впоследствии горячо принялся за изучение Севастопольской войны.

Во время прохождения курса наук с такими учителями, как капитан Демьяненков, читавший великому князю курс артиллерии, капитаны Драгомиров и Карцев, читавшие курс тактики, полковник Гери – фортификацию и полковник Энгельстром – огнестрельное оружие, великий князь Александр Александрович легко усвоил преподаваемые ими военные предметы, и многому он научился от этих научных светил; они же рассказали ему весь ход обороны Севастополя и какими средствами мы обладали по сравнению с неприятелем.

Стоя так близко к военному миру, так любя русского солдата-героя, так заботясь о всех его нуждах, будучи наследником, цесаревич Александр Александрович не мог остаться чуждым того духа патриотизма и уважения к геройским подвигам русского оружия, которые всегда являлись самым дорогим заветом русской армии.

13 сентября 1869 года, ровно через 15 лет после начала обороны Севастополя, когда воспоминания о Крымской войне сделались достоянием каждого русского человека, из посильных приношений членов военной русской семьи представилась возможность положить основание патриотическому музею в Севастополе, который своим возникновением обязан инициативе наследника цесаревича.

Существование музея было обеспечено высочайше дарованным государем участком земли в Таврической губ<ернии>, пространством 1936 десятин. Денежные пожертвования в первое же время достигли значительной суммы.

Образованный с высочайшего соизволения комитет по устройству музея состоял под покровительством великого князя Николая Николаевича-старшего. Комитет поставил своей задачей собрать в музей все, что было связано с именем Севастополя и славными днями его бессмертной обороны.

В октябре 1870 г. на помощь делу севастопольцев раздался призыв наследника цесаревича Александра Александровича, который обратился с своим воззванием ко всем, знающим что-либо достоверное о Севастопольской защите, с просьбой прислать на его высочества имя все то, что знает, помнит и может написать о защите Севастополя. Это воззвание было обнародовано во всех газетах того времени и начиналось так: «От имени его императорского высочества наследника цесаревича ко всем знающим что-либо о Севастопольской защите». Оканчивалось это воззвание следующими словами: «Веденные во время осады дневники, записки, воспоминания и письма о Севастопольской обороне, простой рассказ малейшего эпизода ее или подвига, или того, что кто-либо помнит как очевидец, без стеснения формами и формальностями – вот что нужно. Одно лишь условие должно быть свято соблюдено – это истина. Написанное каждый пусть отправит по следующему адресу: его императорскому высочеству, наследнику цесаревичу, в собственные руки. В С.-Петербург. От Севастопольца…» <…>

Инициатива в деле перехода у нас к металлическим патронам была взята на себя наследником Александром Александровичем, который горячо интересовался делом реорганизации нашей армии и близко принимал к сердцу все неудачи, связанные с перевооружением наших войск по системам Терри-Норман и Карле[45]. Наследник решился за свой счет и риск переделать на заводе Путилова 10 000 шт. 6-линейных винтовок по вновь предложенной Барановым системе с металлическим патроном. <…>

В январе 1869 года наследник цесаревич Александр Александрович писал своему августейшему дяде, великому князю Михаилу Николаевичу и бывшему в то же время наместником на Кавказе:

…месяц тому назад мне принесли ружье, предложенное одним моряком, лейтенантом Барановым, которое он предлагал два года назад для переделки наших 6-линейных