Семь причин влюбиться в мужа - Татьяна Геннадьевна Абалова

– Ничего не изменить, дорогая. Ты напрасно травишь себе душу.

– Боже! Все эти дни я разучивала свадебный танец! Танец, в котором давно сменился партнер, а я и не знала! Почему вы молчали? Почему? На что надеялись?

Ответа я не ждала. К чему ответы, когда я уже жена другого?

Я открыла глаза утром, почувствовав на лице солнечные блики. Скорее всего меня опоили, так как я не запомнила, ни как закончилась беседа с мамой, ни как забралась в постель. Висящие косо занавеси и отсутствие статуэток на каминной полке наводили на мысль, что ночью кто–то устроил погром.

– Ну и пусть, – я повернулась на другой бок и погладила ладонью соседнюю подушку – та была без единой морщинки. Моя истерика сорвала Ларду из Тарквидо первую брачную ночь.

***

Судно набирало скорость и прыгало на волнах, отчего к горлу подступала тошнота. Я уже выходила в море, но то были гребные лодки для прогулки – благоустроенные, с лежаками и множеством подушек, с музыкантами и угощением, да и само «путешествие» ограничивалось по времени часом–другим, а на военном корабле я оказалась впервые.

Думала, на свежем воздухе будет легче. Попыталась открыть дверь, ведущую на небольшой балкон на корме, но не справилась с замком, поэтому поплелась на палубу через адмиральский салон и кают–компанию, где прямо над бортовыми пушками раскачивались гамаки офицеров. Скрип снастей и отсутствие людей, в дневное время находящихся на местах службы, только усугубили мое состояние – к тошноте добавились волны паники.

Путаясь в тяжелом подоле (платье так и не сумела расстегнуть), вышла на палубу, но здесь качка оказалась еще сильней, и меня вырвало. Раздался окрик откуда–то сверху, ко мне подскочил матрос и настойчиво повел в каюту.

Держась за живот, я повалилась на кровать. Голова кружилась, душили спазмы, из глаз лились непрошеные слезы. С каждой минутой становилось все хуже. Рвота не прекращалась. Если бы не «Бриллиантовая слеза», остававшаяся холодной, я решила бы, что меня отравили. Вскоре присоединился озноб, но стоило укрыться, бросало в жар.

В помещении появился человек в маске. Я так ослабла и измучилась, что даже не решалась угадать, кто из троих, носящих маску, ко мне пожаловал. Мужчина вытащил из кармана какую–то бутылочку и, откупорив ее, склонился надо мной.

– Пей! Пей залпом!

Я попыталась увернуться, уж больно резким оказался запах, но мне, как какой–то капризной девчонке, приставили горлышко к губам и зажали нос. Волей–неволей пришлось сделать глоток. Горечь обожгла рот, но я не успела возмутиться –  обшитый деревом потолок вдруг понесся по кругу со скоростью крыльев ветряной мельницы. Мгновение спустя я провалилась во тьму.

Пришла в себя от страшного желания пить. Наверное, я попросила вслух, потому что тут же дали что–то кислое, но приятное. Надо мной склонился мужчина в маске, и отложив чашу в сторону, мокрой тканью вытер мне лицо и шею.

Я поежилась от свежего ветра, ворвавшегося в приоткрытую балконную дверь, и потянула покрывало на себя, и только тогда почувствовала, что кроме него на мне ничего нет. Платье чудесным образом исчезло, корсет не стягивал ребра. Дышалось легко и спокойно.

На всякий случай, проверила под покрывалом рукой, скользнув от груди вниз: так и есть, совершенно голая. Увидев мои большие глаза, мужчина улыбнулся.

– Не мог оставить тебя в тесной одежде.

– Кто меня раздел?

– Я. На военном корабле женщин нет, – ответил он и низко наклонился. Почти к самому плечу. Вдохнул неслышно, но у меня пошла мурашками кожа. Испугавшись, я попыталась отстраниться, но мужчина тут же поднял голову.

«Он что, меня понюхал?»

– Тебя нужно искупать, пять дней – большой срок, – мягко произнес человек в маске. – Много воды пойдет тебе на пользу. Я помогу.

Я натянула покрывало до самого носа.

– Не дамся.

– Но сама ты не сможешь, – мягко произнес он. А я не вовремя вспомнила рассказы учителя географии. Заядлый путешественник, он немало плавал, а потому охотно делился впечатлениями. В том числе и о способах купания в условиях морского похода.

– Если корабль находится в открытом море, а за бортом штиль, в воду спускают парус, который немного притапливают. Таким образом получается бассейн, в котором не надо бояться акул. Или можно выбрать другой способ – быстрый: окатить себя прямо на палубе ведром морской воды. Желательно раздеться, чтобы одежда, высохнув, не сделалась похожей на кожу соленой рыбы.

Я уже представила, как плаваю, силясь натянуть на себя намокшее покрывало, на глазах у сотен моряков. Не заставят же их нацепить повязки? Или еще хуже – стою вся дрожащая на палубе, а злая Маска окатывает меня холодной морской водой.

– Нет–нет–нет! Мне и так хорошо!

Но кто послушает больную и слабую женщину, не мывшуюся целых пять дней?

Мужчина в маске осторожно поднял меня на руки, и мне ничего не оставалось делать, как крепко обхватить его шею руками. Еще не хватало вывалиться из кокона покрывала на глазах у всей команды.

Глава 4. Лагуна

Снаружи отгорало утро. Корабль слегка покачивало. Слышались крики чаек и рокот прибоя: волны шумят так только тогда, когда они налетают на берег. Фрегат стоял в лагуне. Меня передали на руки другому мужчине в маске. Сильный, он ловко спустился со мной по лестнице и усадил в лодку, где я увидела еще двоих, тоже в масках – эти держали крепкие ладони на веслах. Когда первая маска устроилась рядом, судно направилось к берегу.

– Почему вы постоянно прячете лица, и кто из вас мой муж? – видя рядом, перед собой и за собой «близнецов», я запуталась, как путается легковерный игрок, пытаясь найти монету под тремя стаканами мошенника. Легкий бриз играл локонами моих нечесаных волос, и в окружении мужчин я чувствовала себя неловко.

– По законам Тарквидо королевская семья вне дворца не может появиться с открытыми лицами. Это делается из соображений безопасности. Рядом с правителем неотступно находятся телохранители, – сосед справа кивнул на гребцов. – Придет время, и супруга монарха тоже наденет маску.

А потом наклонился к самому уху и тихо произнес:

– Муж я.

– Точно? – я сощурила глаза. Слева от меня сидел точно такой же мужчина – белая рубаха, форменные офицерские штаны. Даже цвет волос одинаковый – выгоревшие на солнце пряди.

Вместо ответа «муж» лишь улыбнулся. А у меня закралась нехорошая мысль: а вдруг в Тарквидо существуют и другие странные традиции, например, брать в семью одну жену на двух или трех братьев? Сегодня со мной одна Маска, завтра другая,