Великий Дунай на исторической карте Европы - Ник Торп

спрямлении пути через извилистые протоки дельты Миссисипи11. Однако первый опыт он приобрел на Дунае, где вступил в схватку между транспортными инженерами, озабоченными скорейшей доставкой своих товаров на рынок, и защитниками окружающей среды, отстаивавшими извивающуюся, поворачивающую русло, меняющуюся реку, какой она остается в наши дни.

Старейшим руслом числится южная протока под названием Сфынту-Георге или Святой Георгий[9], она пролегает до самого горизонта на востоке, если глядеть с холма Бештепе. С того места, где мы стояли, были видны холмы, отполированные порывами ветра. На холмах виднелись редкие деревья, но даже те из них, что уцепились корнями за почву в этом продуваемом ветром месте, выросли низенькими и согнутыми, как хвосты. К тому же здесь выпадало очень мало дождей и снега, где-то сорок сантиметров осадков в год.

Места кормежки птицы выбирали в зависимости от уровня воды в дельте реки. Поздней весной, когда из-за дождя и таяния снега выше по течению река превращается в бурлящий коричневый поток, пеликанам и цаплям приходится ловить рыбу на мелководье заливных лугов. Ни одна из двух пород пеликанов на Дунае не умеет нырять, поэтому для кормежки им нужно мелководье. Человек со своим освоением территорий, таким как возведение вышек ветрогенераторов, заставляет пеликанов все дальше отсюда искать пропитания. И чем дольше они находятся вдали от своих гнездовищ, тем меньше остается шансов у их птенцов выжить. Даниэль своим рассказом напомнил автору о рыбаке, с которым он познакомился много лет назад на Лофотенских островах у берегов Норвегии. Он был молод, недавно женился, поэтому редко покидал свой дом на рыбацком судне – не дольше, чем на неделю подряд. Шли годы, и он мог теперь находиться в отъезде по полгода на промысле в тусклых водах Баренцева моря, где искал сокращающиеся косяки рыбы.

В советские времена власти пытались заменить соленую воду озера Разим, поступающую из моря, на пресную воду Дуная. Возвели дамбы, чтобы запереть это озеро со стороны моря, и протянули искусственные каналы от реки. Эксперимент завершился катастрофой12. С тех пор предпринимались робкие шаги по восстановлению этой области в ее естественном состоянии. Точно такие же усилия прилагались по восстановлению почвы. Создали широкую сеть дамб, чтобы приспособить посевные площади для возделывания кукурузы и риса. Попервоначалу наметился кое-какой успех, но повышение солености почвы сгубило урожай. Мечту румынского диктатора Николае Чаушеску, отец которого был далеко не преуспевающим селянином, состоявшую в том, чтобы преодолеть «сельскохозяйственную отсталость», защитники окружающей среды подменили мечтой о восстановлении девственной природы в сельской местности13.

Путники двинулись через вершины холмов. Несмотря на ветер, видимость портится, но сквозь клубящийся туман на расстоянии все еще просматриваются высокие мачты ветрогенераторов, и создается впечатление, что они двигаются навстречу. Попытки хозяев строительных компаний по монтажу их внутри дельты Дуная провалились из-за сопротивления представителей движения «зеленых», однако на территории области Добруджа их сборка ведется стремительными темпами практически повсеместно. Новые строители идут в этот район, привлекаемые местными советами, жаждущими капиталовложений, дотациями из Брюсселя и, прежде всего, мощными ветрами Добруджи. Даниэль переживает за перелетных птиц, вьющих здесь гнезда круглый год, а также опасается пагубного воздействия на здешнюю хрупкую экосистему дорог, силовых кабелей и железобетонных конструкций. «Здесь находится одно из чудес Европы, и уничтожать его такого рода капиталовложениями не следует. Только вот в Румынии всегда побеждают те, кто располагает большими деньгами. Застройщики приходят на участок земли, сначала строят свой объект, и только потом задают вопросы». На дороге из Махмудии в Тулчу пришлось тащиться вслед за полосатыми грузовиками-бетономешалками, в клубах пыли напоминавшими ос. Свой участок той же самой земли и дуновение одного и того же ветра пытаются урвать владельцы испанских, немецких, французских и американских компаний. «Мы совсем не против развития, и даже не против ветроэнергетики, однако как только некий проект выходит на промышленный масштаб, то тут же он начинает наносить вред. Нельзя располагать тысячами роторов с размахом вращающихся лопастей где-то с футбольное поле каждый и не влиять на окружающий живой мир. Подавляющее большинство видов птиц перелетает с места на место по ночам. Птицы – создания ловкие; они могут уклониться от лопастей нескольких турбин, но что им делать, когда количество ветрогенераторов исчисляется сотнями? Судьба летучих мышей складывается еще трагичнее. Они даже не долетят до смертоносных лопастей: лопасти создают такой перепад давления воздуха, что у этих мышей во время полета отказывают легкие».

Оценки экологического ущерба оплачивают сами застройщики, и их результаты никогда не дают оснований для тревоги. Однако когда орнитологи предпринимают попытки исследования территорий под мачтами ветрогенераторов, их тут же прогоняют подальше сотрудники частных охранных предприятий.

Дальше путь лежит по широкой петле до озера Муригел – по-турецки «пурпурное озеро», названное по особому оттенку его воды, чтобы посмотреть сельдь и черноголовых чаек, а также стада диких гусей. Ветви тополей украшали черные гнезда грачей, напоминавшие кольца на пальцах. Многие из этих гнезд захватили для своих нужд кобчики. На территории, принадлежащей биосферному заповеднику, охота категорически запрещается, поэтому здесь птицы ищут спасения от своих двуногих врагов.

Продолжается путешествие через коммуну Плопу, когда-то знаменитую своими мастерами-кровельщиками. Практически все они переселились вверх по Дунаю в Британию или Нидерланды в поисках прилично оплачиваемой работы. Строй белолобых гусей летит высоко над крышами, на которых традиционную кровлю заменили красной черепицей. Из бывшего рыбного садка тучей поднимаются тысячи болотных куликов. «Они как раз отдыхают, нагуливают жирок для перелета в Россию», – говорит Даниэль. Как и у кроншнепа, клюв кулика снабжен загнутым окончанием, чтобы ловчее хватать червей и рачков, копаясь в грязи и иле. Берега озера окаймляют заросли тонкого тростника, прекрасно годящегося для кровли, а на фоне неба он выглядит как чистое золото.

Подъезжаем к Тулче; капли дождя бьют в лобовое стекло, а дорога запружена бетономешалками. Возможен ли компромисс со строителями ветрогенераторов? Вот в чем вопрос. Можно ли составить схему строительства так, чтобы обойти районы, наиболее важные для перелетных птиц? «Такая попытка имела место, но прибывающие сейчас вкладчики капитала говорят, что их притесняют в пользу тех, кто уже приступил к работе. Они монтируют вышки везде, где это им представляется удобным. Существует опасение того, что все это безобразие не прекратится до тех пор, пока не упадут прибыли или не закончатся дотации».

Директором биосферного заповедника дельты Дуная служит Грегоре Бабояну. На стене его современного стеклянного кабинета, выходящего окнами на залив в Тулче, висит его фотография с Жаком Ивом Кусто. Этот знаменитый французский защитник окружающей среды совершил путешествие по всему протяжению Дуная с 1990 по 1992 год, во время которого он собирал информацию о