Злодейку вызывали? - Людмила Евгеньевна Клемят

Надо же! Я две недели охотилась за этим тюбиком, переплатила втридорога на портальной площади, а он, оказывается, произведен в этом самом королевстве?

– В таком случае, – сказала я, беря себя в руки, – передайте производителям, чтобы делали его побольше. Я еле достала этот тюбик!

Мы сделали еще несколько кругов по залу. Музыка сменилась на более быструю, но Эдвин, казалось, не собирался меня отпускать. Его рука лежала на моей талии, и от этого прикосновения почему-то теплело в груди. Странное ощущение, совершенно непрофессиональное. Я смотрела в сапфировые глаза и чувствовала, как куда-то уходит решимость добавить три капли «Зеленой меланхолии» в его чашку.

Нет-нет, это все музыка виновата. И освещение.

Мелодия закончилась, я высвободилась из рук принца и зашагала прочь, чувствуя, как горят щеки. Мне срочно нужно было умыться, привести мысли в порядок и придумать, как бы половчее все-таки выполнить задание. Потому что еще немного, и я начну забывать, зачем вообще сюда пришла.

Дамская комната располагалась в конце длинного коридора, отделанного мрамором и гобеленами. Я почти дошла до двери, когда услышала голоса и замерла как вкопанная.

– Ваше величество, я еще раз повторяю: небольшое повышение налогов наши граждане еще как-то переживут. Но если повысить их так, как предлагаете вы, последствия будут катастрофическими.

– Катастрофическими? – хмыкнул король. – Полно вам, Грейвс. Вы всегда преувеличиваете.

– Нисколько. Говорю вам как министр финансов, если мы повысим налоги настолько, половина ремесленников разорится в течение года. Мануфактуры закроются…

– Значит, так тому и быть, – произнес король с неожиданным равнодушием. – Главное, чтобы казна была полна. Мы слишком долго потакали этим… как их… гражданам. Пора им вспомнить, кто здесь власть.

Я приросла к полу, во рту пересохло.

– Но, ваше величество! Поймите, если разорится малый и средний бизнес…

– Мы найдем, кем их заменить, – отрезал король.

Это что же получается – производитель моей помады, мануфактура «Арома» может закрыться? И я больше никогда не куплю «Кровавый шепот»? И все эти духи, ткани, косметика, о которых говорил Эдвин… Все это исчезнет? Производства разорятся? Люди останутся без работы?

Я, конечно, злодейка. Училась злодейству в Академии, получила лицензию, исправно травлю людей по долгу службы. Но король… Это уже нечто из ряда вон выходящее. Как можно так повышать налоги? Обречь целые отрасли на разорение ради того, чтобы набить казну!

«Даже у зла должны быть свои пределы», – вспомнила я вдруг слова преподавательницы по этике. На негнущихся ногах дошла до двери дамской комнаты и толкнула ее. И застыла на пороге.

Перед зеркалом стояла Арабелла. Она сменила-таки платье – теперь на ней было нечто цыплячье-желтое, с аляповатыми оборками и бантами. Судя по всему, приличные платья у нее закончились, потому что это ей ужасно не шло. Желтый цвет делал ее фарфоровую кожу болезненно-бледной, а голубые глаза – выцветшими.

– Вы! – выдохнула она, оборачиваясь.

– Я, – согласилась я и прошла к умывальнику.

Леди что-то пробормотала себе под нос и вылетела из уборной. А я глубоко вздохнула и приняла единственно верное решение.

Пальцы привычно нащупали в потайном кармане флакон «Зеленой меланхолии». Я вытащила его, открутила пробку и прошептала над ним несколько слов заклинания.

Вот и все… Теперь это не отрава, а безобидный отвар, который никому не может навредить.

Чай я принесла Эдвину с мягкой обворожительной улыбкой. Себе – обычный, ему – с добавленной каплей из флакона. Формально выполнила задание. А почему «Зеленая меланхолия» перестала быть ядом – понятия не имею, ага.

Глава 7

Глава 7

Пили чай мы под молчаливым присмотром кота, и в его зеленых глазищах мне чудилось одобрение. Разумеется, это было не более чем разыгравшееся воображение… Не мог же кот увидеть, что я немного намагичила с отравой? Да он ни на шаг не отходит от хозяина! И, говоря откровенно, правильно делает. Кто знает, что еще придет в голову королю… Или этому тщедушному лекарю, которого останавливает только отсутствие лицензии!

Стоило мне подумать о короле, как музыка смолкла, и он вышел в центр зала – видимо, чтобы поприветствовать присутствующих. Как по мне – так несколько поздновато, но это его бал, а значит, не мне решать.

— Дорогие гости! Подданные! Друзья короны! — начал он, и его голос раскатился под сводами зала. — Я счастлив видеть всех вас сегодня, в этот благословенный День солнцестояния. Мы собрались здесь, чтобы отпраздновать процветание нашего королевства. И я, как ваш король и заботливый руководитель, хочу заверить каждого из вас: все мои помыслы — только о благе Элдора.

Эдвин, сидевший рядом, издал не то вздох, не то сдавленный смешок.

– Думаю, он врет и заботится только о полноте собственной казны! – шепнула я тихо.

Принц одарил меня удивленным взглядом.

– И почему же вы так думаете? – с интересом спросил он.

Вот же черт! Все-таки сентиментальные чувства дурно влияют на злодейскую работу, пусть это даже чувства к любимому тону помады. Вот и сейчас – почти прокололась! Не могу же я рассказать принцу, что его дорогой отец собирался его отравить. Да и про подслушанный разговор тоже не поболтаешь. У принца точно возникнет резонный вопрос – как это король намерен протащить в Совете налоговые изменения, если точно знает, что сын наложит вето.

– Ох, простите… Ляпнула какую-то глупость… Мне бы вообще лучше помолчать, и не мешать вам слушать речь вашего батюшки.

– Было бы там что слушать… – отмахнулся принц. – Как всегда сплошное вранье и лицемерие, как вы очень точно заметили… Кстати, нас не представили. Мое имя, думаю, вам известно… Принц Эдвин. А вот как зовут вас? Откуда вы? Мне очень и очень интересно!

Ну вот! Что я говорила! А ведь до моей реплики про короля он даже не думал интересоваться моим именем! К счастью, как у любой уважающей себя злодейки, у меня на любой случай имеется легенда.

– Леди Ванесса Торн, из Лайтхоллоу… Небольшое графство к северу от… Уверена, вы никогда даже о таком не слышали.

– Отчего же, слышал. И не так давно даже там бывал… В вашей столице есть очаровательный ресторанчик, где подают лучшее в мире жаркое. Уверен, вам оно тоже по нраву!

Принц бросил на меня взгляд сквозь прищур. Хм, а вот об этом в справочнике не писали. Оказывается, мой объект гурман и