Компаньон - Garret Hawke Amell

— А зря. — наставительно заметил я. — Мне нужно написать письмо отцу. А в том состоянии, в каком я сейчас, ничего путного не получится.

— И что? Грюма снимут с поста преподавателя? — скептически переспросил Поттер. Я отрицательно мотнул головой.

— Сомневаюсь. Мне просто нужно понять, как себя вести дальше — ответил я, и добавил на невысказанный вопрос. — А ты идешь со мной просто за компанию. Да и после зелий сосредоточиться будет проще.

— Хорошо — на удивление покладисто отозвался Поттер. Как вдруг он замедлил шаг с явно задумчивым видом.

— Что? — осведомился я.

— Малфой. Я только что понял.

— Что ты понял?

— Тот паук… Авада не оставляет следов. Он просто умер и всё. — озадаченно проговорил Поттер. Я резко остановился, взглядом автоматически найдя знаменитый на весь магический мир шрам на лбу.

— Поттер… — начал я и прикусил губу. У меня тоже есть дурные привычки, когда я нервничаю. — Ладно. Пошли в Больничное крыло. Потом подумаем.

Гриффиндорец кивнул. А у меня в груди нарастал внушительный ком тревоги. Мерлин, к чему это всё приведет… С другой стороны, теперь у меня есть повод написать письмо ещё и матери. Осторожное. Очень осторожное. Она всегда была ко мне намного терпимее, когда я задавал много вопросов.

Черный том. 5. Газетный эффект

Когда мы пришли в Больничное крыло и кратко описали колдомедику суть урока, она нас едва не уложила в койки. Я еле сумел убедить её, что зелий будет достаточно. Да и уроки никто не отменял. На носу серьезная контрольная по ядам и противоядиям, декан мне голову открутит, если провалюсь. А отец потом добавит. Кстати об отце…

Письма я действительно отправил. Матери и отцу. Правда, мама получит мое послание с невзрачной серой совой. И вряд ли станет распространяться отцу о его содержании. И дело не только в загадочном шраме Поттера. Но и в том, что мне ещё нужно будет поговорить с отцом обо всех изменениях, которые случились со мной в этом году. А я ума не приложу, как это сделать!

Впрочем, о моих личных проблемах можно подумать потом. Сейчас я спешил на контрольную вместе со всеми. Так. Материал я прочел, эссе сделал… Хорошо бы декан не дал ничего сложнее рябинового отвара. Не то чтобы мне не нравились зелья, но прямо сейчас я не уверен, что справлюсь. Слишком много мыслей и мало концентрации.

— Успокаиваемся. — проговорил декан, бесшумно входя в класс. Гриффиндорцы тут же прекратили галдеж, мы тоже насторожились. Одного взгляда на лицо декана достаточно, чтобы понять, что он находится в отвратительном расположении духа. Кто бы что ни говорил, а мы всегда предпочитали его лишний раз не провоцировать. Хотя баллы он с факультета снимает меньше, чем с остальных. Это правда. — Те из вас, кто обладают хотя бы зачатками мозга, должны были запомнить, что сегодня мы закрепим довольно сложный материал. Он почти наверняка попадется вам на экзаменах. А в конце практической части занятия мы проведем небольшой тест..... — на этих словах декан впился в Поттера таким взглядом, что мне стало не по себе.

Дураку ясно, что у декана есть какие-то личные причины очень не любить Поттера. Тот, конечно, иногда и сам дает повод снять с себя баллы, но прямо сейчас мне стало жутко. Я никогда не интересовался причинами поведения декана. Это ведь не моё дело, так? Но с другой стороны, я выстраиваю с Поттером хорошие отношения отнюдь не для того, чтобы декан его отравил! Пока я всерьез раздумывал пересесть за одну парту к Поттеру и держать при этом безоар под рукой, на мой стол приземлился пергамент. Вопросы значились длинным списком, насчитывающим семьдесят два пункта! Мерлин! Будь проклят тот, кто умудрился накануне испортить декану настроение!

Совершенно неожиданно в кабинет постучали. И конечно, все тут же отвлеклись от теста. Из любопытства. Я вот мало помню случаев, чтобы кто-то осмеливался спуститься в подземелья во время урока. Мало — это приблизительно никогда.

«Кем-то» оказался Колин Криви со своей неизменной камерой, болтающейся на шее и немного помятой гриффиндорской мантией. Под выразительным взглядом декана Криви втянул голову в плечи.

— Профессор, Гарри Поттера зовут в учительскую. Там будет представитель Пророка и…

— Прекрасно, мистер Криви — скривил губы декан. — Но у Поттера сейчас урок. — с этими словами он отвернулся от гриффиндорца, очевидно, считая разговор законченным.

— Но все чемпионы должны присутствовать! — настоял на своем Криви. Многие явственно поразились его смелости. По рядам гриффиндорцев прошел шепоток.

— Прекрасно. — скрипнул зубами декан — Поттер, оставьте свои вещи здесь, вы мне будете ещё нужны.

— Гарри должен прийти со своими вещами. Планируется интервью и церемония проверки волшебных палочек. — снова вмешался Криви. Третьекурсник явно нервничал, но решил до последнего стоять на своем.

— Великолепно! Поттер, забирайте свои вещи и чтобы духу вашего здесь не было! — взорвался, наконец, декан. Поттеру не надо было повторять дважды. Подхватив рюкзак и оставив тест, он выскочил за дверь вместе с Криви. В классе установилась гробовая тишина. — И чего вы ждете? — вкрадчиво осведомился у всех присутствующих декан. — У вас есть время, чтобы справиться с заданием до конца урока. Живо!

Все тут же зашуршали перьями. Но мне очень не понравилось, каким взглядом Уизли проводил Поттера. После теста нужно будет подняться к учительской. Просто так. На всякий случай.

***

Я вымотался. Морально, физически, эмоционально — как хотите, так и называйте. Но это был первый урок зелий, после которого мне не хотелось ровным счетом ни-че-го. И я впервые получил «У» за практику! А это уже было по-настоящему обидно. Пусть у декана отвратное настроение, я-то здесь причем?!

Впрочем, мне пришлось быстро отбросить досаду. Мимо меня прошел Уизли с самым свирепым и независимым видом. Я сделал знак Крэббу и Гойлу следовать за мной и постарался не терять рыжего из виду. Не люблю ничего делать наполовину, а сейчас у меня и без того дурное предчувствие. Дорога до учительской оказалась удивительно короткой. Оттуда как раз вышли