Чёрт из Чертаново. Том 3 - Антон Панарин

— Во-о-от! — Тимур поднял указательный палец и пододвинул коробку ко мне. — Открывай.

Ключом я поддел скотч и откинул створки, присвистнув от увиденного. Внутри, в пенопластовых объятиях, лежал чёрный электроскутер на толстых колёсах, с мотоциклетной фарой и мягким сиденьем. По крышке тянулась гордая надпись: «PUGO 7.1 PRO SCOOTER MAX ULTRA EDITION».

— Ого, — присвистнул я. — Это мне?

— Ага! Тебе. Машинка зверь! — Тимур любовно похлопал по картону. — Под сотку разгоняется, до двухсот кэмэ проедешь на одном заряде. Я его кстати уже зарядил.

— Щедрый подарок, — оценил я пожав руку Тимуру.

— Не ну а чё? Хватит уже на велике заказы развозить, теперь будешь делать это с комфортом.

Я перевёл взгляд со скутера на довольную физиономию дарителя и улыбнулся. Человек благодарит от чистого сердца, а такие подарки сам бог велел принимать.

— Спасибо, пожалуй прямо сейчас его и опробую.

— Катайся на здоровье! — хохотнул Тимур и помог мне спустить ящик вниз.

Во дворе я раскрутил крепления и поднял руль. Но сев на сиденье я сразу совершил первую ошибку электро скутериста. Вместо того чтобы плавно провернуть ручку газа, я крутанул её до упора и едва не слетел с этой бестии.

— Я ж говорю зверь машинка! — крикнул мне Тимур с самодовольной мордой.

— И правда зверь. Такой же лютый как и Машенька, — произнёс я себе под нос и аккуратно тронулся с места.

Скутер покатился вперёд с тихим электрическим жужжанием. Ехал он плавно, без рывков и порой казалось что я еду на велосипеде, настолько тихим он был. Попрощавшись с Тимуром, я вырулил со двора и первую сотню метров ехал медленно, осваивался с управлением и тормозами. А потом впереди развернулась пустая вечерняя улица, и рука сама выкрутила ручку до упора.

Скутер рванул с места, заставляя вцепиться в руль. Тёплый воздух ударил в лицо, футболка колыхалась от потока ветра. Циферки на приборке побежали вверх и упёрлись в сто километров в час. Готов спорить эта дура поехала бы и быстрее, но на всякий случай мудрые монахи Шаолинь поставили ограничитель скорости.

Скутер нёс меня мимо гаражей и палисадников, я объезжал ямы и привставал на кочках, а улыбка сама расползалась до ушей. Асфальт приятно шелестел под колёсами, я же радовался своему первому транспорту. Моему, личному! Не арендованному, а именно что моему!

У перекрёстка я обогнал парнишку-велокурьера, налегавшего на педали под тяжестью жёлтого короба. Месяц назад на его месте потел я, проклиная подъёмы и чаевые которые давал хорошо если каждый двадцатый покупатель. А сейчас жизнь определённо налаживалась, если не брать в рассчёт, что она может оборваться за следующие три недели, а то и раньше.

Последний раз похожий восторг я испытывал классе во втором, когда мы с Саньком поехали в олимпик и съехали на великах с отвесной горки. Ехали зажмурив глаза и чувствуя что сердце вот вот выпрыгнет из груди. Сейчас глаза я, понятное дело, не закрывал, дорога всё-таки. Но внутри всё пело точно так же. Только свист ветра и тёплый летний вечер.

До военного городка я долетел минут за пять, но решил сделать ещё пару кружков. Распугав голубей у мусорки, прогнал дерущихся котов и едва не сбил Валерку вывалившегося из подворотни. Бабушки на лавочке проводили меня осуждающими взглядами, а я заглушил свой болид и покатил сокровище к подъезду. Оставлять такой подарок ночью на улице станет только дурак.

С трудом затащив мою ПУГалку голубей в подъезд, я докатил его до лифта и понял что туда он не влезает. По крайней мере без костылей. Пришлось поднимать его на дыбы и втискивать в кабину по диагонали. Кнопку восьмого этажа я нажал локтем, и из кабины выбирался задним ходом. Стоя у квартиры долго шарил по карманам в поисках ключей, удерживая руль одной рукой, но ключи отыскать не успел.

Дверь распахнулась сама, и на пороге показалась Даша с кухонным полотенцем на плече. Брови её медленно поползли вверх.

— Дим, а это что?

— Подарок от благодарного клиента, — гордо объявил я, закатывая скутер в прихожую.

Из кухни донеслось страдальческое кряхтение, и в коридор выкатился Борр, обеими руками придерживая раздутое пузо. Стоило духу разглядеть обновку, и от предсмертного состояния не осталось даже воспоминаний. Час назад этот организм не мог дожевать оладушек, а теперь резво нарезал круги вокруг скутера и присвистыва.

— Ничего себе агрегат! — восхитился боровичок и деловито пнул подножку. — Это мне?

— На слово мне есть рифма, про то в чём у тебя рука, — хмыкнул я.

— Понятно всё с тобой. — буркнул боровичок и тут же с интересом спросил, — А прокатиться дашь?

— Дерзай. — кивнул я, взял Дашу за руку и на всякий случай отвёл в сторону.

Пузатый вскарабкался на сиденье, выпрямился на нём в полный рост, ухватился за руль и от души крутанул правую рукоятку. Скутер взвизгнул задним колесом, сорвался с места и через пару метров впечатался в стену прихожей. Борр перелетел через руль, смачно приложился задницей о стену и сползл на пол. Секунды три в квартире было тихо, лишь заднее колесо крутилось вхолостую с обиженным жужжанием.

— Живой? — Я откатил скутер от стены и посмотрел на друга.

— На этом чертолёте я больше никуда не поеду! — заявил Борр, стаскивая съехавшую на нос шляпу. — Убери его с глаз моих, я на него даже смотреть не хочу!

— Может ещё разок попробуешь? — давясь от смеха предложил я.

— Ага, смейся, смейся. Ты только что главного работника чуть не лишился, а ему весело, — проворчал Борр, поднялся, отряхнул штаны и на всякий случай обошёл скутер по широкой дуге. — Дашка, накорми меня что ли с горя. А то как-то вечер окончательно испортился, — заскулил боровичок потирая задницу.

Даша хихикая пошла накрывать на стол, а я сообщил ей вслед:

— Кстати, сегодня ночью меня не жди. Позвали на охоту.

Улыбка сходила с Дашиного лица неохотно, но всё же сошла. Она шагнула ближе и поправила ворот моей футболки.

— Обещай, что вернёшься целым и невредимым.

— Я всегда цел и невредим, даже когда избит и присмерти, — заверил я и тут