Хаос из книжного на Боевом факультете - Виктория Катаева

Я протянула ему светящуюся записку. Гном долго изучал ее через лупу, а потом тяжело вздохнул:— Попаданка, значит. Магия хаоса... Храни нас Создатель, - проворчал он.

— Хорошо, леди Соколова, - гном степенно поправил круглые очки на широком носу.

— Я - мастер Бардин Железнорук, Старший Кастелян и глава академического снабжения Академии. Раз уж ректор Вест дал добро, получай свое имущество. Но у меня на складе чур ничего руками не трогать! Твоя магия мне все учетные книги перепутает, а у меня тут идеальный порядок, не чета вашему бардаку.

С этими словами мастер Бардин спрыгнул со своего высокого стула и, подпоясав бороду поудобнее, скрылся в глубине бесконечных стеллажей. Следующие минут десять склад оглашался такими звуками, словно там в одиночку отбивался от осады целый взвод гномов. В темноте проходов что-то оглушительно громыхало, падали тяжелые коробки, звенели железные цепи, а сам Кастелян шумно и заковыристо ругался на каком-то суровом подземном наречии, поминая то чью-то неповоротливую горную матушку, то сырость на нижних ярусах.

Кайл при каждом особо громком всплеске гномьего мата лишь устало прикрывал ладонью лицо, а я с самым невозмутимым видом стояла у стойки. Оливка на моем плече то и дело чутко поводила ушами в такт грохоту, явно сопереживая гномьей ревизии.

Наконец, спустя добрых десять минут, мастер Бардин победно вынырнул из темноты, отряхивая седые косы от вековой пыли. В руках он с трудом волок огромный, завязанный бечевкой холщовый мешок. Он с глухим стуком выставил его на прилавок, а сверху швырнул тяжелые кожаные берцы. Но финальным аккордом стал крошечный, тощий кожаный мешочек, который уныло звякнул на деревянной столешнице.

— Держи, Соколова, твое государственное пособие первокурсника из безмагических, - пробасил Бардин, выпуская изо рта облако табачного дыма.

— Казначейство Ильмерии выделило. Месячная стипендия.

Я с любопытством заглянула внутрь, потрясла этот убогий мешочек, где сиротливо звякнули три медные и одна серебряная монета, и иронично подняла бровь:— Мастер Бардин, а вы тут часом ноликом не ошиблись? Это стипендия или сдача с покупки коробки спичек на Земле?

Кайл у входа высокомерно хмыкнул, оторвавшись от косяка:— Скажи спасибо, что вообще выделили, Соколова. На эти копейки ты сможешь купить себе ровно один пергамент для лекций Кроу и палочку благовоний для своей будущей соседки. Боевой факультет - для сильных. Забирай шмотки, пошли в общежитие.

Глава 5. Соседка-эльфийка и обустройство в новом мире

Глава 5. Соседка-эльфийка и обустройство в новом мире

Я уверенно шагнула вперед, ухватилась за плотную ткань обеими руками, дернула... и едва не растянулась на каменном полу. Баул даже не шелохнулся, словно был намертво приколочен к дереву. Мама дорогая, да гном туда кирпичей из подземных ярусов наложил, что ли?!

Кайл, наблюдавший за моими тщетными попытками поднять имущество, мученически закатил свои сияющие бирюзовые глаза к потолку и издал тяжелый драконий вздох.

— Подвинься, Хаос ходячий. С твоей скоростью мы доберемся до жилого корпуса к следующему учебному году - процедил куратор.

Одним легким, до обидного небрежным движением руки он подхватил тяжеленный мешок, закинул его на свое широкое плечо, а мне в руки всучил мои же прочные кожаные берцы на толстой подошве.

— Неси свои трофеи сама, Соколова. И шевелись, пошли в общежитие.

— Премного благодарна, господин изверг! - буркнула я, крепко прижимая к груди обувь.

— До свидания, мастер Бардин! Спасибо!

Гном на прощание весело махнул рукой, а я пулей припустила за широко шагающим драконом, стараясь не растерять казенные шлепанцы по дороге. Пока мы шли по извилистым мощеным дорожкам академического парка, я капельку оттаяла. Всё-таки тащить этот мешок на своем горбу в отельных тапках было бы сущим адом.

— Ладно, Ривердан... Спасибо, - негромко буркнула я его широкой спине.

— За то, что мешок потащил.

Он лишь коротко дернул плечом, даже не обернувшись, но мне показалось, что его шаги стали чуть медленнее.

Вскоре дорожка вывела нас к жилой зоне, и у меня перехватило дыхание. Картинка была монументальной. Перед нами высился комплекс трехэтажных жилых корпусов-башен из темного, старинного кирпича, оплетенных увядающим плющом. Узкие готические окна, стрельчатые арки над входами и острые шпили крыш делали общежитие Боевого факультета похожим на суровый средневековый форт. Из окон доносились отголоски чужих заклинаний и смех студентов.

Ривердан довел меня до массивного крыльца центральной башни, с грохотом опустил холщовый мешок у двери и сдавленно пробормотал: «Моя миссия выполнена, не взорви тут ничего, Соколова». После чего дракон буквально сбежал, стремительно скрывшись в тени деревьев, оставив меня один на один с новой неизвестностью.

Едва я переступила порог корпуса, волоча за собой баул, как дорогу мне преградила приземистая, круглая, как бочонок, гномиха. Её стальные седые волосы были стянуты на затылке в такой тугой пучок, что у нее, кажется, даже брови приподнялись. В руках она сжимала огромную, грозно звенящую связку железных ключей. Гномиха бесцеремонно вырвала у меня из пальцев вторую записку ректора, бегло пробежалась по ней глазами и зачитала моё имя:

— Так-так-так, Соколова Лика Дмитриевна. Попаданка с Земли. Слушай меня сюда, девочка, и запоминай с первого раза. Я - госпожа Брунхильда Кирхен, комендант этого общежития. И в моем женском крыле порядок железный! Запомни первое и главное правило: мужчинам, будь они хоть трижды высшими драконами, после захода солнца здесь быть не положено! Застукаю парня дальше прихожей - вылетит из Академии быстрее, чем боевое заклинание. Комендантский час начинается ровно в десять вечера. Двери запираются наглухо магическим замком. Опоздаешь хотя бы на минуту - будешь ночевать на крыльце под дождем, и никакой ректор тебе не поможет. Поняла?

— Предельно ясно, госпожа Кирхен, - послушно кивнула я, стараясь держать лицо кирпичом под её суровым взглядом.

Комендантша Кирхен лишь коротко хмыкнула, громыхнула своей связкой ключей и уверенно зашагала в сторону массивной деревянной стойки в глубине холла. Мне ничего не оставалось, кроме как мертвой хваткой вцепиться в холщовый баул с вещами. Поднатужившись, я потащилась вслед за ней, со скрипом и шуршанием волоча тяжеленный мешок прямо по каменному полу. Мои лазаретные шлепанцы забавно шлепали по плитам, а Оливка на плече балансировала как заправский эквилибрист, неодобрительно косясь на комендантский прилавок.

Госпожа Кирхен зашла за стойку, обогнула гору каких-то бланков и вдруг замерла, строго указав пальцем на мою любимицу:

— Погоди, Соколова, для твоего комка шерсти у меня тоже кое-что есть. Раз уж Ректор в