Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля - Леона Эльсворд

На верхней ступени стоял Дрейк. В расстегнутой на груди черной рубахе, с закатанными рукавами. На его мощных предплечьях мерцала хищная золотая чешуя, а вертикальные зрачки полыхали нескрываемым бешенством.

- Ты посмела? - его голос вибрировал низким, раскатистым рыком, от которого дрожали оконные стекла. - Вернулась назад после того, как я вышвырнул тебя вон?!

Я неторопливо поднялась по мраморным ступеням, не отрывая взгляда от его разъяренного лица. Остановилась ровно в двух шагах - вне зоны внезапного захвата, контролируя дистанцию.

- Я пришла не к тебе, Дрейк, - произнесла я негромко, но с такой кристальной четкостью, что каждое слово разнеслось по притихшему двору. - Я пришла забрать то, что принадлежит мне по праву. И дать тебе возможность лично убедиться: в твоей жизни меня больше нет.

Он шагнул вперед. Знакомый запах гари, серы и пряностей ударил в лицо - прежде он вызывал у хозяйки этого тела парализующий ужас, но во мне вскипело лишь брезгливое отвращение.

- Ты всерьез думаешь, что можешь играть со мной в гордость?! - прорычал дракон, нависая надо мной скалой. - Я сотру тебя в порошок. Я спалю родовые земли Сильвервейнов дотла! Я…

Я спокойно подняла руку и чуть сдвинула ворот платья в сторону. Солнечный луч блеснул на гладком серебристом шраме.

- Попытайся, - равнодушно парировала я, глядя ему прямо в переносицу. - Только теперь у тебя нет на это ни единого законного основания. Богиня разорвала связь. Я свободна. А ты остался у разбитого корыта со своей спесью и шлюхой в постели. Прикоснешься ко мне хоть пальцем - и отвечать будешь уже перед судом короны и храма. А если рискнешь напасть… я уничтожу тебя. Без магии. Твоей же собственной дуростью.

Дрейк осекся. Воздух со свистом застрял у него в горле. Он уставился на шрам на моей ключице так, словно увидел восставшего мертвеца. Впервые за семь лет в его глазах полыхнула не ярость, а дикая, ошеломленная растерянность. Самец внезапно осознал, что его законная добыча больше ему не подвластна.

Я повернулась к замершей у подножия лестницы служанке:

- Мила. Поднимись наверх и распорядись упаковать мои вещи. Всё до последнего лоскута: платья, книги, переписку матери, шкатулку с фамильными драгоценностями Сильвервейнов. У нас ровно шестьдесят минут.

- Слушаюсь, госпожа! - отчеканила Мила и вихрем взлетела по ступеням, буквально протиснувшись мимо онемевшего герцога.

Дрейк тяжело дышал, глядя на меня снизу вверх. Спесь слетала с него кусками, обнажая пустоту.

Я сделала полшага вперед, сократив дистанцию настолько, что почувствовала исходящий от его чешуи жар, и негромко, почти доверительно произнесла:

- Знаешь, Дрейк… Все эти годы ты упивался мыслью, что я - твоя главная ошибка. Бесполезная, бракованная пустышка. Но сегодня до меня наконец дошло: ошибка была не во мне. Ошибка была лишь в том, что тебе слишком долго позволяли решать, чего я стою.

Я отступила назад и развернулась спиной к чудовищу - жест абсолютного, уничтожающего пренебрежения.

- Прощай, герцог Ашфорд.

Спуск по ступеням показался мне триумфальным маршем. Ни один мускул не дрогнул.

- Элира!.. - раздался за спиной его хриплый, надтреснутый оклик, в котором отчетливо сквозило запоздалое осознание потери.

Я даже не замедлила шаг.

У кареты уже суетились лакеи, с испуганным почтением принимая первые дорожные сундуки из рук Милы. Дворцовая стража расступалась передо мной, отводя глаза.

Когда экипаж со скрипом выкатился за массивные чугунные ворота, я бросила единственный взгляд в узкое заднее окно.

Острые башни замка Ашфордов, золотые геральдические драконы на карнизах, черные провалы окон, в которых годами копились слезы чужой сломанной судьбы… Всё это стремительно уменьшалось, превращаясь в прах.

Я откинулась на мягкую спинку кожаного сиденья и закрыла глаза.

В груди было удивительно тихо.

Никакой эйфории. Никакой ярости.

Только сухая, чистая свобода и холодный расчет: впереди ждал родовой особняк Сильвервейнов и очная ставка с «любящим» папашей.

Глава 8.

Глава 8.

Карета остановилась у массивных чугунных ворот родового особняка Сильвервейнов. Закатное солнце окрасило серые каменные стены в багровый цвет. Дом выглядел внушительно, надменно и холодно.

Мила нервно сжала пальцы на коленях: - Миледи… Может, не нужно? Лорд Рейн…

- Нужно, - спокойно отозвалась я, поправляя плащ. - Заберу то, что принадлежит мне по праву рождения, и мы навсегда уедем в Ольцег.

Стражники у ворот узнали меня сразу. Они расступились без лишних слов, но в их взглядах читалось неприкрытое изумление: герцогиня Ашфорд вернулась к отцу одна, без свиты мужа. Слуги в этом доме еще ничего не знали о разводе.

Мы прошли через парадный холл. В нос ударил знакомый запах воска, старого дерева и пыли. С потемневших портретов на меня с привычным презрением смотрели предки рода.

Отец ждал в библиотеке.

Лорд Рейн Сильвервейн стоял у высокого стрельчатого окна спиной к двери. Высокий, статный, с серебряными прядями в темных волосах. Он медленно развернулся и окинул меня ледяным взглядом серых глаз - тем самым взглядом, от которого прежняя хозяйка тела сжималась от ужаса.

- Элира, - сухо произнес он. - Значит, слухи не врут. Ты посмела разорвать брак с герцогом Ашфордом и покрыла позором всю семью.

Я шагнула вперед, остановившись посреди комнаты.

- Я пришла не за твоим благословением. Мне нужно наследство матери: ключи, бумаги на земли и всё, что причитается мне по ее завещанию.

Отец коротко усмехнулся. В его глазах не было ни капли тепла: - Наследство? После семи лет бесполезного брака? Ты не смогла родить дракону даже слабого бастарда, а теперь требуешь земли в Ольцеге? Дом на побережье, леса, шахты - всё это слишком ценно, чтобы отдавать пустышке.

- Это не тебе решать, - твердо возразила я, глядя ему прямо в глаза. - Мать подписала завещание перед смертью. Бумаги скреплены королевской печатью и вступили в силу в минуту