Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля - Леона Эльсворд

- Торвальд - лишь имя для столичной таможни и излишне любопытной драконьей стражи. В открытом море скрывать свое настоящее имя перед гостьей было бы невежливо.

Он коротко кивнул мне, как равный равной, и его внимательный взгляд скользнул по моему платью, на миг задержавшись на серебряном шраме.

Элиас отодвинул для меня стул прямо напротив хозяина судна:

- Присаживайтесь, миледи. Море сегодня тихое, самое время поужинать в приятной компании.

Я села, расправив складки бархата. Мила привычно замерла за моей спиной, напряженно оглядывая присутствующих. Для простой служанки двое статных чужеземцев явно казались угрозой, но я чувствовала себя в своей тарелке: подобные напряженные раунды переговоров с влиятельными мужчинами я проводила сотни раз.

Слуга наполнил бокалы густым темно-рубиновым вином.

- Мне сообщили, что вы направляетесь в Ольцег, - заговорил Эрик, когда бокалы были подняты. В его тоне сквозило неподдельное любопытство. - Суровый, полузабытый остров. Моряки говорят, земли там давно одичали, а старые дома стоят в руинах. Мало кто плывет туда по доброй воле.

Я сделала глоток. Вино оказалось превосходным - терпким, с ягодным послевкусием.

- Теперь этот остров - мои владения. И я еду туда не как изгнанница, а как полноправная хозяйка, намереная навести порядок.

Эрик чуть приподнял бровь, а Элиас тихо рассмеялся, откинувшись на спинку стула:

- Редкая смелость. Большинство столичных дам предпочли бы терпеть невыносимого мужа и яд при дворе, лишь бы не покидать теплых гостиных.

- Я больше не принадлежу к столичной знати, господин Веларион, - спокойно ответила я, глядя ему в глаза. - И чужие ожидания меня больше не волнуют.

За столом на секунду повисла тишина. Офицеры переглянулись, а в светлых глазах Эрика Ривенфолла мелькнуло откровенное уважение.

- В таком случае поднимем бокалы за вашу свободу, - тихо произнес он, салютуя мне хрусталем. - И за то, чтобы капризное море было к вам благосклонно.

Ужин потек легко. Элиас травил забавные байки о штормах и южных портах, офицеры изредка вставляли меткие реплики, а Эрик больше слушал, чем говорил. Он вел себя сдержанно, но я кожей чувствовала: этот человек видит куда глубже, чем показывает. Каждый раз, когда наши взгляды пересекались через стол, между нами словно натягивалась невидимая струна.

Когда подали десерт - нежные песочные тарталетки с фруктами, - Эрик негромко обратился ко мне:

- Вы не похожи на женщин из драконьих земель, леди Элира. В вас нет той слепой гордыни, которой так кичится местный двор. Да и ваш шрам на ключице… - он выразительно скользнул взглядом по серебристому следу. - Он совсем свежий, но на боевую рану не похож.

Я аккуратно положила десертную вилку на край тарелки. Прятать правду не имело смысла.

- Вы очень проницательны, господин Ривенфолл. Вчера утром в храме богиня Луны разорвала мой брачный союз. А этот след - всё, что осталось от семи лет брака, который был ошибкой.

Элиас негромко присвистнул:

- Решительно. Большинство терпят годами.

Эрик не улыбнулся. Его взгляд стал теплее и глубже:

- Тогда я искренне рад, что вы выбрали для первого шага именно мой корабль. «Лунная тень» умеет хранить тайны. И если на Ольцеге вам когда-нибудь потребуется помощь… любая помощь, леди Элира, - просто дайте знать. Мы часто ходим этим путем.

Я не успела ответить на это неожиданное предложение: дверь салона резко распахнулась.

На пороге стоял запыхавшийся помощник капитана с мокрым от соленых брызг лицом:

- Прошу прощения, капитан! Ветер резко меняется, к ночи нас накроет сильный шторм. И это еще не всё: к корме подошла легкая лодка под драконьими вымпелами. Человек из свиты герцога Ашфорда требует срочного разговора с леди Элирой.

Глава 14.

Глава 14.

Эрик нахмурился, отставив бокал в сторону:

— Гость на моем корабле посреди моря?

Помощник капитана коротко кивнул:

— Лодка подошла вплотную, поднялись по штормтрапу. Человек назвал себя личным порученцем герцога Ашфорда. Утверждает, что дело не терпит отлагательств и касается исключительно леди Элиры.

Воздух в салоне мгновенно стал тяжелым. Офицеры подобрались, переглянувшись, а Элиас чуть прищурился, мгновенно растеряв всю беззаботность.

Я медленно поднялась из-за стола. Сердце глухо толкнулось в ребра, но паники не было. В прошлой жизни мне не раз доводилось видеть токсичных людей, которые после громкого разрыва пытались запугать или вернуть контроль силой. Дрейк действовал точно по тому же шаблону.

— Впустите его, — спокойно сказала я, расправив плечи.

Эрик бросил на меня внимательный взгляд, затем кивнул помощнику:

— Проводи.

Через минуту в салон вошел рослый мужчина в темно-зеленом дорожном плаще с золотым шитьем на груди. Я узнала его сразу — начальник личной стражи Дрейка. Он окинул присутствующих надменным взглядом и отвесил мне короткий, едва заметный поклон:

— Леди Элира… Или правильнее называть вас беглянкой Сильвервейн? Его светлость герцог Ашфорд передает вам личное послание.

Он шагнул вперед и протянул узкий свиток, запечатанный черным сургучом.

Я приняла бумагу, не дрогнув:

— Я слушаю. Что еще велел передать твой господин?

Стражник криво усмехнулся, упиваясь своей мнимой властью:

— Герцог велел сказать: «Ольцег не станет твоим спасением. Там тебя ждут лишь холодные камни и память о том, кем ты так и не смогла стать. Вернись сейчас — и я, возможно, прощу эту выходку. Будешь упорствовать — горько пожалеешь, особенно когда узнаешь, кому на самом деле принадлежат эти земли».

Он умолк, явно ожидая слез, растерянности или страха.

В салоне повисла звенящая тишина. Я не спеша сломала сургуч и развернула пергамент. Знакомый колючий почерк Дрейка резал глаза:

«Ты всегда была моей ошибкой. Но теперь ты стала моей проблемой. Ольцег не твой и никогда им не был. Возвращайся, пока я не пришел за тобой сам».

Типичная злость собственника, у которого вырвали добычу. Я аккуратно сложила свиток и подняла