Репортаж о докторе Зорге - Юлиус Мадер

действиях Красной Армии. Такие сведения он мог, разумеется, получить лишь с величайшим трудом, ибо содержался в строгой изоляции. Кое-какие новости о ходе боев он узнал от японского профессора германистики Иоситоси Икома, переводившего во время допросов Зорге следователями. В августе 1965 года мы побывали в доме профессора Икома в токийском районе Кокубундзи-си и услышали от него рассказ о событиях тех лет: «В перерывах между допросами мы беседовали с доктором Зорге на самые разные темы, но главным образом — о войне Германии с Советским Союзом; как видно, это интересовало его более всего. Если советские войска одерживали верх, как это было на заключительной стадии сталинградской битвы, он приходил в хорошее расположение духа, становился разговорчивее. В противном случае он выглядел разбитым и был очень скуп на слова. Он был большим другом Советского Союза. Доктор Зорге был прирожденным журналистом с характером искателя приключений. К тому же он до самой гибели оставался верен своим принципам и убеждениям коммуниста. Мне точно известно, что уже после оглашения смертного приговора он писал в дневнике: «Я умру как верный солдат Красной Армии».

Японским следователям и тюремщикам не удалось сломить волю мужественного борца, стойкого коммуниста Рихарда Зорге.

Он признал, что является гражданином СССР, и таким образом отмежевался от нацистской клики из посольства Германии. По поручению гитлеровской верхушки шеф СД в Японии оберштурмбанфюрер СС Майзингер неоднократно и настоятельно требовал от японцев немедленной выдачи гестапо бывшего немецкого коммуниста Рихарда Зорге, но безуспешно. Хотя Япония и являлась одной из держав пресловутой «оси», все же японцы не видели никаких оснований для выдачи Германии гражданина СССР. Зорге с самого начала взял на себя полную ответственность за деятельность всей разведгруппы.

Назначенный ему незадолго до процесса ради проформы защитник-адвокат Асанума — уже после войны высказывал по этому поводу следующее: «Доктор Зорге сильно осложнял мне ведение защиты: и прокурорам, и полицейским властям он заявлял, что целиком берет на себя ответственность не только за собственные действия, но и за деятельность своих помощников».

Японцы предъявили Зорге обвинение в шпионаже. Такой пункт обвинения он категорически отверг и, кроме того, заявил приспешникам японского милитаризма и империализма, что не собирается ни отрицать свое революционное прошлое, ни соглашаться с надуманными обвинениями в свой адрес.

В ходе следствия доктор Зорге писал: «Русская революция указала мне путь к международному рабочему движению. Я принял решение оказывать ему не только теоретическую и идеологическую поддержку, но и самому стать в ряды активных участников этого движения. С этого момента все мои решения, даже касающиеся личной жизни, были подчинены единственно этой цели. И сегодня, когда мне довелось стать свидетелем второй мировой войны, длящейся вот уже третий год, а в особенности — войны Советского Союза с Германией, я еще более убежден в том, что сделанный мной двадцать пять лет назад выбор был правильным. Я говорю это, памятуя обо всем, с чем мне пришлось столкнуться за эти двадцать пять лет».[336]

Затем Зорге опроверг обвинения японцев в шпионаже. Впоследствии одна из японских газет воспроизвела аргументацию доктора Зорге.

«Рекисигаку кенкиу», № 275, 4/1963.

«Активная сторона нашей цели заключалась в том, чтобы защищать социалистический Советский Союз, а пассивная — в том, чтобы оградить СССР от последствий различных антисоветских политических махинаций и попытаться предотвратить вооруженное нападение на Советский Союз».

И далее: «Советский Союз не желает никаких политических конфликтов или военных столкновений с другими странами, и в первую очередь — с Японией. Он также не намеревается нападать на Японию. Следовательно, мы — я и члены моей группы — приехали в Японию не врагами этой страны. Смысл, который обычно вкладывается в слово «шпион», не имеет к нам никакого отношения. Шпионы таких стран, как Англия или США, пытаются выявить слабые места в политике, экономике и обороноспособности Японии и соответствующим образом их атаковать. Мы же, напротив, в процессе сбора информации в Японии совершенно не имели подобных намерений.»

Отрывки из статьи в журнале «Рекисигаку кенкиу».

Так же мужественно держались и боевые соратники Рихарда Зорге.

Почти одновременно с арестом Зорге пал третий кабинет министров князя Коноэ. Японское правительство возглавил бывший министр обороны генерал Хидеки Тодзио, снискавший себе дурную славу махрового реакционера. Тодзио запретил публикацию в печати любых упоминаний об аресте доктора Зорге, его японских и иностранных соратников. Первые сведения, преодолев цензурные рогатки, просочились в печать лишь семь месяцев спустя после ареста группы борцов за мир.[337] В то время в камеры пыток японской тайной полиции уже были брошены тридцать пять членов разведгруппы «Рамзай».

Япония, страна империалистического бесправия, не спешила с завершением следствия, растянувшегося на многие месяцы. 7 декабря 1941 года, спустя несколько недель после того, как доктор Зорге отправил в Москву свою последнюю шифровку, Япония, следуя принятому на совещании у императора решению, напала на США. В ходе внезапного налета с моря и с воздуха на базу американского тихоокеанского флота Пёрл Харбор японцы потопили или вывели из строя 18 линкоров, крейсеров и эсминцев. Спустя четыре дня гитлеровская Германия и фашистская Италия объявили Соединенным Штатам войну вслед за Японией, сделавшей это через несколько часов после нападения на Пёрл Харбор. Так началось проникновение Японии в южнотихоокеанские регионы, о котором предупреждала в свое время разведгруппа «Рамзай». Еще в декабре 1941 года войска империи высадились на Филиппинах, заняли колонию британской короны Гонконг и за непродолжительное время уничтожили 27 военных кораблей и 800 самолетов англичан и американцев. В феврале 1942 года японские агрессоры после высадки в Малайе, проведенной еще 8 декабря 1941 года, заняли стратегически важный Сингапур. Они завоевали Бирму, напали на голландскую Новую Гвинею, захватили сотни островов в Тихом океане и вторглись в Голландскую Индию.{2} Верноподданные японского императора и часть обманутых ими народных масс находились в состоянии опьянения от легких побед.

Соратник Зорге, японский коммунист Потоку Мияги после возвращения из Соединенных Штатов…

и в 1942 году, после пыток в японских застенках.

Между тем, борцы за мир по-прежнему томились в застенках. Несмотря на бесчеловечное обращение, их не удалось сломить. Так, например, 3 марта 1942 года, во время победоносного марша японских армий на Дальнем Востоке, Ходзуми Одзаки в очередной раз подвергли интенсивному допросу. Сохранился его протокол, который вместе с другими документами после войны захватили американцы. Согласно этому протоколу доктор Одзаки сделал следующий знаменательный прогноз, в основных чертах подтвердившийся последующим ходом