Усилитель 7. Тройка, семёрка, туз - Алексей Урусов

Наклоняюсь к Гефту, шёпотом спрашиваю: — Про блокираторы они все в курсе?

Николай Артурович согласно кивает.

— Тогда легче, — улыбаюсь я и продолжаю: — Помимо этого, мной был экспериментальным путём найдет вариант блокирования магической силы в человеке. Если кто-то согласится на проведение небольшого опыта, готов продемонстрировать.

Тут же в воздух взметнулась рука одного из офицеров: майор, но совсем молодой; а молодые они все такие, любознательные.

Выхожу из-за трибуны, поднимаюсь по ступенькам лекционного зала, останавливаюсь рядом. Говорю майору: — Приготовьтесь, сейчас блокирую.

Набрасываю ему на шею «воротник» из дара, улыбаюсь: — Готово. Попробуйте выпустить магическую силу.

Вижу, как лицо офицера становится довольным и решительным… и как очень быстро оно превращается в растерянно-удивлённое.

— Сейчас сниму, — улыбаюсь я ему. — Но раз уж Вы вызвались для эксперимента, давайте проведём ещё один. Выпустите магическую силу, но ничего не формируйте, сделайте просто поток и подержите его…

Майор немного напрягается, жгут магической силы от него устремляется вперёд.

Я комментирую: — Вы воздушник и процентов на двадцать водяной. Протянутый Вами магический поток вначале немного поднимается вверх, вот здесь он начинается опускаться, а вот тут резко поворачивает вправо. Подсветите его, подтянув влагой и наполнив ею поток, чтобы все увидели.

Удивление так и не сходит с лица майора; протянувшийся от него жгут магии превращается в полупрозрачный шланг, в котором клубится белёсый, как туман, воздух.

— Спасибо, достаточно.

Возвращаюсь вниз, вновь встаю за трибуну: — Ещё вопросы, пожалуйста.

Поднимается несколько рук…

Гефт, конечно, не утерпел и не стал откладывать поездку к облаку на следующий день: поехали тут же, как закончилась встреча с сотрудниками, только перекусили на скорую руку. На месте облако оказалось таким, каким я его увидел с борта самолёта. Описываю генералу диаметр и цвета; хотя, не совсем диаметр — облако, скорее, вытянутый эллипсоид. Николай Артурович по моим подсказкам деловито руководит вбиванием колышков, чтобы обозначить местонахождение «АИСТа-М» на местности.

— Отведём землю, огородим периметр, проложу сюда дорогу, а неподалеку построим пакгауз. И сами сможем магоизделия заряжать в разы быстрее, и будем их чаще отстреливать. Это существенно ускорит производство. Императору уже вчера всех изделий надо было по миллиону штук, — смеётся Гефт. — Жаль, второе облако дальше, — продолжает Николай Артурович, — там не сядешь, сплошной лес. Но координаты я записал, дорогу проложим, а летом и мост через речушку перекинем, чтобы и это облако тоже было в круглогодичном доступе по суше. С этими облаками интенсивность испытаний подскочит и новые магические устройства быстрее будут приняты на вооружение.

Возвращаемся в академию. Вечер провёл у Гефтов, за ужином с ними и подошедшими семьёй Санты: интересные у него родители — Фриц Карлович и Марта Стефановна Раушенберги по-русски говорили отчётливо, но с лёгким акцентом. И жена у Клауса оказалась приветливой.

Естественно, выбрали время, чтобы уединившись с Артуром и Надеждой, я мог поведать им о том, как продвигается реализация проекта «Пиковая дама». Надежда осталась довольна тем, насколько мы «круто окучили» две группы Романовых — «семёрку» и «туза» и выразила уверенность, что и с «тройкой» справимся.

Второй день моего пребывания в академии изначально планировался как главное событие командировки — участие в испытаниях «одноцветных» шариков.

Первая пара шариков — «красные»: в принципе, это «чистая» энергия «огневиков», которую я по крупицам вытягивал из облака. Точно не уверен, что картина, которую я вижу в магическом зрении, хотя бы приблизительно совпадает с реальными цветами, но магическая сила огневиков в моём зрении окрашена в оттенки красного цвета. По уже отработанной методике, в верхней части стенда инженеры закрепляют шарик, который, падая в прозрачной трубе, ударит по второму такому же шарику и должен будет сработать как магическая мина или граната, выбивая магию из ближайшего пространства. Чтобы установить диаметр поражения, специалисты академии раскладывают «обычные» заряженные шарики на расстоянии полуметра друг от друга. Воздействие должно быть метров десять, но удаляют всех на сто — на всякий случай.

Генерал Гефт подаёт команду, слышу обратный отсчёт и только прозвучало «Ноль!», вижу, что шарики сработали — магическая энергия мгновенно выплеснулась из них разлетающимся огненно-красным облаком; клубы огня, перемешиваясь с паром и копотью, закрывают от нас картину происходящего. С грохотом падает конструкция стенда, на которой проводятся испытания. Сосны, стоящие в паре десятке метров от стенда, в тот же миг вспыхивают, как свечки, а их ветки с хрустом ломаются и полыхая, падают на землю. Ветер относит пар, и видно, что всё находящееся поблизости от стенда, яростно горит или уже осыпалось пеплом.

Удивлённо сглатываю и немного вытягиваю шею, как будто став на сантиметр выше, можно что-то лучше рассмотреть. Я ещё пытаюсь осознать необычность произошедшего, как слышу удивлённый голос Николая Артуровича: — Что это было? Что там сгорело или взорвалось?

Поворачиваюсь к Гефту, отвечаю: — Необычно… Что-то пошло не так…

Николай Артурович пожимает плечами: — Там трансформатор и бочки рядом. Может, короткое замыкание произошло в момент срабатывания шариков и трансформатор и масло взорвалось. Сейчас посмотрим.

Прежде, чем мы попали к остаткам стенда, прошло немало времени: вначале на место взрыва запустили робота, который натужно тарахтя и негромко позвякивая гусеницами, проехал по выжженной земле, транслируя несколькими камерами картинку.

— Температура высокая в центре взрыва. Но радиации нет, — резюмирует обстановку генерал Гефт, читая колонки цифр, передаваемых приборами робохода.

Подождав ещё немного, он говорит: — Остыло, зима же, можно выдвигаться.

Группой из нескольких человек проходим на место испытаний. Да, натворили шарики дел: размером с небольшие яблоки, а какой взрыв организовали! Уже ясно, что трансформатор, находившийся в нескольких метрах от стенда, ни при чём: будку с оборудованием частично оплавило, а частично разбросало. Диаметр выжженной земли отчётливо показывает, где находится эпицентр — именно там, где верхний шарик, упав, ударил по нижнему.

Причём, земля рядом с эпицентром не «выжженная», а оплавившаяся до состояния шлака и запёкшаяся. Если учесть, что воздействие магической энергии, выплеснувшейся из шариков, длилось доли секунды, какая температура должна была быть, чтобы расплавить землю?

— Понятно, какая, — отвечает один из офицеров, осматривающий место взрыва. — Вот это: капли титана, — подполковник держит на руке несколько горошин, отливающих серо-серебристым цветом. — Значит, расплавились титановые сферы. А наши шарики отливают при температуре больше двух тысяч градусов, — подполковник перекладывает горошины на руку Гефту, — но расплавить титан мгновенно, чтобы металл каплями потёк, наверное, четыре-пять тысяч градусов должно быть в моменте. Или даже больше. Можем на заводе попробовать воссоздать условия.

— Андрей, по плану второе испытание намечалось с «водяным» шариком? — Николай Артурович