Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд

— Значит, нападение не могло произойти там в указанное время?

— При данных исходных условиях — нет.

Эдрик поднял руку.

Харвен посмотрел.

— Вопрос?

— Да.

Он повернулся ко мне.

— Нора, вы утверждаете, что это невозможно абсолютно?

Привычное имя.

Как будто мы сидели за семейным столом.

Мне не понравилось.

— Я утверждаю, что официальный отчет противоречил подтвержденной физической скорости каравана.

— Но теоретически время выхода могло быть неправильным.

— Именно поэтому мы проверили.

— Место тоже могло быть записано ошибочно.

— Проверили.

— Значит, первое несоответствие само по себе ничего не доказывало.

— Да.

Он едва заметно улыбнулся.

— Благодарю.

Я смотрела.

Попытка была ясной:

если первое открытие было всего лишь ошибкой, вся цепочка подозрений могла выглядеть как преувеличение бывшей жены.

Я продолжила прежде, чем он сел.

— Именно поэтому вывод об умышленной подмене не был сделан после первого листа.

Эдрик повернулся.

— Я не говорил, что был.

— Вы спросили о значении первого несоответствия. Я уточнила.

Харвен кивнул.

— Продолжайте.

Я показала второй документ.

— При проверке установлено, что время шесть двадцать пять в исходном сообщении относилось к моменту получения сигнала, а не нападения.

— Кто изменил смысл? — спросил Харвен.

— Сводная канцелярия получила отдельную форму, в которой это время уже стояло в графе «время происшествия».

— Форма настоящая?

— Бланк существовал. Но устарел.

Я положила рядом мой старый образец.

— Первый вариант был разработан в моей бывшей канцелярии около двух лет назад. Его перестали использовать именно потому, что одна общая строка путала время события и время получения сигнала.

— Кто имел доступ к форме?

— Изначально Серебряный Хребет. Позже образцы передали Северному Кругу и нескольким стаям. Поэтому происхождение шаблона не доказывает происхождение конкретного заполненного листа.

Эдрик снова посмотрел.

На этот раз без улыбки.

Я продолжила:

— Позже были найдены еще два аналогичных запроса. Они якобы поступили из разных стай. Но курьерские регистрационные коды показали, что физически все прошли через Ренвар.

— Откуда именно?

— Дом совместной готовности.

— Кто работал там?

— Смешанный секретариат нескольких программ. В том числе координационная группа Серебряного Хребта.

— Руководитель?

Вот здесь имя должно было прозвучать.

Я посмотрела на Харвена.

— Эдрик Харт.

В зале снова стало шумнее.

Эдрик не двинулся.

Харвен спросил:

— Доказано ли, что господин Харт лично составлял запросы?

— Нет.

— Доказано ли, что приказывал изменить место или время нападений?

— Нет.

— Что доказано?

— Несколько запросов разных заявленных источников возникли внутри Ренвара и проходили через помещения программы, которой он руководил. Часть конкретных срочных подтверждений подписывали его секретари.

— Благодарю.

Мне позволили вернуться на место.

Я только сделала шаг, когда Эдрик сказал:

— У меня еще вопрос.

Харвен недовольно посмотрел.

— Один.

Эдрик повернулся ко мне.

— Когда вы обнаружили первое несоответствие, вы уже состояли в личных отношениях с Рейдом Морном?

Зал изменился мгновенно.

Не звук.

Внимание.

Вот.

Я знала.

Ждала.

Но от этого вопрос не стал менее мерзким.

— Нет.

— Вы работали по его контракту?

— Да.

— За оплату.

— Да.

— В тот момент вы находились в процессе развода с его главным политическим соперником?

— Да.

Он кивнул.

— Благодарю.

Нет.

Так не пойдет.

Я не ушла от стола.

— А смысл вопроса?

Эдрик чуть приподнял бровь.

— Я уточняю возможный конфликт интересов.

— Тогда уточните полностью.

Харвен уже хотел вмешаться.

Я продолжила:

— Первый отчет я проверила потому, что он находился в рабочем пакете моего контракта. Ошибку времени можно проверить по дорожной книге. Моих чувств к Кайдену или Рейду в этой книге нет.

По галерее прошел тихий смех.

Эдрик не улыбнулся.

— Но именно вы продолжили искать.

— С независимым проверяющим.

— После чего возникла финансовая цепочка, угрожающая кампании вашего бывшего мужа.

— Да.

— И вам не кажется, что человек в вашем положении может бессознательно искать подтверждение собственной злости?

Вот уже точнее.

И опаснее.

Потому что ответ:

нет, я абсолютно объективна,

был бы ложью.

— Может.

Эдрик явно не ожидал.

— Простите?

— Я могу быть предвзята.

В зале стало тише.

— Именно поэтому финансовые выводы не подписываю я. Поэтому в проверке есть Альма Дейн. Поэтому маршрутные данные сверяют несколько людей. Поэтому оригиналы документов хранятся независимо от Черного Яра.

Я посмотрела прямо.

— Если хотите доказать, что мой расчет времени неправильный из-за развода, покажите, как шесть груженых телег прошли двадцать семь миль за два часа пятнадцать минут.

Эдрик молчал.

— Если хотите доказать, что платежные книги изменены из-за моих отношений с Рейдом, оспорьте банковские оригиналы.

Тишина стала тяжелой.

— Мою личную заинтересованность можно обсуждать. Данные от этого не исчезают.

Харвен стукнул молотком.

— На этом вопросы к госпоже Вейл закончены.

Я вернулась на место.

Лана наклонилась.

— Красиво.

— Не надо.

— Молчу.

Руки дрожали.

Совсем немного.

Не от Эдрика.

От того, насколько легко публично снова превратить меня в бывшую жену, которая мстит.

Наверное, эта версия будет существовать до конца расследования.

Возможно, дольше.

Я ничего не могла с этим сделать.

Кроме одного:

не давать ей заменить факты.

Следующей выступала Лисса.

Когда назвали ее имя, напряжение в зале стало почти физически ощутимым, хотя ничего мистического в этом не было.

Просто слишком много людей знали слухи.

А еще больше хотели знать правду.

Лисса села за стол свидетеля.

Альма спросила:

— Госпожа Крейн, вы добровольно передали комиссии закрытый пакет с печатью Эдрика Харта?

— Да.

— При каких обстоятельствах он оказался у вас?

Лисса объяснила.

Спокойно.

Эдрик иногда использовал ее для личной передачи пакетов между Ренваром, торговыми представителями и участниками кампании.

Пакет для Дэрана Велла не был передан, потому что получатель не приехал.

Эдрик обещал забрать позже.

Не забрал.

— Почему вы согласились быть курьером? — спросила Альма.

— Потому что в тот период у меня были личные отношения с Кайденом Хартом.

Вот.

Имя прозвучало.

Зал взорвался шорохом.

Кайден не отвел взгляд.

Я почувствовала, как горло сжалось.

Глупо.

Я знала.

Все знала.

Говорила с Лиссой.

Развелась.

Спала с другим мужчиной.

И все равно услышать эту фразу перед всем Северным Кругом было больно.

«У меня были личные отношения с Кайденом Хартом».

Четыре месяца моей жизни теперь получили публичное предложение.

Лисса продолжила:

— Мы находились в одних местах,