Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 - Антон Витальевич Демченко

Мастер молчал, грустно разглядывая медленно зарождающийся рассвет за окном. Потом, не поворачивая голову, пробормотал, решив не утаивать ничего:

– А еще Тьма изменила меня. И я теперь могу брать в руки любых тварей с той стороны без боязни. Ядовитых, шипастых, каких угодно. И мне ничего не делается… Наверное – они принимают меня за своего. Вон, малыши даже Клаккера цапнули, а я потом помогал их мыть и кормить – и без единой царапины… Поэтому и ошейники удалось создать без проблем. Доверь вам сборку – все руки будут в язвах. А мне – хоть бы что…

– И? – рассердился палач, старавшийся не пропустить ни слова. – Каждый из нас так или иначе отмечен. У каждого свои скелеты в шкафу. Вопрос лишь в том – как мы используем новые таланты. Гробим ли жизни людей ради наживы или пытаемся их спасти.

– Так, спор закончили, – припечатал ладонью по столу начальник департамента. – Для вас я снял две комнаты рядом с Гжеликой. До конца недели пока там поживете. Здесь – ремонт и зачистка. Заодно я подумаю, как получше обеспечить безопасность здания, чтобы подобная неприятность не случилась вновь… И смотрите за спину. Каждый. Не удивлюсь, если какой из гаденышей в Городе болтается. Хоть сектантов и прижгли каленым железом, но корни заразы остались… А чтобы не расслаблялись, к возвращению жду от вас детальное описание всех, кого сможет вспомнить Веркер. Начнем трясти архивы. Ну и Гжелике поможете с учебой, а то мне уже письма шлют из школы, что наша милая дама больше времени проводит в беседах с великовозрастными подругами, чем в изучении точных наук. Тоже мне, школа рабочей молодежи, кому за сорок. Объявили моду на обучение мамаш, всю дисциплину коту под хвост спустили…

Помахав рукой, Шольц не преминул все же сунуть шпильку:

– Да, убивец. Про зубастых подопечных молчу. Мы договорились: если горожане напишут хотя бы одну жалобу, я с удовольствием устрою показательную порку. Ну и кормежка этих проглодитов исключительно за твой счет…

Подчиненные зашумели, загремели стульями и начали собираться. Тяжелая ночь заканчивалась, но еще вполне можно было поспать, добирая отобранное время. Дождавшись, когда остальные выйдут в коридор, где уже вовсю гремели ведрами уборщики, Веркер развернул коляску к сыщику и сказал, глядя ему прямо в глаза:

– Можешь вписать меня в постоянный штат. Я сволочей буду зубами рвать, если понадобится. Спину прикрою и не подведу.

– То есть перцовку можно больше не покупать? – усмехнулся полицейский.

– Если только раны промывать.

– Хорошо. Ты сказал, я тебя понял. Стандартный договор подпишешь, как вернешься. Дату вчерашнюю поставлю… И любое оружие можешь носить, не пряча. Теперь – можно…

* * *

Субботним вечером Клаккер приволок огромную свежую буханку прямо из пекарни и кусок сливочного масла. Под горячий самовар у Гжелики устроили малые посиделки без руководства, на которых палач выложил еще одну новость:

– Помните сорванца, который у нас последнее время в помощники просился?

– Шмель? Еще никак настоящее имя назвать не хочет, говорит, бесит его, если по имени зовут… Помню, он же на чердаке рядом с площадью обитает, когда у меня не сидит, – отозвался оружейник.

– Он… Мялся, мялся, но все же рассказал. Говорит, боялся, что засмеем… Когда стрельба началась, мальчишка к дырке сунулся и человека заметил. Стоял кто-то у проулка в плаще. Стоял и ждал, чем заваруха закончится. А потом – раз, и исчез.

– Как это? – не поняла девушка, смахивая крошки с губ. – Люди не умеют исчезать.

– Нечисть – умеет, – задумчиво протянул Зицц, с трудом одолевший единственный ломоть за время, пока остальные съели несколько, не жалеючи, нашинковав сверху ломти масла. – Они могут прятаться между мирами, превратившись здесь в жалкие серые тени.

– Именно. И если демонологи в самом деле чего-то изучили и вырвали с чужой кровью крупицы знаний, то запросто могут использовать накопленное для своих нужд. Моргнул – а вместо вражины перед тобой еле заметное пятно. И много ты разглядишь потом в тумане с крыши? Был человек – и не стало. А тот же Конструктор у них покупал записи, что-то даже применить смог. Значит – действительно, наши враги обладают опасными свойствами, которые могут стать для нас неприятной неожиданностью.

– Будем иметь в виду, – проворчал Веркер, положив руки на крохотную копию барабанного дробовика палача, привычно лежавшую у него в ногах. Не имея возможности прикрыть друзей в беготне по крышам, мастер на полном серьезе задумался о переделке коляски и превращении ее в самоходную артиллерийскую установку. По крайней мере несколько пистолетов и ружье уже были припрятаны в укромных местах. А личную картечницу мужчина даже не считал нужным больше прятать. – Главное, надо понимать, что если у группы был проверяющий, вполне могут появиться и другие стрелки. Пешками жертвуют с легкостью. Надо лишь не попасть под их удар.

– Вот для этого я вас и собрал, – пробасил палач, добывая из кармана грязную тряпку. – Пока ты громил гадов на острие атаки, я бродил по тылам. И один милый подмастерье за несколько золотых согласился продать секрет своего хозяина… Смотрите, какое забавное клеймо заказали на днях.

Посреди куска мешковины черной краской был небрежно изображен паук.

– Надо же, – брезгливо отодвинулась в сторону Гжелика, – Конструктор все никак угомониться не может. Мы-то думали, что он в бега подался, а этот вивисектор где-то рядом.

– Виви… Чего? – Клаккер с подозрением посмотрел на покрасневшую девушку, потом пробормотал: – Вот так детей в школу отдашь, а они потом при взрослых ругаются… Ладно. Мысль в целом ухватила правильно. Наш клиент – где-то рядом. Совсем рядом с Городом. И мне кажется, что это самое рядом – пустоши… Болота и кусты на многие километры на запад. Километры и километры, заполненные комарами, водой и нечистью. Без проводника найти кого-нибудь нереально. А если пустить дело на самотек, то Конструктор вполне может там собрать целую армию, благо подопытного материала хоть отбавляй. Раз – и завтра на улицы хлынет гадости без счета. И нас просто сметут, похоронив саму надежду жить тихо и спокойно.

– Как будем искать? – полюбопытствовал Зицц, решительно отставив в сторону опустевшую чашку. – След сможешь взять?

– С этим сложно, – загрустил охотник. – Я там по краешку прогулялся – гиблое дело. Следов полно и разных. Нужных нет. Да и не оставляет бывший рыбный торговец следы, он же человек, не монстр. Пройдет по кочкам, через полчаса трава примятая поднимется – и все, будто его и не было… Если только сектантов отловить, они должны «пахнуть».

– Они тоже люди, – возразил Веркер. – Амулетами обвешаны с ног до головы, чтобы нечисть не порвала, но все равно – люди. Амулеты и снять можно. Сняли – и все, нет их больше. Мы же с убитых безделушки собрали, и ты смотрел – нет там устойчивой ауры или еще чего. Прошел человек мимо, пахнуло дрянью – и все.

– Тогда тупик…

Гжелика поежилась и спросила:

– А может, вы какого умного с пустошей отловить сможете? Я бы его разговорила. Бегают же где-то твари, которые не только жрать умеют.

– Как его отличить? Паспорт спрашивать? – пошутил палач. – Максимум, что я могу сделать, это ближе к Городу порошком проходы засыпать, куда нечисть не полезет. На полмили-милю коридор вглубь пробьем. Но дальше – опять болота и топь…

Откинувшись на спинку коляски, оружейник зацепился за услышанное слово и задумчиво пробормотал:

– Коридор, говоришь? А это мысль, кстати… Есть хорошая идея, надо только вживую проверить. Завтра утром займемся. Если выгорит, будет тебе клиентура. И даже ноги мочить не придется… Что, глаза загорелись? Это хорошо. Завтра проверим.

– Садист! – заорал Клаккер, недовольно размахивая руками перед мастером. – Я же до утра весь изведусь!

– Кому бы сказки рассказывал, – засмеялся Веркер, откатываясь назад. – Дрыхнуть будешь, не добудишься… Сказал – завтра, значит, завтра. Мне, в отличие от тебя, подумать надо. Не все могут головой стены пробивать. Кому-то приходится руководству помогать и думать. Хотя бы иногда… И зверушек не забудь, будем на них опыты ставить. Безвредные… Не ожидал, что своя карманная Тьма может так неожиданно пригодиться…

* * *

В понедельник вечером уставший сыщик вернулся под родную крышу. Городские власти неожиданно легко привыкли к тишине на улицах и не желали больше слышать о каких-либо финансовых проблемах департамента. Нет убитых тварей – значит, нет и денег. С какой стати платить за пустое сотрясение воздуха. Золото – это отчетность. Строгая отчетность. И за каждую монету необходимо предоставить клыки, шкуры и гору бумаг с описанием деталей охоты. Иначе – извините, господин старший обер-крейз, но сегодня для вас господин бургомистр занят.

– Идиоты, дождутся, что нарвемся на самые настоящие неприятности.