Две стороны равновесия. По краю смерти - Хайдарали Мирзоевич Усманов

— А теперь ты решила, что больше не можешь быть моей наставницей.

Ли Юньсюэ замолчала. Именно это она и хотела сказать. Но почему-то, когда он произнёс это вслух, ей стало ещё тяжелее. Девушка медленно отвела взгляд.

— Я действительно больше не могу.

Максим перестал улыбаться.

— Почему?

— Ты сам знаешь почему.

Она осторожно высвободила свою руку из его ладони. На этот раз он не стал ей мешать. Ли Юньсюэ отошла на шаг. И вдруг между ними словно возникло невидимое расстояние. Не физическое. Другое. То самое, которое появилось после того, как сила Максима изменилась. Раньше она была его наставницей. Она могла стоять перед ним, указывать ему на ошибки, объяснять основы Дао Цзы, поправлять его технику, заставлять его повторять одно и то же движение десятки раз. Она могла защищать его. Могла ругать. Могла требовать от него послушания. Теперь же...

Ли Юньсюэ посмотрела на него. И впервые увидела не своего ученика. Не того мальчишку, которого когда-то сопровождала. Перед ней стоял человек, чья аура была настолько глубокой и плотной, что даже после того, как он сознательно сдержал её, пространство вокруг него продолжало казаться наполненным незримым океаном. Она чувствовала его силу. Даже сейчас. После всех испытаний. После чудовищных повреждений. После того как он едва не погиб. И она понимала сейчас главное. Если Максим действительно достиг пятой звезды уровня Доу Шэн... Нет. Даже если он ещё не научился полностью контролировать эту силу, сама разница между ними была теперь слишком огромной. Она не могла больше быть его наставницей. Даже Великий старейшина Линь, человек, стоявший на вершине Академии Небесного Свода, теперь вряд ли мог претендовать на роль учителя этого парня в вопросах культивации.

Ли Юньсюэ опустила глаза.

— Я больше не могу учить тебя.

Максим некоторое время молчал.

— Потому что я стал сильнее?

— Не просто сильнее. — Она горько усмехнулась. — Ты теперь находишься на совершенно другом уровне.

— И что?

— Что значит “и что”? — В её голосе вновь появилась привычная раздражённость. — Ты вообще понимаешь, насколько огромна разница между нами?

— Примерно.

— Мин-сок!

— Хорошо. Не примерно. — Затем он показательно задумался. — Очень огромная?

Ли Юньсюэ закрыла глаза.

— Иногда мне кажется, что ты специально делаешь это.

— Что именно?

— Выводишь меня из себя.

— Нет. — Максим совершенно искренне покачал головой. — Я просто пытаюсь понять, почему ты решила, что теперь должна исчезнуть из моей жизни.

Девушка замолчала. Эта фраза ударила по ней гораздо сильнее, чем он мог предположить. Ли Юньсюэ медленно подняла взгляд.

— Я не собираюсь исчезать.

— Тогда в чём проблема?

— Я не могу больше быть твоей наставницей.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Да. — Максим легкомысленно пожал плечами. — Значит, не будешь наставницей.

Ли Юньсюэ нахмурилась.

— И всё?

— И всё.

— Ты даже не расстроился?

— А должен?

— Конечно!

Максим задумался.

— Тогда я расстроен.

— Ты издеваешься?!

— Немного.

— Мин-сок!

Он рассмеялся. Ли Юньсюэ сердито ударила его кулаком в грудь. Совсем не сильно. Скорее символически. Но парень даже не шелохнулся. Девушка тут же вспомнила, насколько теперь прочным стало его тело, и ещё сильнее нахмурилась.

— Вот видишь?

— Что?

— Раньше я могла хотя бы ударить тебя, когда ты вел себя как идиот.

— Ты и сейчас можешь.

— Я только что ударила тебя!

— Я заметил.

— И ты даже не почувствовал!

— Почувствовал.

— Врёшь.

— Немного.

Ли Юньсюэ окончательно потеряла терпение.

— Да что с тобой не так?!

Максим снова улыбнулся. А затем совершенно неожиданно сделал шаг к ней. На этот раз девушка не успела отступить. Он вновь обнял её за талию.

— Мин-сок...

— Юньсюэ.

Она замерла. Он редко называл её полным именем. А тем более так, словно они были близки. И сейчас в его голосе не было привычной насмешки.

— Ты действительно думаешь, что после всего этого я позволю тебе просто уйти?

Девушка посмотрела ему прямо в глаза.

— А что ты предлагаешь?

Максим ответил почти сразу:

— Если ты больше не можешь учить меня культивации...

Он намеренно сделал демонстративную паузу. И на лице Ли Юньсюэ постепенно появилось подозрение. Очень нехорошее подозрение.

— Мин-сок.

— ...то будешь… учить меня семейной жизни.

Теперь между ними возникло молчание. Абсолютное. Ли Юньсюэ смотрела на него так, словно пыталась понять, действительно ли услышала именно то, что услышала.

— Чему?

— Семейной… жизни…

— Я...

Она открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

— Ты...

— Да?

— Ты сейчас...

— Да.

— Ты только что...

— Именно.

— Мин-сок!

На этот раз девушка попыталась вырваться по-настоящему. Но парень уже крепче обхватил её талию.

— Отпусти меня!

— Нет.

— Я твоя наставница!

— Раньше была. Но… Уже нет.

Ли Юньсюэ застыла. Максим совершенно невозмутимо продолжил:

— Ты сама только что сказала, что больше не можешь быть моей наставницей.

— Это не значит...

— Значит.

— Нет!

— Тогда объясни.

Девушка покраснела.

— Ты просто...

Она не могла подобрать слов. Максим смотрел на неё с таким совершенно невозмутимым выражением лица, что Ли Юньсюэ вдруг поняла, что он действительно собирается довести её до конца.

— Ты безнадёжен.

— Возможно.

— Ты вообще понимаешь, что сейчас говоришь?

— Конечно.

— И ты действительно собираешься...

Она не закончила. Максим наклонился. Ли Юньсюэ широко раскрыла глаза.

— Мин-сок, подожди...

Но он уже поцеловал её. Это произошло настолько неожиданно, что девушка на несколько мгновений просто застыла. Её руки, которые ещё секунду назад пытались оттолкнуть этого совершенно невозможного ученика, бессильно замерли между ними. А затем... Ли Юньсюэ… Нет… Теперь просто Юньсюэ закрыла глаза. Совсем ненадолго. Всего на одно мгновение. Но когда Максим наконец отстранился, девушка выглядела так, словно совершенно забыла, что собиралась сказать. Он всё ещё держал её за талию. Она всё ещё стояла перед ним. И несколько мгновений они просто молчали. Первой пришла в себя Юньсюэ.

— Ты...

Максим невинно посмотрел на неё.

— Да?

— Ты... ты...

Она подняла руку. И с невероятной скоростью отвесила ему ещё одну затрещину. На этот раз сильнее.

— Ай.

— Вот!

— За что?

— За всё!

— Но я же...

— Молчи!

Максим замолчал.