Две стороны равновесия. По краю смерти - Хайдарали Мирзоевич Усманов

— Они точно попытаются подобрать тебе жён.

Максим моргнул.

— Что?

— Жён.

— Я услышал.

— Тогда почему у тебя такое лицо?

— Потому что я не ожидал, что ты скажешь это настолько спокойно.

— А как мне ещё это говорить?

— Например… с ужасом.

— Я уже достаточно ужаснулась за последние сутки.

Максим потер переносицу.

— Подожди. Ты хочешь сказать, что Великие старейшины действительно будут пытаться...

— Да.

— И сколько?

Ли Юньсюэ посмотрела на него с выражением человека, который уже заранее знает, что этот разговор закончится катастрофой.

— Одной им будет мало.

— Насколько мало?

— Минимум три.

Максим поднял бровь.

— Минимум?

— Возможно, четыре.

— Четыре?

— Возможно, больше.

— Больше?!

— Мин-сок!

— Нет, я просто уточняю.

— Они будут считать, что одна жена — это недостаточно для закрепления такой родословной.

Максим несколько мгновений молчал. А затем совершенно серьёзно произнёс:

— Вообще-то у меня уже есть… целый… гарем…

Ли Юньсюэ застыла.

— Что?

— Гарем.

— Мин-сок.

— Что?

— Ты вообще понимаешь значение этого слова?

— Конечно.

— Ты... — Девушка закрыла глаза. — Я сейчас не об этом.

— А я именно об этом.

— Ты невозможен.

— Почему?

— Потому что ты говоришь о таких вещах так, будто обсуждаешь покупку новых боевых техник.

Максим задумался.

— Но ведь это действительно было бы неразумно.

— Что именно?

— Привыкать к новым людям рядом.

Ли Юньсюэ медленно посмотрела на него. Парень, похоже, совершенно искренне размышлял над проблемой.

— Вот смотри… — Продолжил он. — Есть четыре девушки, которые уже постоянно находятся рядом со мной. Я знаю их характеры. Знаю, что каждая из них умеет. Знаю, как они ведут себя в опасности.

Ли Юньсюэ почувствовала, как её бровь начинает нервно дёргаться.

— Мин-сок...

Но он продолжил:

— У каждой есть свои особенности.

— Мин-сок.

— Одна связана с кровью.

— Я поняла.

— Другая прекрасно владеет огнём.

— Я тоже поняла.

— Третья...

— Не продолжай.

— Почему?

— Потому что я уже начинаю жалеть, что вообще начала этот разговор.

Максим улыбнулся.

— Но ведь я прав.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты слишком легкомысленно относишься к вопросу брака.

На этот раз Максим действительно замолчал. И Юньсюэ решила, что наконец-то смогла достучаться до его разума.

— Это не игра, Мин-сок. — Она говорила уже гораздо серьёзнее. — Речь идёт не о том, сколько девушек тебе нравится. Не о том, насколько тебе удобно находиться рядом с ними. Речь идёт о политике. О семьях. О будущем не только нашей Академии. О родословных.

— Я знаю.

— Нет, не знаешь.

— Знаю.

— Тогда почему ты улыбаешься?

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

— Потому что ты сейчас говоришь так, словно собираешься позволить кому-то решить за меня, с кем мне жить.

Ли Юньсюэ замолчала.

— Я не это имела в виду.

— Но именно это произойдёт. — Он сделал шаг ближе. — Великие старейшины будут предлагать мне девушек.

— Возможно.

— Какие-то там Великие семьи начнут искать возможность породниться со мной.

— Да.

— А некоторые особо умные старики, скорее всего, начнут рассказывать мне о великом благе для всего мира и о том, что я обязан подумать о будущем своей родословной.

Ли Юньсюэ ничего не ответила. Потому что он был прав. А Максим усмехнулся.

— И ты думаешь, я соглашусь?

— Я думаю, что ты должен хотя бы понимать серьёзность ситуации.

— Понимаю.

— Правда?

— Конечно. — Он вдруг стал совершенно серьёзным. — Именно поэтому я и сказал, что у меня уже есть четыре девушки.

Ли Юньсюэ нахмурилась.

— Ты опять за своё.

— Нет. — Максим покачал головой. — Я говорю совершенно серьёзно.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Если мне действительно придётся однажды решать вопрос о семье, то я предпочту людей, которых уже знаю.

Ли Юньсюэ замерла.

— Людей, которым я доверяю.

Её выражение лица постепенно изменилось.

— Людей, которые были рядом со мной, когда я ещё не был тем, кем являюсь сейчас.

Максим говорил спокойно.

— Я не хочу, чтобы рядом со мной появились какие-то неизвестные девушки только потому, что их семьи решили, будто моя кровь представляет ценность.

Ли Юньсюэ медленно опустила взгляд. А Максим вдруг добавил:

— И я не собираюсь позволять кому-либо выбирать за меня.

— Даже если речь идёт о Великих старейшинах?

— Особенно если речь идёт о Великих старейшинах.

Девушка посмотрела на него.

— Ты слишком уверен в себе.

— Теперь у меня есть основания.

— Вот именно это меня и беспокоит.

Максим чуть склонил голову.

— Почему?

— Потому что ты действительно стал слишком сильным.

— А раньше?

— Раньше ты хотя бы иногда понимал, что можешь ошибаться.

— Я и сейчас понимаю.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Да.

— Мин-сок!

— Хорошо. Допустим, иногда не понимаю.

Ли Юньсюэ уже собиралась снова его отругать. Но парень вдруг снова сделал шаг вперёд. Его рука легла ей на талию. Девушка мгновенно напряглась.

— Мин-сок... — Он притянул её ближе. — Ты опять начинаешь.

— Я пытаюсь объяснить тебе серьёзность ситуации.

— Я прекрасно её понимаю.

— Тогда почему ты...

Максим не дал ей закончить. Он наклонился и снова поцеловал её. На этот раз Ли Юньсюэ была готова. По крайней мере, она думала, что была готова. Но подготовиться к подобной наглости было невозможно.

— Мин-сок! — Она попыталась отстраниться, но парень не отпустил. — Прекрати!

Он продолжал целовать её. Ли Юньсюэ несколько секунд сопротивлялась. Потом перестала. Её руки, которые сначала упирались ему в грудь, постепенно опустились. Слова, которые она собиралась произнести, так и остались невысказанными. Максим наконец отстранился. Ли Юньсюэ несколько мгновений просто смотрела на него. Её лицо было пылающим.

— Ты... — Максим молчал. — Ты вообще...

Он снова улыбнулся.

— Что?

— Я тебя ненавижу.

— Неправда.

— Правда!

— Нет.

— Почему ты так уверен?!

— Потому что если бы ты действительно меня ненавидела, то уже давно ушла бы.

Ли Юньсюэ замолчала. Максим посмотрел ей в глаза.

— Ты всё ещё здесь.

Девушка не нашла ответа. Потому что это действительно