Бастард Великой Орды - Андрей Абрамов

* * *

Агнар-камень встретил нас безмолвным спокойствием. Ничто не напоминало о недавнем побоище. Тела тварей исчезли без следа, на горизонте по-прежнему возвышались горы.

Урзул рассадил молодняк внутри круга. Каждый из них днём ранее прошёл медитацию, все знали, что их ждёт в лимбе. Каждый был готов стоять до конца.

Мы ожидали за границей священного круга. Три угрюмых воина, готовых рвать тварей на части, лишь бы инициация прошла по плану.

Транн молча сжимал воронёный клевец, разглядывая горы, Газгат поглаживал секиру, уставившись куда-то в небо, Урзул усердно втирал рудную золу в спины молодых воинов. Я же просто стоял, готовый в любой момент выхватить тесак.

Когда приготовления были закончены, шаман раздал фиалы с вываркой из Златокорня, и встал рядом с Агнар-камнем.

— Отныне ваша судьба в ваших руках. Возьмите то, что даровано богами. Бейтесь за право, словно бьётесь в последний раз, — Урзул на секунду замолчал, вытягивая из ножен кинжал. — А мы будем лить кровь, защищая ваши тела.

Молодые залпом опустошили фиалы и повалились на холодный камень.

Началось.

Твари хлынули сразу. Едва последний инициируемый откинулся навзничь, со всех сторон раздалось голодное рычание.

Первыми из воздуха явились волкоподобные монстры, с длинными, как кинжалы, клыками. Следом, хлынули изменённые лоси, с ветвистыми рогами.

Потом началась свалка.

С полдюжины медведей бросились на нас разом, вспарывая воздух когтями. Их облезлые, покрытые кровоточащими наростами туши вываливались из-за деревьев и пёрли на нас, не обращая внимания на раны.

Мы махали железом, круша всех подряд, пока, наконец, поток тварей не сошёл на нет.

Последний, испещрённый язвами, кабан выскочил прямо на Транна. Тот ловко поддел его переднюю ногу, и на обратном ходу с разворота вогнал боёк клевца в плешивый затылок.

Наступила тишина.

Молодняк начал приходить в себя, оглядываясь ошалевшим взглядом. Последними очухались прохоровские.

У каждого на запястье чернел обугленный Круг. И только у одного из всех туманом кружил Круг Духа.

— Мои поздравления, — сказал я, помогая им подняться. — Вы стали сильнее, и я рад, что вы будете сражаться со мной плечом к плечу.

— Спасибо, комендант, — прохрипел один из людей.

— Испытание было непростым, — покачал головой другой.

— Благодарю вас всех за защиту, — орки, поднявшись, приложили кулаки к груди и поклонились мне и остальным.

Спустя полчаса мы выехали в острог.

Луна вошла в зенит, когда мы спустились с горной тропы и встали на тракт.

Впереди на своих варгах шли Урзул и Транн. Следом двигался усталый молодняк. За ними неспешно ехали Газгат и я.

Гобл рассказывал, как оказался под крылом Гриммы, как лишился семьи, как стал десятником. Банальная история, но всё же интересная.

Когда до Гнилых зубов оставалось полчаса ходу, Урзул вдруг поднял руку, останавливая отряд.

Параллельно к тракту шёл другой отряд. Два десятка орков неспешно брели в сторону острога, закинув на спины тесаки. Позади тихо поскрипывала телега.

Завидев нас, они встали в оборону.

Шаман отреагировал мгновенно. Махнул двупалой рукой. Молодняк посыпался с варгов, как горох, на ходу выхватывая топоры и секиры. Прохоровские схватились за арбалеты.

Я выехал чуть вперёд, потянул за поводья, вглядываясь в отряд.

— Спокойно, парни! Опустить оружие! — обернулся я к своим. — Кажется, я догадываюсь, кто это.

Глава 21

Выглядел отряд паршиво.

Заляпанные грязью сапоги, мятые кирасы, явно с чужого плеча, потому как почти на всех зияли дыры от болтов. Вместо наручей обмотки. У двоих на груди зарубы от секир. Трое вообще были налегке, вместо кирас — затёртые до блеска стёганки.

Шлемов не было, только подшлемники, залепленные своей или чужой кровью.

С оружием дела обстояли ещё хуже.

На два десятка лбов — пять ржавых щитов и три арбалета.

Добротный тесак был только у предводителя. Остальные гремели таким хламом, что я вообще удивился, как они ещё живы.

Правда, чуть в стороне топтался «броненосец» с палицей размером с человека. На груди ржавые, но крепкие латы. На голове массивный шлем-клетка. Руки и ноги защищены железными накладками, из которых, если переплавить, можно сделать снаряжение для полдюжины воинов.

Такая детина, при должных навыках, в одного может выкосить пару десятков рядовых бойцов.

Судя по внушительной комплекции и характерным чертам морды, принадлежал этот образчик к редкой помеси орчихи и огра. Или наоборот.

Кем уж из них была его мамка, оставалось догадываться, но сынуля у неё вышел что надо.

Главарь — плечистый орк с перебитым носом, протолкался через нагромождение железа и плоти и вышел вперёд.

— Моё имя — Изгар! — представился он, осматривая нашу процессию. — И я пришёл не с войной.

— Что странно, в наше время, — я окинул толпу взглядом. — Тогда с чем же?

То, что эти парни шли не убивать, было ясно по тому, как они передвигались. В открытую, не скрываясь. Так ходят только тогда, когда за спиной ещё несколько сотен соратников, если не тысяч. А этих всего два десятка.

Беглые или вольные, хотя, последние не ходят в рванине — с обмундированием у них всё в порядке. Да и оружие нормальное, не то, что этот лом.

Изгар осклабился, будто в него ткнули горящей головёшкой. Сплюнул себе под ноги и невинно развёл руками, слегка подавшись вперёд.

— Мы идём в Зубы.

— И что же вам там надо? — Урзул спрыгнул с седла.

Молодняк перегруппировался, вытягиваясь цепочкой. Оружие никто не доставал, но руки у всех лежали на рукоятях.

— Ищем Крома-освободителя, — без заминки ответил главарь. — В дружину к нему проситься идём. Наш клан разбили. Вождя и всё его племя перебили. Женщин и детей в полон угнали. Нас в овраг повели, глотки резать. Если бы не Ган-Ган, — главарь кивнул на броненосца, — хрен бы мы выбрались. Сейчас хотим под крыло Крома встать, чтобы просить помочь отбить наших. Торговец Хрод нам о нём рассказал. Мы с ним перед Гуратаном встретились.

Я кивнул, подмечая, что у того самого Ган-Гана на шее висела шипастая колодка, от которой в стороны расходились цепи. Двое бойцов держали их за концы, не давая здоровяку двигаться. Ещё один стоял с плетью.

Похоже, эта свора — первая ласточка, которую отправил проныра Хрод. Точнее, ободранная ворона, с кривым клювом. По-другому этот сброд не назовёшь. В моём прошлом мире таких называли маргиналами.

И всех их надо проверять. Всякий сброд тащить за