Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX–XX столетий. Книга XII - Алексей Ракитин

1981 год. Одержимость

Есть особая категория женщин, которых тянет к опасным мужчинам. Влечение это вряд ли можно объяснить рационально, поскольку здравый смысл и осторожность должны — по крайней мере теоретически! — отталкивать женщин от партнёров, общение с которыми чревато неприятностями. Однако то ли потребность в острых ощущениях, то ли жажда романтики, а может банальная надежда на быстрое и лёгкое обогащение побуждают некоторых женщин играть с опасными мужчинами в эдакое подобие «русской рулетки». Разумеется, не все женщины таковы, но таковые точно существуют, и результаты их романтических игр часто не отличаются или отличаются очень незначительно от игр с настоящим заряженным револьвером.

Шери Линн Эйерс (Cherie Lynn Ayers) таковой женщиной не казалась. Родившаяся 13 декабря 1950 года, успешно закончившая Орегонский университет и работавшая в больнице врачом-рентгенологом Шери производила впечатление человека, далёкого от уголовного мира, как никто другой. Женщина вела жизнь спокойную и размеренную — по крайней мере так казалось на первый взгляд. Она снимала небольшой домик в Портленде, штат Орегон, по адресу Саус-Вест 9 плейс (Southwest Ninth Place) № 9001, готовилась выйти замуж, копила деньги на ипотеку. В свободное время позволяла себе потусить в баре или на дискотеке, но такого времени у неё было не очень много, поскольку Шери не отказывалась от сверхурочной работы [как сказано выше, она готовилась выйти замуж и копила деньги на ипотеку]. Время от времени — обычно раз в три месяца — она вместе с родителями ездила к младшей сестре Чиане (Chiane), проживавшей в Калифорнии.

Вот такая вот жизнь… на первый взгляд. Казалось бы, какие опасные мужчины могут быть в жизни врача-рентгенолога?! Можно ли найти профессию более мирную и спокойную?

В пятницу 10 октября 1980 года Шери Эйерс не вышла на работу. И это выглядело очень странно, поскольку Шери от работы обычно не отказывалась и имела репутацию очень педантичного и точного человека. Коллеги несколько раз ей звонили в течение дня, но поскольку замена Шери была быстро найдена, к тому же без особых хлопот, никто тревоги не забил. Мало ли какое неожиданное приключение может случиться в жизни молодой женщины, верно?

Следующий день — 11 октября — являлся выходным Шери, и потому на работе её никто и не ждал. Однако с Эйерс в тот день очень хотел увидеться её жених — имя и фамилия этого человека никогда не разглашались, и скоро станет ясно почему. Мужчина несколько раз набирал домашний номер Шери, но, так и не дождавшись ответа, решил, в конце концов, отправиться в гости к невесте без приглашения. Явочным, так сказать, порядком. Решение это он принял уже вечером — в полном соответствии с законом детективного жанра…

Хотя формально Саус-Вест 9 плейс находится в юго-западной части Портленда и даже довольно далеко от городской черты, в действительности этот район напоминал в те годы скорее не американский город в его голливудском представлении, а очень-очень заурядный дачный посёлок советской поры. Улицы там не имели освещения, одноэтажные домики выглядели довольно жалко, а грунтовые дороги относились к категории «убей себя о мусорный бак на повороте». Вся эта эксклюзивная прелесть пряталась в густом и довольно мрачном хвойном лесу. Любителю белочек, енотов и энцефалитных клещей такая локация, быть может, покажется не лишённой привлекательности, но даже такой любитель не может не признавать некоторой депрессивности района.

Дом, арендованный Шери Линн Эйерс, представлял собой одноэтажное отдельно стоящее щитовое строение, отделённое от грунтовой дороги густым кустарником и деревьями. В 1980 году рядом с домом — в левой части снимка — находился сарай, впоследствии разобранный. Как можно видеть, дом фактически располагался в хвойном лесу, возраст многих сосен и лиственниц в районе Саус-Вест 9 плейс достигал 80—100 лет.

Около 21 часа мужчина подъехал к дому Шери, и поскольку в кухонном окне был виден свет, без долгих раздумий вставил ключ в замок входной двери. Он открыл дверь и… прямо от порога увидел лежавшее на полу женское тело. И вокруг очень много крови! Мужчине следует отдать должное — ему хватило ума не входить в дом, он повернулся буквально на пороге и бросился к соседям с просьбой вызвать полицию.

Так началось одно из самых необычных и запутанных расследований в истории полиции Портленда. Уже через 4 минуты к дому, ставшему местом преступления, прибыли первые патрульные, осмотревшие как сам дом, так и прилегавшую территорию. По его результату стало ясно, что преступление произошло довольно давно — более суток тому назад — и убийца давно скрылся.

Изучение обстановки в доме, а также тела женщины на месте его обнаружения показало необычность случившейся драмы. Шери Эйерс, по-видимому, подверглась изнасилованию — на это указывало обнажение нижней части тела, хотя точный ответ могла дать, разумеется, только судебно-медицинская экспертиза — при этом жертва оказала нападавшему яростное сопротивление. Тело находилось в гостиной, однако разнообразные следы крови были найдены не только в этой комнате, но и в спальне, уборной и на кухне. Не могло быть сомнений в том, что в процессе борьбы Шери активно перемещалась до дому. Энергичное сопротивление потерпевшей рождало вопрос о криках, которые могли слышать соседи — если бы таких свидетелей удалось отыскать, то следствие получило бы надёжную привязку к времени совершения преступления.

Осмотр тела на месте его обнаружения позволил предположить использование нападавшим двух видов оружия [это предположение в дальнейшем получило полное подтверждение]. На голове Эйерс присутствовали рассечения, оставленные предметом, не имевшим граней [цилиндрической формы] — по мнению судмедэксперта, это могла быть бутылка или дубинка. Впоследствии использование бутылки было исключено, и специалисты сошлись в том, что женщину избивали небольшой деревянной дубинкой. Шери получила не менее восьми таких ударов по голове, из их числа два пришлись в область лба ниже линии роста волос. Эти удары оставили кровоподтёки протяжённостью до 7 см и рассечения кожи с неровными краями длиной до 3 см. Эти раны обильно кровоточили, но угрозы для жизни не представляли. С этих ударов нападение, по-видимому, началось, во всяком случае они были нанесены за некоторое время до момента наступления смерти [четверть часа или даже более]. Последний вывод основывался на том, что повреждения, причинённые дубинкой, дали сильные отёки [если бы раны были причинены в момент агонии или уже после смерти, то таковых не оказалось бы].

Другим оружием, использованным преступником, стал нож, которым он нанёс акцентированные удары в область шеи. Таковых ударов