С тобой - Тори Майрон

не из тех мужчин, кто годами тянет резину. И раз он уже давно не узаконил ваши отношения, то он и вовсе не сделает это. А всё потому, что он не любит тебя и вряд ли когда-нибудь полюбит. Я уверена, в глубине души ты и сама это понимаешь, но почему-то отказываешься признавать. И поверь мне, я знаю Пола достаточно хорошо, чтобы заверить тебя – он ни за что не станет жениться на тебе из-за беременности. Однако это не значит, что он оставит тебя одну в твоём положении. Он ни за что не бросит своего ребёнка.

Последние слова невыносимо больно резанули по сердцу, вынудив меня задержать дыхание, лишь бы не выпустить на волю мучительный стон.

У Пола будет ребёнок от другой.

Чёрт!

Как мне смириться с этой мыслью? Будто и без неё мне было мало боли.

– Но он бросит меня, – Ева не спросила, а произнесла с безысходностью, пронзая меня печальным взглядом.

Да только мне не нужна была её печаль. Мне и своей хватало. Она рвала меня на части.

– Ты меня плохо слышала? Я же сказала, что не бросит.

– Но он в любой момент расстанется со мной и уйдёт к вам, я правильно поняла?

Сохраняя прочный зрительный контакт с девушкой моего любимого мужчины, я замешкалась с ответом, ведь все минувшие недели сама мучилась в догадках, как поступит Пол? Какое решение примет? Найдёт ли в себе силы простить меня? Захочет ли увидеть меня ещё хотя бы раз?

Ведь пусть разговор с Дарреном и приободрил меня немного, но, к сожалению, с каждым днём томительного ожидания моя надежда на благоприятный исход таяла всё больше. А в момент, когда Ева сообщила о беременности, и вовсе превратилась в пепел.

Да, Пол не станет связывать себя узами брака с женщиной из-за ребёнка, но это не значит, что он не может решить остаться с ней, чтобы растить ребёнка вместе, а обо мне забудет, как о кошмарном сне.

Ведь давайте будем откровенными: зачем ему искать в себе силы понять и простить меня, да ещё и пытаться смириться с тем, что у меня есть сын, если у него совсем скоро будет свой? Пусть и не от любимой женщины, но зато родной.

Я понимала, что мои шансы быть с Полом скатились к нулю. Всё моё нутро заливалось слезами и кричало об этом, однако перед Евой я не собиралась проявлять своё истинное внутреннее состояние. Я должна была продержаться до её ухода. Во что бы то ни стало. Убиваться буду позже. В одиночестве.

– Почему вы молчите? – хлюпнув носом, спросила она, вырвав меня из моих мыслей.

– Потому что у меня нет ответа на твой вопрос. И задавать ты его должна не мне, а Полу. Только ему решать, как поступать дальше. Это его жизнь и его решение. Я больше никогда не буду делать за него выбор.

– Что вы имеете в виду?

– Это неважно. Тебя это не касается. Единственное, что я могу тебе сказать, – если после всего, что между нами произошло, Пол всё-таки вернётся ко мне, то я ни за что не откажусь от него. И сделаю всё, что в моих силах, чтобы принять и полюбить его ребёнка так же, как сделает это он.

«Если сделает» – в уме исправила я себя, но не произнесла вслух. Ева же резко поменялась в лице после моих слов. Глаза вдруг сузились в недобром прищуре, а прежде бледное лицо обрело розоватый оттенок от злости.

– Вы подойдёте к моему ребёнку только через мой труп, ясно? – приблизившись ко мне, прошипела она, но испугать меня не получилось. Как и зародить во мне желание ответить колкостью.

Я слишком устала. Во всех смыслах. К тому же понимала, Ева молода, неопытна, сильно расстроена, напугана и в отчаянии. Ею двигали эмоции. Она не могла рассуждать здраво. Ни к чему распалять её ещё сильнее. В её положении нервничать вредно.

– Возможно, и не придётся прибегать к таким крайним мерам, Ева. Успокойся, возвращайся домой, дождись Пола, расскажи ему всё, а там посмотришь, какое решение он примет. И поверь мне, преимущество однозначно на твоей стороне.

Ева ничего мне не ответила, просто смотрела сквозь слёзы на меня до тех пор, пока в гостиную не ворвался мой мальчик.

– Мамотька!

Мы обе вздрогнули от громкого голоса Джей-Джея и перевели на него взгляды. Я – добродушный, а Ева – напуганный.

– Мамотька! – сын подбежал ко мне и схватил за руку. – Пошли иглать! Малиса сучная!

Я издала нервный смешок и взяла Джереми на руки.

– Скучная, Джереми. Скучная, а не то, что ты сказал, – исправила я и поцеловала сорванца в лобик.

– Прости, Кортни. Он всё-таки ускользнул от меня, – в комнату ворвалась Мариса и посмотрела на нас виноватым взглядом. – Извините, мы не хотели вам мешать. Джей-Джей, пойдём обратно в комнату. Не мешай маме разговаривать.

– Ничего страшного. Мы уже договорили, – заверила я, переводя взгляд на остолбеневшую Еву. – Ведь так?

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы прекратить пялиться на моего сына так, словно он страшное чудовище, а не маленький мальчик. По ходу, девочка совсем не готова становиться матерью. Это и без слов понятно. Но это вполне ожидаемо. Она совсем молоденькая. Сама ещё ребёнок, мало что испытывавший в жизни, а уже беременная. Но ничего. Уверена, она справится. Я же справилась. И сделала это одна. А Пол точно не оставит её без поддержки, вне зависимости от того, какое решение примет.

И он его принял.

Мой Пол выбрал меня.

Выбрал и приехал тогда, когда я уже потеряла всякую надежду и практически довела себя до истощения. После встречи с Евой я не могла нормально ни есть, ни спать, ни работать, ни даже дышать. Один лишь Джереми удерживал меня на плаву, помогая окончательно не впасть в глубокую депрессию.

Но увы, сейчас, когда я на короткое мгновение коснулась долгожданного и столь желанного счастья, а затем оно снова решило ускользнуть от меня, как песок сквозь пальцы, я не знаю, где найду силы не потонуть в своей печали.

Ева не сказала Полу о самом главном. Как она могла? Зачем? Почему промолчала, чёрт бы её побрал? Пол ведь всё равно узнал бы всё от меня. Разве этой дуре это было непонятно? Чего она хотела этим добиться? Не понимаю. Ничего не понимаю. Особенно сейчас, когда распадаюсь на атомы под прицелом шокированного