Сказание об Оками 9 - Seva Soth

Это не просто угроза, Оками. Это неизбежность. Ты можешь сопротивляться, бежать, прятаться. Но я – бог. Я вездесущ. Я неотвратим. Рано или поздно каждый, кто бросает вызов богу, падёт ниц перед его силой и будет страдать.

Риннеганы Пейна еще несколько секунд пырились на меня, будто гипнотизируя и он продолжил.

– Один час, Узумаки Оками. Спаси свою страну и своих людей. Или прими ответственность за их уничтожение. Выбор за тобой. Но знай – каким бы ни было твоё решение, план Акацуки осуществится. Вопрос лишь в том, сколько невинных душ погибнет по дороге к миру, как долго ты сможешь прятаться и сколько крови твоих близких будет на твоих руках.

– За час нереально ничего сделать, – тщетно попыталась я потянуть время.

– Прими решение, Оками, на это часа достаточно. Акацуки нужны биджу, а не люди, мы сможем извлечь их, никого не погубив и обеспечить лучшее будущее для твоей страны, для всего мира. – заговорила Конан. Всё внимание было сосредоточено на мне и потому, видимо, синевласка рискнула на долю секунды сложить пальцами “ЛОЖЬ”. Кто бы сомневался. Если бы хвостатые так запросто передавались от человека к человеку, давно бы уже все активно использовали эту практику. Надеюсь, что ее без базара самоотверженную попытку подать мне знак никто не заметил.

– Как насчет компенсации? – стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал. – Я согласна взять деньгами. Сколько там выручила Коноха за семь проданных биджу? Я намерена получить не меньше.

– Это слишком дорого! – забавно, но только стоило речи зайти о бабле, весь разговор стал интересен Какузу.

– Когда мир познает БОЛЬ, презренный металл утратит прежнее значение, – возвестил бог психических отклонений. – Узумаки Оками, ты получишь то, что тебе причитается.

Как-то очень расплывчатая формулировка. Еще один налюбщик! А таким приличным человеком, несмотря на то, что садомазохист, поначалу мне казался. Хотя что там, мне, по его плану, полагается осыпаться пеплом, подобно несчастной блондиночке Югито. Узнав чуть ближе высокомерную кошку Мататаби, я её еще больше жалеть начала. Это не тихий интеллигентный Исобу, стремящийся забиться к себе в панцирь и не отсвечивать.

– И отдайте мне Итачи. Моя подруга Юки Хибана хочет за него замуж. Вот прям ни спать, ни кушать не может, как хочет. Еще и брат его у нас временно гостит. Отпустите его и Оками всё порешает.

Кажется, я заработала достижение – пробила броню в отстраненности Учихи. Итачи прямо весь подобрался и таким несчастным взглядом меня наградил, что я поняла – всё у них с Хибаной-тян сложится.

– Он твой – пожал плечами Пейн, я же уже орала в Кацую, чтобы готовились к обороне. Сомнительно, что выиграть получится так много времени прежде, чем бог словоблудия поймёт, что и я тоже та еще налюбщица.

Глава 32

Интерлюдия. Узумаки (Умино) Фумито. Джонин Шинигакуре

– … такое вот налюбилово. Я уверена, у нас время до исхода часа, не больше. Эвакуируйте гражданских, используйте волков, чтобы оперативно перебрасывать подкрепления. Продержитесь, пока я не доберусь до Негато, а дальше королева Оками всё порешает.

Все собравшиеся в бункере-ратуше на Узушио невольно притихли, осмысливая ситуацию.

И его не было рядом, чтобы запечатать ее прекрасные полные губы поцелуем. Опасные слова произнесены. Фумито не считал себя суеверным, но статистика неоспорима. Стоит Оками пообещать, что она “порешает”, как происходит что-нибудь плохое.

– Во имя Силы Юности, я помогу вашей деревне в этой схватке. Моя команда поможет с наблюдением и эвакуацией гражданских, – сообщил его друг Гай. Хороший он человек, и шиноби сильный.

– Отлюбим этих выскочек, как следует, – с присущим ей агрессивным напором высказалась Чико. Страшно представить, что Оками, по ее признанию, подумывала его с Учихой сосватать, до того, как Фумито сам расставил всё по местам.

– Напомните вашим генинам, что их роль вспомогательная. Пусть даже не пытаются подключиться к сражению и атаковать нукенинов, противники S-ранга не для них, – уже, наверное, в десятый раз потребовала Цунаде.

– Ну мааам… это какая-то му… плохое слово! – разочарованно протянула Фуоки, – Ты знаешь, какая я сильная. И Гаара-кун вызвался помочь, и…

– И тебе вообще нечего делать на этом совете! А ну быстро к своей команде, генин! – рявкнула Цунаде-сама. – И остальным детям передай, что это не их сражение. Эвакуация гражданских в убежище – вот ваша работа. Исполнять!

Эту инструкцию Фумито повторил слово в слово для своей команды, выстроив их на плацу. Наоки, Каоки, Карин и Суйгецу. Так уж получилось, что острый на язык киринин прилип к ним четвертым сокомандником, не нашлось ему в суматохе более подходящих партнеров.

– Да, сенсей! – хором отозвались ребята. Побывав в смертельной опасности во время экзамена, они изменились. Стали более склонны к выполнению инструкций и менее к риску.

– Для Карин, как сенсора, дополнительное задание – мы не знаем с какой стороны ударят нукенины, здесь это будет или в Негато. Нужно постоянно быть начеку и в любую секунду доложить мне, если появится что-то подозрительное, что угодно. Те же инструкции получит Хьюга-кун, наш самый сильный сенсор. Но он не уследит сразу за обоими поселениями. Вы работаете с командой Шизуне, с Фуоки, Это и Мето.

Загнать гражданских в убежища не так-то просто, да еще в самые кратчайшие сроки. Нападение Ягуры оказалось для Негато полезным опытом. Одного объявления, сделанного по городу, вкупе со включенными сиренами, хватило, чтобы люди зашевелились и начали прятаться по подвалам. Может быть, и не самые безопасные укрытия, но хоть какие-то. Но хватало и тех, что считали себя самыми умными, особенными, полагающими, что тревога не для них. Ими и занимались в первую очередь шиноби Водоворота. Слишком мало времени!

– Началось. Маяк Тадзуны, восемь целей, очень мощная чакра, шесть марионеток, – передала Кацую равнодушный голос Неджи-куна.

Оками, недовольная скоростью бега, невероятно грязно выругалась, сообщив всем, что Пейн не только ублюдок, но и занимается всякими противоестественными вещами со своими марионетками. Они с Мататаби нашли некий способ ускориться, но было не до выяснения подробностей.

– Команда, эвакуируйтесь на Узушио, – распорядился Фумито. Самурай всегда готов к смерти – это основа Кодекса. Но речь о смерти собственной. Его брату, сестре и их друзьям лучше быть подальше от опасности.

– Но сенсей, – возразил Наоки, никакого “братик” вертикаль подчинения не предполагала, – мы даже