Едукарь - Коллектив авторов

— Кофе, — говорю я подошедшему официанту.

О, этот ароматный напиток взбодрит меня и вернет к жизни. Я вдыхаю его запах, а в голове звучат строки:

Мы пили красное вино,

Соблазна аромат вкушали...

— Какие стихи, — думаю, — и почему-то я их знаю. Но самое удивительное, что это было. Мы пили вино.

«Александр», — представился он на вечеринке и задержал мою руку в своей руке. Хорошо одет. Тщательно выглаженные брюки, черные туфли, начищенные до блеска. Безупречен, будто с обложки модного журнала. Женщины, глядя на него, терпеливо ждали, но танцевал он только со мной. Обнявшись, мы плыли под звуки музыки в «non-stopе». А потом он горячо зашептал мне на ухо: «Убежим?» «Куда?» «Куда глаза глядят», — смеялся он. И мы убежали. А на улице он спросил: «Вы голодны?» «Нет», — ответила я. «Значит, ресторан отменяется?» «Тогда что?» «Просто доверьтесь мне», — сказал он. И мы побежали ловить такси.

А потом был полумрак лифта. Его горячие поцелуи. Поворот ключа в замке двери. Только одна зажженная лампочка в люстре. Запах старой мебели и запущенной квартиры.

— Мы с тобой будем пить вино, — он усаживал меня на диван. — Красное. Ты любишь?

Мы были уже на «ты».

«Я люблю все, что ты делаешь», — говорили мои глаза.

— Мы с тобой будем пить вино класса «Grand Cru».

Я только пожимала плечами.

— Знаешь, — продолжал он, открывая бутылку, — есть вина хорошие, а есть очень хорошие. Grand Cru — это класс очень хорошего вина.

Он взял пробку пальцами так, как если бы это была сигарета. Повертел, разглядывая окрашенную вином полоску. Приблизил к носу. Вдохнул.

— Знаешь, чем отличается хорошее вино от плохого? — он аккуратно положил пробку на стол.

— Нет, — сегодня я была слушателем.

— Хорошее вино оставляет послевкусие.

— Как это?

— Все закончено и выпито, а вкус еще с тобой.

Ему было лет сорок. Он знал, что нравится женщинам. Глаза с поволокой, в которых нельзя было угадать цвет, и губы, зовущие, искушающие.

Он подал мне бокал. Я сделала глоток. Густое, терпкое вино.

«Быть может, не допить — уйти,

Допить остаться,

Тогда и страсти на всю ночь

Одной отдаться».

— Ты возьми бокал в ладони. Вот так, — он показал. — Согрей его теплом своих рук. И немного покружи вино в бокале. А теперь попробуй. И ты почувствуешь, как это вино с благодарностью раскроет свой букет.

Я сделала глоток. Вкус стал немного другим. Я попробовала еще.

— Ну, как?

— Вкус стал нежнее, — я не знаю, что больше действовало на меня: вино или этот взгляд с поволокой.

Он сделал глоток, глядя на меня.

— Это вино раскрывается мятой и дикими ягодами.

Он сел рядом на диван. Притянул меня к себе и губами коснулся шеи.

Мучительна борьба вина

В уме и теле.

Я нервничала, и от накатившей волны желания пересыхало в горле.

Допить скорей бокал до дна

Ну, в самом деле...

Я не боролась ни с чем, просто спешила угодить ему. И в полумраке комнаты моя расстегнутая юбка мягко соскальзывала на пол, туда, где уже весело прыгала пуговица от блузки.

И в воздухе витал соблазн,

Молчало царство аромата,

И недопитое вино

На фоне страстного заката.

Но вино было допито. И страстный закат сменялся страстной ночью. Губы его были самыми сладкими в мире, и от избытка счастья у меня перехватывало дух, а глаза блестели слезами.

А утром меня разбудил дождь. Комната слабо освещалась. Его не было рядом. «Может, варит кофе? Это было бы кстати после такой ночи». Но глаза скользнули по журнальному столику. Записка. «Тороплюсь. Дверь захлопни. Спасибо». И рядом, как будто вместо точки, только пробка от бутылки.

Я выхожу из кафе. Город пестрит распахнутыми зонтиками. Запах мокрых листьев. Дождь. Слезы. Но иногда надо поплакать, чтобы было легче. И я плачу, подставляя лицо дождю. И слез нет. Только капли дождя на моем лице.

«Мы пили красное вино»...

Да, мы пили вино. Больше ничего не помню. А ничего больше и не было.

Михаил Джут

АРЛЕКИН

С новым учебным годом, дорогие дети и взрослые. Учиться, как известно, никогда не рано и никогда не поздно. А еще говорят, что умный любит учиться, а дурак — учить. Ну, вроде пока все, больше на эту тему ничего не помню. А, вот еще вспомнил: ученье свет, а не ученых тьма.

А теперь немного истории.

Эта история произошла давным-давно в стране, которой больше не существует, поэтому невозможно теперь точно установить, было все на самом деле так, как гласит молва, или нет.

Шел концерт популярной музыки в одном из российских городов, в каком именно, установить не удается. На сцене выступал популярнейший в те годы певец Арлекин или Арлекино, как его ласково называли фанатичные поклонники. Арлекин всегда выступал в маске, что придавало его образу особую загадочность. Певец исполнял свою самую популярную песню:

По острым иглам яркого огня

Бегу, бегу — дорогам нет конца.

Огромный мир замкнулся для меня

В арены круг и маску без лица...

В этот момент на сцену выскочил известный панк-певец Ульян по кличке Ленин. Звали его так потому, что когда-то он был мужем светской львицы Лены Лениной. Ульян хотел выступать на концерте первым, но его задвинули в конец, отчего Ульян был очень зол. Ульян был одет как обычно, в костюм-тройку, поверх брюк были надеты специальные кожаные накладки с бахромой, какие носят ковбои на Диком Западе. На голове у него была широкополая шляпа, по бокам на поясе болтались револьверы. Ленин грубо оттолкнул Арлекина от микрофона и продолжил песню сам:

Арлекино Арлекино

Должен быть смешным для всех

Арлекину Арлекину