Её чужая дочь - Рина Фиори

Я даже не знаю что хуже – живая женщина, которую Мия решила называть мамой. Или воспалённое детское воображение, которое не сулит ничего доброго в будущем.

– Карина, – даже по имени няньку называю.

Надеюсь, сегодня она не станет увиливать, и если знает что-то, расскажет обязательно.

Могу переброситься парой слов с нянькой, пока Мия отвлекается на уборщицу. Степановна всегда знает, как найти подход к моей девочке. Будь она немного моложе, лучшей бы няни и искать не пришлось. Но женщина уже в довольно преклонных летах, и доверить ей ребёнка я не могу.

– Эм, – начинает заламывать руки. Ещё одна.

А ведь ей я тоже угрожал вчера увольнением, но также, как в ситуации с рекламщиком, замену найти непросто.

– О ком говорит моя дочь? – шиплю на девушку и смотрю на неё, не моргая.

Дрожит и носом шмыгать начинает. Рано, я ещё даже голос не повышал.

– Там девушка, Женя, кажется. Она новенькая, во-от… – заикается. – Это про неё Мия говорит, – последнюю фразу договаривает едва ли не шёпотом.

– Папуля, – моя малышка оказывается рядом, берёт меня за руку и тянет к столу. – Я тут налисовала.

Иду посмотреть на рисунок дочери, успев лишь бросить напоследок няньке:

– Мы не договорили!

Никуда не денется и расскажет мне, где и при каких обстоятельствах Мия познакомилась с этой новенькой, о которой я ни сном, ни духом.

Не станет же ребёнок незнакомого человека называть мамой. Или станет?

– Смотли, это ты, – Мия маленьким пальчиком тыкает в рисунок, лежащий на моём столе. – А это я и мама.

Глава 6

– Расскажи, как у тебя там, в этом турагентстве, есть красавчики? – спрашивает Эля, мечтательно подпирая кулачком подбородок.

Она лежит на своей кровати и не сводит с меня взгляда, пока я ковыряюсь в шкафу в поисках классических брюк. Помню, что на верхнюю полку их положила, но в упор не вижу нужную вещь.

– Жень, ну, ты чего там копаешься? Вчера ничего не рассказала, и сегодня молчишь, – продолжает соседка по комнате.

– Вчера, а точнее сегодня, ты заявилась в два часа ночи. Я спала уже, – бросаю мрачно. Придётся вчерашнюю юбку надевать.

Не очень люблю юбки и платья, вчера надела только ради первого рабочего дня. Но видимо, придётся терпеть на своих коленках плотоядный взгляд Ерохина ещё и сегодня.

– Ты брюки мои не видела? – без всякой надежды спрашиваю у Эльки.

Она в своих вещах толком разобраться не может, куда ей за моими следить. Ну, а вдруг?

– Как не видела – видела, – переводит взгляд на свои ногти. Гладит пальцами пластины с гелевым покрытием, рассматривает свежий маникюр. – Классно получилось, да?

– Элечка, мне срочно нужны брюки, я и так опаздываю, – складываю руки в умоляющем жесте.

Девушка пару секунд смотрит на меня пустым взглядом, словно потеряла нить разговора. Потом встряхивает короткостриженной русской копной и подскакивает на кровати.

– Так я в них вчера в клуб ходила, – пожимает плечами виновато. – Но они чистые, – мчится к стулу, стоящему возле её тумбочки, и хватает с него какую-то скомканную тряпку.

– Эль, – укоризненно качаю головой.

Ругаться нет времени. И смысла тоже, соседка непробиваемая. Она считает, раз мы в общаге живём, то тут у нас всё общее.

Не тратя время на лишние разборки, натягиваю юбку, провожу блеском по губам и вылетаю из комнаты.

Пару остановок общественным транспортом, и я в агентстве.

Уверенной походкой прохожу внутрь, здороваюсь с Миланой. Девушка сегодня одета в белоснежную блузку и контрастные чёрные брюки. Оглядываю свою одежду и тушуюсь от того, что выгляжу так же, как вчера.

Плевать. Не всем в модельных шмотках ходить.

Распрямляю плечи и…

– Тебя босс видеть хочет, – произносит администратор вместо приветствия.

– Добрый день, – пытаюсь соблюдать нормы этикета.

– Ага, – отвечает Милана и теряет ко мне всякий интерес.

И когда Селиванов приказ отдать успел?

– Скажи, пожалуйста, – подхожу поближе к столу администратора и упираюсь в него ладонью. – А во сколько рабочий день у всех начинается?

Вчера я даже не потрудилась выяснить этот момент, ведь неофициально устроена в агентстве. Пройду практику, получу отметку нужную и уйду отсюда. Вадик сказал мне прийти к одиннадцати, но у меня такое ощущение, что я опоздала.

– В девять, – бросает Милана.

Понятно. А почему мне Ерохин не сказал об этом? Я ему вроде не мешаю, наоборот, проект вчера за день сделала. Правда, подправить некоторые детали нужно будет после того, как его Руслан одобрит.

Если одобрит.

Иду в кабинет к Ерохину и совершенно забываю то, о чём мне Милана говорила.

После обеда появляется Вадик. Сегодня какой-то нервный, дерганый. Зыркает на меня, но мне всё равно. Уж лучше так, чем терпеть его похотливые взгляды.

Проходит ещё пара часов, Ерохин настойчиво подгоняет меня работать быстрее. Руслан показал ему, какие правки внести нужно и сказал до завтра всё исправить.

Всё-таки, Селиванов тот ещё тиран офисный. Все такие зашуганные у него, что администратор, что рекламщик. А менеджеры по продажам туров вообще из своих норок не выбираются в течение дня. Думаю, боятся нарваться на босса, когда он не в духе.

Так проходит ещё час, но вдруг в кабинет вихрем вбегает Милана. Смотрит широко открытыми глазами то на меня, то на Ерохина. Дышит часто, словно на пробежке была.

– Ты! – на меня пальцем указывает. – Почему не была у босса?

Растерянно хлопаю ресницами, чувствуя себя застигнутой врасплох. Я даже испугаться не успела, когда мне Милана передала приказ Селиванова, просто мимо ушей пропустила, как ненужную информацию.

– Ааа, – встаю с места, руки сами тянутся за сумкой. – Мне плохо так, – обмахиваюсь свободной рукой.

Две пары удивлённых глаз сканируют моё лицо. Уверена, что выгляжу сейчас не очень, ведь напугана до ужаса. И это к лучшему, значит, поверят, что мне нездоровится.

На ковёр к Селиванову не пойду. Страшно.

Нет, мне есть, что ему сказать, ведь это он был неправ, что бросил меня, ничего не объяснив. Но морально я не готова к разборкам, а они будут, я уверена. Вряд ли