Танец большого секрета - Алина Цебро

— Поехали. И назовёшь меня ещё каким-нибудь ласковым словом или нежной, я сброшу тебя с мотоцикла.

— Угрозыыыы, — пропел я, заводя мотор. — Но обещаю, в следующий раз ты услышишь от меня такое только в постели.

Она ударила меня по плечу, я услышала смех, тихий такой, еле заметный, как будто Лив и не хотела смеяться, но всё же не смогла удержаться. Когда мы снова тронулись, её тело прижалось ближе. Словно она стала держаться не за мотоцикл, а заменя.

А я...

Позволяюсебе насладиться моментом, потому что знаю, что скорее всего:

Она — опасна.

Она — загадка.

Но у меня есть дела важнее, чем разгадывать её.

Но я думаю, что почти раскрыл настоящую её. Оливия Вейн — дочь богача, которая любит бросать вызов.

И пока что я не знаю, что она — дочь того, для кого я угоняю машины. Она — наследница империи, которую я подрываю. Она — единственная, кто может меня уничтожить. И единственная, кто сможет это сделать...

Пока что, я ничего этого не знаю и не вижу. Я чувствую только её руки на моей талии, её призрачное дыхание у моей шеи (опять же, имеется ввиду, что они оба в шлемах, и он представляет себе это). И этого — достаточно.

Потому что даже мой холодный, всё контролирующий разум не может заглушить одно простое, животное желание. Отстановится. Повернуться. И поцеловать — до потери пульса.

Но я не останавливаюсь.

Потому что я всегда стараюсь контролировать ситуацию.

Даже когда она уже вышла из-под контроля.

Довожу Оливию до какого-то местного кафе, в которое она входит даже не попрощавшись. Еду домой.

Паркуюсь и захожу.

Осматриваюсь.

— Привет, любимая, — кричу громко, чтобы она услышала и подошла ко мне.

А пока она идёт, наливаю себе стакан воды, вводя в ноутбуке "Оливия Вейн".

Глава 7 "Список женихов"

Оливия

Захожу быстрее в кафе лишь для того, чтобы смыться. И уж точно без возможности "подвести тебя до дома"? Ага. Нет.

Но домой я всё равно вернулась с ветром в волосах, запахом безнзина на коже...и его запахом, который постоянно мерещится мне. А ещё его голос в голове. Холоднокровие тает, особенно, когда узнаёшь о нём такие детали.

"Ты слишком много скрываешь для дочери "уважаемого бизнесмена"".

Ха. Если бы ты знал, Райан. Если бы ты знал.

Видимо, его ночные "приключения" — это не какой-то глоток воздуха, не живительная отрава...а работа. Причём нашей сети. И Райан — один из пока что, людей отца.

Он ведь даже не подозревает что служит тому, кого считает просто "богатым бизнесменом".

Когда Грейс сказала мне, что Райан угоняет машины, а точнее угонял и хочет выйти из игры...как и Рид. Я услышала "Он в ловушке". Они оба в ловушке. И если сделают что-то не так, а особенно если захотят выйти из игры — отец не станет разбираться. Он просто прикажет их убрать.

А я...не хочу, чтобы Райана убирали.

Захожу в дом, как всегда тишина, холодный мрамор и безжизненный.

— Оливия! — мама выплывает в шёлковом халате, с бокалом вина — Как прошёл твой день рождения? Кто был? Что делали? Расскажи!

Спрашивает, словно это действительно её волнует. Словно мы обычная семья, ещё и улыбается мне во весь рот. Как будто у нас нет на руках крови. И как будто её муж не решает, кому жить, а кому умереть.

— Были друзья, — снимаю куртку, вешая в гардероб. — Грейс была со своим новым парнем.

— Правда? Никого не нашла? Ни с кем не танцевала? Не пила?

Ох, умопомрачительно. Слишком много вопросов, мам.

— Нет, никого ососбенного, — ей кажется, что я расскажу правду? В этом семье все лгут всем, ну, может кроме отца, который действительно тот — кто есть.

— Хм, — она кивает мне, не веря — Ну что ж, твой отец хочет поговорить, — голос меняется, становится её обычным. Чуть грубоватый и слишком серьёзный.

Я хотела попросить у него документы на всех, кто является "доставщиками" машин. Желала найти имена, чтобы...узнать то, что и так знаю.

Отец ждал меня в кабинете. За столом, без галстука, смотря в окно.

— Садись, сказал он мягко. — Поговорим.

Я села.

— Как прошёл день рождения?

И кивнула, чуть-чуть поддёргивая уголками губ. Этого ему хватило.

— Ты ознакомилась с документами?

— Да, — тут я знала, что лучше ответить, в таких вопросах он не терпит игр.

— Так как тебе восемнадцать, стоит уже потихоньку вступать в курс дел.

Он достал из своего ящика папку. Снова папки.

— Но сначало — личное. — у меня мороз полез по коже. Личное? Что ещё за личное такое? — Я нашёл тебе жениха. Он сын моего старого друга. Хороший, надёжный и умный. Он будет тебе помогать в управлении.

— Кто он? — спрашиваю зачем-то, потому что ничего другого сейчас не могу.

ЖЕНИХ? Серьёзно?

— Это не важно сейчас.

— Но мне важно.

— Нет, — ответил он спокойно. — Важно то, что я так решил. Ты выйдешь за него. На этом точка.

Я сжала руки в кулак под столом, не показывая ни единой эмоции. Но всё же проговорила сквозь сжатые зубы.

— Я не игрушка, которую ты можешь передавать по наследству.

— Ты Вейн! — начал он ледяным тоном. — И у Вейнов нет права на "хочу" или на "не хочу". Есть только долг.

— Ты Вейн по рождению или мама? — зачем-то интересуюсь, если он управляет, то скорее всего он и был главным. Интересно, они когда-нибудь любили друг друга? Я ведь видимо так же сделана в ДОЛГ.

— Мы Вейны, милая, — голос снова преобретает мягкие нотки.

И это не гребанный ответ на вопрос!

Он посмотрел на меня прямо.

— Скоро состоится обед, будь готова в любой момент получить от меня приказ. Телефон всегда включён.

Я промолчала.

— Ты ведь хочешь узнать, как устроена наша сеть? Заранее знать имена, маршруты, тактику?

Я кивнула, но добавила "Да".

— Тогда ты пойдёшь на обед. Без возражений, без дерзости. Просто будешь моей дочерью, поняла?

Он протянул мне папку, черную, с печатью, и кажется семью замками, которую нужно открывать кровью. Или закрывать с ней.

— Это список угонщиком, тех, кто работает на нас. Запомни имена, лица, машины — их и угнанных.

Он сделал паузку, растёгивая верхнюю пуговицу рубашки.

— Если кто-то переступит черту — ты теперь должна принимать решения.

— Какие? — спрашиваю, словно не знаю ответ, но это и ужасает.

— Жизнь или смерть, — он делает глоток виски, потирая свою переносицу, как будто раздражён