Путь к бессмертию. Том 1 - Shin Stark

Я шагнул к каменному столбу и почувствовал, как неприятно свело живот. Забавно: когда-то я выступал перед полным залом акул финансового мира и держался куда увереннее, чем сейчас — перед кучкой деревенских жителей, тремя бессмертными и тёмным куском камня высотой мне по грудь.

До этого площадь жила обычным деревенским шумом. Люди шептались, сопели, переминались с ноги на ногу. Дети хныкали после умывания, староста делал вид, что всё контролирует, а бессмертные смотрели на происходящее с тем равнодушием, с каким человек смотрит на дождь за окном.

Но стоило мне выйти из толпы, как шум сам собой осел вниз, в пыль. Над площадью повисло ожидание.

Наверное, потому что до меня столб не отреагировал ни на кого. Я оставался последним. Если и у меня не окажется Корня Духа, вся деревня Ляньси окончательно вернётся к своей обычной судьбе: грязь, налоги, голодные зимы и разговоры о том, как когда-то сюда приходили бессмертные, но никого не выбрали.

Они ждали, что я тоже провалюсь.

Я, если честно, тоже этого ждал.

Разница была лишь в том, что мне было не всё равно.

Я подошёл вплотную к столбу. Вблизи он выглядел ещё страннее. Это был не просто тёмный камень, а будто осколок чего-то, чему не место среди кривых хижин, навоза и затоптанной деревенской площади. Поверхность гладкая, почти как вода в безветренный день. По краям шли узоры, которые я не мог прочитать.

Один из культиваторов, высокий мужчина с лицом человека, который редко улыбается и не видит в этом проблемы, чуть кивнул.

Женщина стояла справа от него. Я заметил её ещё раньше, но сейчас рассмотрел лучше. Красивой в обычном смысле я бы её не назвал. Слишком холодное лицо, слишком прямой взгляд, слишком мало того человеческого тепла, которое делает красоту притягательной.

Третий культиватор был совсем молодым юношей, лет восемнадцати. Судя по лицу, ему было скучно. Судя по одежде, положению и общей уверенности в собственной безопасности, скучать он мог себе позволить.

— Положи ладонь, — сказала женщина.

Голос у неё был негромкий, но в нём звучало что-то такое, из-за чего сразу хотелось сделать именно так, как велено, и не тратить её время. Наверное, к этому голосу прилагалась невидимая палка, которой бессмертные били по голове за медлительность.

Я положил ладонь на камень.

Прошла секунда.

Ничего не произошло.

Сердце неприятно ухнуло вниз.

Потом столб под моей рукой дрогнул.

Едва заметно, почти лениво, но я почувствовал эту дрожь. Словно внутри камня что-то проснулось, сонно перевернулось и нехотя приоткрыло глаз.

По узорам пополз свет.

Тусклый.

Настолько тусклый, что я сначала решил, будто мне показалось. Но нет: от моей ладони вверх действительно тянулась мутная нить бледно-зелёного сияния, будто внутри столба зажгли умирающего светляка.

Толпа ахнула. Кто-то вскрикнул. Староста так резко втянул воздух, словно это у него самого только что нашли билет в бессмертие.

Я же смотрел на этот жалкий свет и не понимал, радоваться мне или заранее готовиться к подвоху.

Потому что выглядело это неубедительно.

Словно артефакт хотел признать, что я не совсем бесполезный мусор, но сам не был до конца в этом уверен.

Юноша-культиватор выпрямился. Старший мужчина едва заметно приподнял бровь. Женщина несколько вдохов смотрела на столб, потом перевела взгляд на меня. Восторга в её глазах не было. Скорее усталый профессиональный интерес. Так мясник, наверное, смотрит на кусок мяса, прикидывая, можно ли из него приготовить хоть что-то приличное.

— Корень Духа есть, — произнесла она.

По толпе сразу прошёл возбуждённый шёпот.

— Есть! У мальчишки есть!

— Я же говорил, у деда Чжоу подопечный непростой!

— Тише ты, дурак, ещё сглазишь.

— Значит, Мин Хао станет бессмертным?

Последний вопрос интересовал меня куда сильнее, чем всех остальных вместе взятых. Но женщина не торопилась дарить деревенщине красивую сказку.

Она снова посмотрела на сияние и добавила:

— Но качество ужасное.

Вот и подвох.

Я чуть не усмехнулся. Конечно. А чего я ждал? Что Небо внезапно решит извиниться за всё разом и отсыплет мне редчайший талант? От такой щедрости мне, пожалуй, стало бы даже неловко.

Женщина, видимо, решила, что объяснение нужно не столько мне, сколько всей толпе за спиной, и заговорила громче:

— Корень Духа бывает ужасного, низкого, среднего, высокого и идеального качества. Качество определяет, насколько легко человек ощущает духовную энергию, впитывает её и продвигается по пути культивации. У него Корень Духа есть, но он ужасного качества. Обычно таких детей в секту не принимают.

Толпа мгновенно притихла.

Это было почти забавно. Ещё несколько мгновений назад они уже готовы были приписать мне великое будущее, а теперь, наверное, мысленно представляли, как жалко я буду выглядеть, когда меня оттолкнут обратно в пыль.

Женщина продолжила:

— Люди с таким Корнем Духа почти никогда не добиваются успеха. Я не слышала о человеке с ужасным Корнем Духа, который смог бы заложить Основу Духа. А без этого дальнейший путь бессмысленен.

Она говорила спокойно. Не жестоко, не насмешливо, а просто как о проверенном факте.

От этого, пожалуй, было даже неприятнее.

Когда тебе грубят, можно злиться. Когда тебя оценивают как неудачный материал, злость почему-то выглядит глупо.

Я убрал ладонь от столба, и свет тут же погас. На площади повисло мерзкое молчание, в котором люди уже всё поняли, но всё ещё ждали, пока приговор произнесут вслух.

Ну что ж.

По крайней мере, мне не отказали из-за полного отсутствия таланта. Мне всего лишь сообщили, что талант у меня настолько дрянной, что лучше бы его и вовсе не было.

Приятное уточнение.

И всё же внутри, под злостью и разочарованием, шевельнулась другая мысль. Если культиваторы с таким Корнем Духа существуют, значит, путь не закрыт полностью. Пусть они почти ничего не достигают. Пусть их считают мусором. Почти — не значит никогда.

Кто-то должен стать первым.

Я уже собирался отойти, когда юноша-культиватор вдруг шагнул ближе к женщине и что-то тихо сказал.

Вернее, я видел, что он сказал. Его губы едва заметно шевельнулись, но звука не было. Ни шёпота, ни дыхания, ни малейшего колебания воздуха. Однако женщина его явно поняла.

Я насторожился.

Безмолвное общение? Магия? Передача голоса? Что-то вроде духовной связи?

Женщина слегка нахмурилась, потом медленно выдохнула и снова посмотрела на меня.

— Мин Хао, верно?

— Да.

— Мы уже проверили все деревни в провинции, — сказала она. — И приняли всего трёх учеников.

Толпа снова зашепталась, но теперь уже не обо мне. Люди обсуждали, какая это редкость и какая великая честь. Впрочем, по их лицам было видно другое: каждому было