Влюбиться в Январь - Ася Исай

– Прости за этого… Клоуна. Приютить придется ненадолго. Я пойду ему помогу. Заодно мозги вправлю. А ты пока вещи переноси в мою комнату, – выдаю необходимую информацию и снова целовать. Целовать ее невозможно.

– Может что-то приготовить? Я правда не очень умею.

– Молодой обойдется. А для меня одну маленькую синичку, пожалуйста.

– Но мы… Мы даже не обсудили, что между нами и… – краснеет от поцелуев, которые становятся все горячее. Еще немного и остановиться я не смогу.

– Вот вернусь и все обсудим.

Вот только когда возвращаюсь, нам совсем не до нежностей. Свят со своей зазнобой ждут нас с февралем у подъезда. Я пригласил их на ужин, чтобы точно не убить молодого. Он за пару часов наговорил не только на пожизненное, но и на казнь.

Подходя к дому, я начинаю чувствовать настроение Юли. Оно быстро перерастает в панику. Бегу мимо ошарашенных Свята и Насти. Перепрыгиваю ступеньки, только бы быстрее оказаться рядом. Распахнув дверь, замечаю, что Юля сидит на полу сгорбившись и плачет.

– Детка, что случилось? – отрывая ее от пола, усаживаю себе на колени. В комнате темно, воняет жженым пластиком и гарью. Что бы ни произошло, это поправимо. Только бы она была цела.

– Свет мигнул… Ноутбук… – захлебывается словами, не прекращая рыданий. Он задымился, потом вспыхнул… Я потушила, но…

– Да и черт с ним, синичка. Новый купим, это не проблема, – глажу по волосам, спине, сцеловываю слезы с лица, только бы успокоилась, но она начинает реветь только сильнее.

– Железку не жалко. Там… Ян, там роман. Первые главы, план, синопсис… Все. Мне сдавать это все завтра. Последний срок. Я, даже если спать не лягу, не успею восстановить и половину… Мне конец. Я издательству должна буду столько денег, что представить страшно…

– Это не проблема. Деньги я найду. Ты только не плачь.

– Компенсация не самое страшное. Хуже только то, что со мной больше ни одно издательство не свяжется. Я просто буду не нужна… – место истерики занимает тихое горе.

Впервые за все время я чувствую, как у меня начинает ныть сердце. Оно болит за нее. В квартиру входят Свят, Настя и молодой. Светят фонариками, непонимающе смотрят.

Несколько недель назад я хотел только одного. Провести свой месяц на отлично. Сдать смену и продолжить свое путешествие по миру, оставаясь там, где я нужен. Но сейчас мне дороже всего только сердце моей маленькой птички.

– Я сейчас все верну как было. Ты только не пугайся, ладно? Потом все объясню, и ты сможешь с чистой совестью меня убить.

– Что? – ошарашенно шепчет, вытирая слезы.

– Ян, не дури, – Свят делает шаг ко мне, но я уже касаюсь перстня, поворачивая время вспять.

Свет загорается в комнате. Ноутбук совершенно целый стоит на столе. Юля боится пошевелиться и не понимает, что происходит.

– Оу. А что так можно? – первым оживает наглый февраль.

– Нет, – синхронно кричат Свят с Настей.

Я смотрю в глаза Юли. Не могу оторвать от нее взгляд. Запоминаю каждую черту, запах, вкус… Потому что чувствую, что совершил преступление. За мной не придут конвоиры. Просто это конец.

Стягиваю перстень и бросаю на пол. Целую свою девочку в последний раз. Она чувствует что-то неладное, хочет обнять, но хватается за воздух.

Меня больше нет.

12. Влюбиться в Январь

12. Влюбиться в Январь

В комнате, как всегда задернуты шторы. Темно и днем, и ночью. Мне не нужен свет. Я не хочу его больше видеть. Считать дни больше не хочу. Переползаю с кровати на лавочку у пианино. Не глядя касаюсь клавиш.

Прошло точно больше двух недель после того, как исчез Ян. Сначала я не верила в происходящее. Такое только в книжках бывает или фэнтезийных сериалах! А потом в квартире появились люди, которые помогли понять, насколько все непросто.

Поначалу я злилась на Яна. Зачем вообще было трогать время? Ну черт бы с ним, с тем романом и ноутбуком в придачу. Свят, пока я была не в себе, как-то умудрился договориться с издателем отсрочить сдачу черновика на полгода.

Хотела показать всем фото Яна с розовой шевелюрой, но ничего не вышло. Оно попросту исчезло. Потом хотелось устроить разборки с загадочными старейшинами, но простым смертным не позволено.

Никак не могла понять, почему Ян мне ничего раньше не объяснил. Хотела собрать чемоданы, уйти. Но Настя не дала. Рассказала много хорошего. Объяснила, что у всех месяцев срывает крышу, когда они встречают истинных. Вот только это не оправдание.

– Опять пианино мучаешь? – это у Насти классическое приветствие вместо доброго утра.

Я не смогла уйти. Свят и Настя остались здесь, чтобы присматривать за мной и февралем. Но парень даже ночевать редко приходит. А вот я… Бедовая, да.

– Пойдем завтракать. Там Свят корзиночки с кремом принес. Круассаны всякие. Эклеры, – открывает шторы, впуская свет. Присаживается ко мне и обнимает за плечи.

– Можно не пойду?

– Нет. Хватит киснуть. Пора выбираться из берлоги.

– Не хочу.

– Юль, ты пойми. Просто так истинных не назначают. Даже то, что Ян впервые за всю историю пошел против правил, не может быть простым совпадением. Он же сам буквально ходячая инструкция. Значит, был в этом какой-то смысл.

– Но его больше нет. Совсем нет. Какой может быть в этом смысл?

– Ты о нем помнишь. Все мы. Если бы его стерли безвозвратно, никто бы не смог вспомнить. А так он просто… в тюрьме считай.

– Думаешь, есть шанс? – что-то робко начинает теплеть в груди.

– Шанс есть всегда. Нужно только крепко вцепиться в него зубками. А начать лучше с углеводов, – тепло смеется обнимая.

Я решаю начать с душа. Думаю. Кручу мысль Насти, пока стою под горячими струями воды. Пока завтракаю. Погружаюсь в себя.

Уже не удивляюсь тому, что Свят приносит мне свой ноутбук, а Настя заваривает огромную кружку кофе.

И я просто пишу. Пишу совершенно новый роман. Пишу как в последний раз. О том, что больше всего болит и тревожит. Все мои переживания и эмоции ложатся ровными строчками. Не останавливаюсь пока не ставлю последнюю точку и не нажимаю “отправить”.

На часах начало шестого