Дед в режиме героя - Евгений Валерьевич Решетов

— Всё в его руках, — холодно ответил я, заставив увянуть улыбки родственничков.

— Дык деньги сейчас везде нужны. Без них никаких, — тяжело вздохнул мужчина, жалостливо шмыгнув носом.

— Он весьма состоятельный человек, — шепнул мне на ухо Вячеслав, тоже изрядно взбешённый поведением дальней родни. — У него есть пашни, скот. А сынок их лоботряс и лентяй, мнящий себя первым парнем на деревне. Потому в столицу и не едет, поскольку здесь он будет выглядеть деревенщиной и дураком. А общаться они с нами перестал, когда ты умом повредился. Сразу отреклись, сказав, что Зверевы им не особо-то и родственники, так, седьмая вода на киселе.

Я кивнул и бросил мнущейся передо мной чете:

— Был бы ум, тогда сразу и должность найдётся, и невеста подходящая. Кстати, а что ж вы не приехали на похороны внука моего старшего, Александра?

— Ам-м-м, — замычал мужчина, пряча глаза. — Не дошла до нас весточка, где-то затерялась.

— Ага, — поддакнула его жена, все больше мрачнея.

Она уже сообразила, что на меня где сядешь, там и слезешь. Оттого её распирала изнутри желчь. А в глазах вспыхнули злые угольки, совсем не вяжущиеся с жалобно-угодливым выражением лица.

— Пойдём, дорогая, вина выпьем, — погладил её по руке муж и неторопливо двинулся прочь.

Та сразу склонила к его плечу голову и жарко зашептала, думая, что я хрен что услышу:

— Зазнался Игнатий, нос задрал, родную кровь не уважил. Тоже мне… Большим человеком стал и сразу от нас открестился. Ну ничего, боженька его накажет.

Мужчина одобрительно закивал, тоже что-то принявшись шептать. Так они и скрылись с глаз долой, полностью уверенные, что правда на их стороне.

— М-да, подобных людей уже ничто не исправит, — вздохнул Вячеслав. — Они свято уверены, что все им чем-то обязаны, а ежели слышат отказ, то мгновенно озлобляются и считают такого человека гадом.

— Согласен. Такие думают, что они единственные святые и правые во всём, а вокруг них одни дураки, жлобы и идиоты, — невесело произнёс я и перевёл взгляд на Генриха Красавцева, активно машущего руками, дабы привлечь всеобщее внимание.

— Дорогие гости, прошу всех разойтись на две равные группы и выстроиться в две линии от дверей и до алтаря! Сейчас появится жених! — громко скомандовал он.

Народ тут же с гулом и шуточками выполнил его приказ.

А я подумал, что в этом мире свадебный обряд какой-то не такой. В других мирах всё было иначе. Ну да ладно…

— Вот он! — радостно выдохнул Слава, когда двери открылись и показался Павел в белом костюме.

У него даже ботинки оказались такого же цвета. Да и сам он побледнел от волнения, но пузо втянуть не забыл, хотя, может, корсет какой-то напялил под рубашку.

— Почему он во всём белом? — задался я вопросом, вместе со всеми принявшись аплодировать жениху. — Может, у него траур какой-то?

— Деда, когда траур — носят чёрный цвет.

— Так может, у него кто-то добрый умер, — сострил я, глядя на внука, вышагивающего по проходу между людьми.

Павел с улыбкой остановился возле алтаря, где уже появился священник в красивой рясе, словно покрытой золотом.

Народ тут же перестал аплодировать, и все взоры в звенящей тишине устремились на дверь в ожидании появления невесты.

Дверь действительно открылась, но появилась совсем не Жанна…

— Добрый день, извините, что без приглашения. Видимо, оно не дошло, где-то затерялось, — улыбнулся во все тридцать два зуба слегка хмельной князь Корчинский, входя в зал.

— Мать твою… — зло процедил я, понимая, что теперь свадьба точно пройдёт не по плану.

Глава 4

Мало кто знал о моих непростых отношениях с князем Корчинским, так что его встретили с восторгом. Даже поаплодировали. А тот поклонился, как поп-звезда со сцены, после чего с улыбкой встал среди гостей, цапнув со стола бокал с шампанским.

Глядя на него, Вячеслав обеспокоенно прошептал, касаясь рукой моего плеча:

— Зачем он пришёл? Вы же не в ладах.

— Ну, вряд ли чтобы на халяву пожрать, — мрачно произнёс я, поглядывая на дверь.

Когда уже появится Жанна? С ней-то, надеюсь, ничего не произошло? А то вдруг украли?

— Интересно, а князь что-нибудь подарит молодожёнам?

— Двадцать лет в Сибири на рудниках. Пусть ничего у него не берут, даже если это будет просто конверт с деньгами. Продолжая тему Сибири… Купюры могут быть заражены сибирской язвой. Чую, быть беде с этим Корчинским. А выгнать его взашей нельзя. Князь же, — прошипел я, чувствуя, что пауза затягивается.

Народ ждал невесту, а той всё не было и не было.

— Да, может, всё будет хорошо? Всё-таки князь — умудрённый опытом мужчина, а не драчливый юнец, — проговорил Вячеслав и первым начал хлопать в ладоши, когда створки отворились, открыв вид на облачённого в серый костюм с отливом Воронова и его дочь Жанну.

На ней красовалось пышное белое платье со шлейфом. Рыжие локоны рассыпались по открытым худеньким плечам, а фата скрыла лицо с веснушками, большими серыми глазами и мягкими губами.

Она под громовые аплодисменты гостей под руку с отцом грациозно пошла к алтарю, где уже влюблённо пучил глаза Павел. Казалось, он не мог поверить, что женится на такой красавице.

— Какая прелестная пара, — внезапно раздался за моим левым плечом приторный голос неслышно подкравшегося князя Корчинского, благоухающего шампанским. — Как им аплодируют, как аплодируют.

— На чьих-то похоронах будут аплодировать ещё громче, а возможно, даже станцуют.

— Намёк понят. Ха-ха, — тихо засмеялся аристократ, запрокинув голову. — Вы удивлены, что я пришёл на свадьбу вашего внука?

— Ага. Вы только пришли, а я уже жду, когда вы уйдёте, — пробурчал я, развернулся к нему и процедил, подавшись к князю, чтобы лишь он слышал мои слова: — Зачем вы явились? Хотите испортить свадьбу? Даже не думайте об этом. Не втягивайте мою семью в наши распри. Это совсем не по-дворянски. Есть вы, и есть я, и больше никого.

Корчинский глянул на меня блестящими налившимися насмешкой глазами. Их дно было буквально усыпано копьями, сломанными во множестве стычек, произошедших между нами.

Он криво улыбнулся, отсалютовал мне бокалом с шампанским