Падение Черного неба - Ана Жен

– Это здесь в порядке вещей? – приподняла бровь Лиз.

– Что именно? – не поняла Зои.

– Что разнополые дети спят в обнимку…

– Разнополые? У тебя что, есть гендерные предрассудки? – возмутилась староста.

– Что ты! Только сексуальные!

Большую часть времени у Лиз было совершенно непроницаемое лицо, словно она вообще ничего не чувствовала и не испытывала.

– Ну… Знаешь, у этого есть плюсы. – Зои на ходу заплетала неряшливую косу. – В Академии не так много правил… Зато можно выходить на пробежку в четыре утра.

– Меня удивило, что и за территорию академии можно выходить в любое время. Здесь совсем не думают о безопасности?

– А смысл? Тебя всегда могут найти по Звездам.

– Тебя или твой остывший труп, – заметила Лиз.

– Я думала, что ты будешь рада такой слабой дисциплине у нас.

– Мне кажется, ты слишком много обо мне надумываешь, Зои. – Лиз наградила старосту неприятной улыбкой.

Освежающая утренняя прохлада. Тусклый свет фонарей. Девушки дошли до стадиона, принялись за разминку. Разумеется, Лиз была гибка, как работница цирка. Зои бы не удивилась, если бы та и на шпагат без подготовки садилась. Что ни говори, а было в ней что-то чирлидерское! А еще в ней было что-то такое, что было в Пирсе. Неужели у всех богатых людей есть это? Пока Зои бежала, краснела и потела в мешковатой серой форме Академии, Лиз в идеальном облегающем костюме бежала так, как бегают в рекламе, сексуализирующей образ женщины. Неужели ей самой не противно от того, что ее будут воспринимать как просто красивую мордашку? Вон, даже Зои уже успела навешать на нее ярлыков.

А Лиз, не удостаивая свою соседку даже короткой мыслью, просто продолжала бежать.

Глава 7

Дневник Кастодии

20 октября 1871

Ох, мой милый читатель, моя жизнь решительно налаживается. Я нашла себе первого настоящего друга – Исаака Харперса! Исаак сын Тельца. Он просто невероятен. Он на год старше, и Великие Звезды наградили его магической красотой. Знаю, что благовоспитанным девушкам не пристало помышлять о мужской красоте, но ничего не могу с собой поделать! У Исаака черная кожа, такая, как беззвездное небо, а зубы белые-белые! Еще у него короткие кудрявые волосы и… Ох, описать не могу, как он хорош собой!

Расскажу, как мы познакомились. История и в самом деле примечательная, потому что Исаак нелюдим. Дело было три недели назад в воскресный день. Все, как обычно, отправились в Старвуд, но что мне там делать? Я решила, что ужасная глупость происходит: я уже некоторое время живу в пансионе, но совсем не знаю окрестностей. В библиотеке я обнаружила карту местности. Узнала, что, если выйти с территории Академии, обогнуть ее полукругом и спуститься с нашей горы с противоположной стороны, можно оказаться около древнего Хранилища Звезд. Сейчас никто уже про него и не знает. Библиотекарь рассказал, что, когда в начале века построили новый храм ближе к Академии, в низину перестали спускаться ради ритуалов.

Мне, разумеется, тотчас понадобилось наведаться в это уединенное место, о коем никто и не помнил. Прихватив с собой карту и книгу, я пустилась в путь. Отчего так мало студентов ходят на прогулки в лес? Да, всем хочется гулять только в городе… Оно и хорошо, если подумать. Меня страшно пугает, что Эдмунд и Вирджиния словно преследуют меня. Чем я им так понравилась? Они мне совсем не близки по духу. Вирджиния из тех девушек, к ногам которых готов упасть весь мир. Я не сомневаюсь, что она найдет себе удачную партию еще до выпуска… Того же Эдмунда…

Но я страшно отвлеклась! Прости, в последнее время мысли скачут в моей голове с невероятной скоростью!

Когда я спустилась вниз, обнаружила прекрасное озеро. В самом деле, озеро просто невероятное! Вода в нем чистая, словно мы прибыли в Канаду. А все дно усеяно круглыми камушками. Если бы ты знал меня также хорошо, как знаю себя я сама, несомненно бы понял, отчего мне так приглянулись камни ровной формы. Я пошла дальше, уж больно мне хотелось увидеть руины Звездного Хранилища.

Через четверть часа цель моя и в самом деле была достигнута. Но ты представить не можешь, сколь дивная картина предстала передо мной. Там, где должны были обнаружиться руины, оказался небольшой лагерь. Плитка была расчищена от проросших в ней сорняков, с колонн убраны побеги плюща, а там, где прежде хранились Звездные камни, красовался навес. В алтарной зоне явно шли ремонтные работы, поскольку под арочным сводом разместились самодельные строительные леса. Я с интересом осмотрелась. Не руины, а все еще величественное место.

– Что ты здесь делаешь?

Низкий голос заставил меня вздрогнуть.

– Я?.. Я просто… Мне… – залепетала я, словно сделала нечто предосудительное.

Из-за кустов кизильника вышел он. Исаак Харперс. Он подошел ближе, и мне почудилось, что широкими плечами он заслонил солнце. Я совсем тогда потерялась. Будем честны, я пропала!

– Зачем ты пришла сюда, Ариес?

Меня поразило, что ему известно мое имя.

– Я просто… гуляла… Мне… было интересно, как выглядят руины заброшенного Хранилища.

– Вот как?

Я тогда думала, что Харперс не умеет улыбаться.

– А ты? Зачем ты здесь? – Мой тонкий голосок предательски дрожал.

Это ужасно грубо с моей стороны, но тогда, как и многие, я побаивалась Исаака. Во всем нашем пансионе Исаак был единственным студентом с черной кожей. Потому и стал изгоем. Нет, никто бы не посмел травить кого-то столь внушительного, как Исаак, но он сам прекрасно понимал собственную отличность, потому выбрал добровольное одиночество. Я его понимаю: если отвергнуть общество первым, общество не сможет отвергнуть тебя. Это такая мучительная защита хрупкого сердца.

– Сама не видишь? – насмешливо фыркнул он.

– Ты восстанавливаешь Хранилище, но зачем?

В ту минуту меня охватил леденящий ужас: он хочет восстановить Хранилище для темных ритуалов! Я читала о подобном. Места Звезд, даже если перестать ими пользоваться, оставляют в себе великую силу, которую позже можно направить совсем не туда, куда следует.

– Что ты себе напридумывала, маленькая дочь Девы? – Исаак скривился. – Мне был сон, что место это в скором времени послужит великому предназначению Звезд, а потому я должен привести его в порядок.

– Ты избранный сын Тельца… – ахнула я.

Тогда Исаак впервые обернулся ко мне, и улыбка у него оказалась совсем не злая, даже, думаю, родная…

– Я бы сказал, я рабочий бычок Звезд. Они дали мне силу чинить и мастерить… Неблагородная это какая-то цель.

– Отчего ты никому не скажешь? Харперс, ты ведь избран!

Он ничего не ответил, лишь неопределенно качнул головой. Я уже многим позднее