Маньчжурия. Финал Второй мировой войны - Алексей Васильевич Шишов

«Утром – парад на центральной площади в Сейсина. Роты сильно повыбиты. Бойцы идут в касках, загорелые, пропотелые, форма кое-где не соблюдена, равнение небезупречно. Всего несколько дней назад эти люди дрались, и у них не было времени привести себя в парадный вид. И тем более это волнует зрителей. Среди них много корейцев…

Все население вернулось из сопок, жизнь входит в свою колею, отношения к советским войскам такие же теплые, как в Гёнзане.

Лишь незначительная часть бойцов и офицеров, воевавших в Корее – участники Отечественной войны. Но дальневосточники и тихоокеанцы – родные братья тех, кто штурмовал Берлин. Школа одна. И на Западе и на Востоке наш боец остается самим собой – патриотом и интернационалистом, грозой угнетателей и защитником угнетенных».

При проведении вышеназванных десантных операций Тихоокеанский флот неожиданно для себя столкнулся с серьезной опасностью в виде американских минных постановок. Так, непосредственно перед вступлением Советского Союза в войну на Тихом океане американская авиация произвела массовую постановку магнитных и акустических мин на подходах к северокорейскими портам Сейсин и Расин.

Это привело к тому, что советские корабли и транспортные суда, в том числе и те, которые перевозили десант, стали подрываться на минах союзников во время десантных операций. Подрывались они и при дальнейшем использовании портов Северной Кореи для тылового снабжения войск.

Главное командование Советских Вооруженных Сил запросило союзную сторону о выставленных ею минных заграждениях. В ответ Морское министерство США ответило, что американской авиацией в ходе налетов у Сейсина выставлено 200, а у Расина – около 270 донных магнитных, акустических мин и мин с комбинированными акустико-гидродинамическими взрывателями.

Борьба с первыми двумя видами из них велась с помощью тралов. Средств борьбы с минами, которые имели комбинированные взрыватели, по сообщению Морского министерства США, не имелось.

Точных координат выставленных авиацией минных заграждений близ портов Северной Кореи американское морское командование не имело. Но союзники официально заявили, что они не ставили мины в районе Сахалина, в проливе Лаперуза, у западного побережья острова Хоккайдо и у Курильских островов. То есть там, где по разграничительной линии между морскими силами Советского Союза и США могли действовать американские подводные лодки.

Американская сторона в самом конце войны еще несколько раз давала дополнительные сведения о своих минных постановках с воздуха. В результате обобщенных данных получалась весьма любопытная картина: американские мины были везде, где действовал или был должен действовать советский флот. Зато морских мин союзников не было там, где хотя бы временно пребывали американские корабли и где была зона американской оккупации.

Наиболее обширные минные поля из магнитных, акустических мин с гидродинамическими взрывателями оказались в районах Гёнзан, Капан, Фузан, Масан, Гейдзицу, Ван и в районах, прилегающих к Цусимскому проливу. В результате на минных полях, выставленных союзниками-американцами, подорвалось несколько советских кораблей и транспортов.

…26 августа 1945 года для многих воинских частей 2-го Дальневосточного фронта война в Маньчжурии закончилась в тот день, в 14.15 командующий фронтом получил директивное указание главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке маршала А.М. Василевского о выводе войск на территорию Советского Союза по месту прежней дислокации, прежде всего в Приморье. Директива каких-либо подробностей в себе не содержала:

«…Оставить на территории Маньчжурии в пределах полосы фронта не более трех сд и мощный хозяйственный аппарат для организации вывоза трофейного имущества, все прочие соединения, части усиления, тыловые части и учреждения и запасы фронта выводить на территорию Советского Союза по месту прежней дислокации войск.

План перегруппировки представить мне к 18.00 27.8.45 г.».

Главнокомандующий давал командующему и фронтовому штабу 28 часов на то, чтобы был составлен план и график вывода части фронтовых войск в Отечество.

Так начинался вывод первых соединений и частей советских войск, участвовавших в войне с Японией в 1945 году с занятых земель. Решение об оккупации территории бывшей империи Маньчжоу-Го и Северной Кореи на повестке дня не стоял и ранее не обсуждался. В Отечество возвращались войска-победители. Со своей сверхзадачей они справились в один неполный месяц август.

Сахалинская наступательная операция

Войскам 2-го Дальневосточного фронта одновременно с участием в Маньчжурской стратегической наступательной операции пришлось проводить и собственную – наступательную Сахалинскую операцию. Она началась на Южном Сахалине 11 августа, то есть через три дня после объявления войны, и проводилась совместно с Северной Тихоокеанской военной флотилией, базировавшейся в Советской Гавани (Совгавани).

Старая Россия потеряла остров Сахалин после проигрыша войны с Японией. По Портсмутскому мирному договору 1905 года южная часть Сахалина была отторгнута Японией, и границей стала по 50-й параллели прорубленная от моря и до моря 120-километровая просека. Южную часть Сахалина (и сам остров) японцы назвали Карафуто, а село Владимировку, ее административный центр, – Тойо-Хара.

Остров Сахалин вытянут в меридиональном направлении более чем на 900 километров, а его площадь немного меньше территории Австрии. Рельеф острова горно-лесистый, с множеством болот, рек и речушек. Большую часть острова занимают труднопроходимые Западный и Восточный хребты. Они простираются с севера на юг параллельно друг другу. Самые большие реки – 300-километровая Томь и 250-километровый Поронай доступны для малых судов только в устье.

Южный Сахалин, более благодатный для проживания и ведения хозяйства, японцами был обустроен, в том числе и военном отношении. На его берегах имелось несколько портов, доступных для больших судов, железная и шоссейная дороги шли по западному и восточному побережью и в центральной части острова доходили до государственной границы, а тринадцать аэродромов могли принять многие сотни самолетов. Военно-морской базой являлся Отомари (ныне Корсаков). Можно утверждать, что все это создавалось и в целях запланированного вторжения в Советский Союз.

В августе 1945 года японцы не держали больших армейских сил, авиации и военно-морского флота на Карафуто. Все это требовалось на театрах войны в Тихом океане. Сахалинская операция развивалась так быстро, что японское командование не смогло совершить переброску войск с острова Хоккайдо, самого северного в метрополии. На территории Карафуто дислоцировались 88-я пехотная дивизия, части пограничной жандармерии, отряды резервистов, различные подразделения, в том числе обслуживания ВМБ Отомари и аэродромов.

88-я пехотная дивизия состояла из четырех полков: трех пехотных и артиллерийского и подразделений усиления. Штаб дивизии находился в городе Тоёхара (ныне Южно-Сахалинск). Всего на Карафуто находилось 19 тысяч японских солдат и офицеров и около 10 тысяч резервистов, прошедших обучение и вооруженных. Танков и авиации противник не имел, хотя аэродромная система позволяла базирование значительного числа крылатых машин, которые могли быть переброшены из метрополии.

Близ границы, в Харамитогском укрепленном районе располагался только один усиленный 125-й