Грех Каина. Острые семейные конфликты на примерах подлинных уголовных расследований - Алексей Ракитин

Кроме того, обвинение явно недооценило степень спайки Беннета Хайда и его жены Франсис. Последняя предоставила в распоряжение мужа все имевшиеся в её распоряжении финансовые ресурсы. Иначе Франсис поступить и не могла — она знала, что её муж молчит ровно до тех пор, пока она оказывает ему поддержку. Если только она его оставит, любимый супруг раскроет рот и пойдёт на сделку с правосудием. А в таком случае вся эта гонка за состоянием потеряет всякий смысл и ей придётся думать уже не о деньгах, а о спасении собственной жизни.

После того, как в апреле 1917 г. дело в отношении доктора Беннета Хайда оказалось закрыто, супруги смогли перевести дух и зажить в своё удовольствие. По крайней мере, так могло показаться со стороны. Теперь их проблемы были решены, от полученного наследства кое-что осталось и будущность не сулила им ничего скверного.

Но… помните анекдот про Петьку, Василия Ивановича и нюанс? В отношениях Беннета и Франсис тоже имелся специфический нюанс. Беннет Кларк Хайд не любил свою жену и затеял свой пылкий роман с нею лишь в надежде на то, что когда-нибудь она получит большое наследство от папы, мамы и дяди и тем самым обеспечит его — Беннета — на всю жизнь. Автор имеет очень сильное подозрение — разумеется, бездоказательное! — что конечной целью длинной череды отравлений должна была стать вовсе не «Мэгги» Хантон Своуп, а сама Франсис… Разумеется, после того, как она благополучно аккумулирует деньги и имущество всех отравленных ранее родственников. Эта череда убийств не могла быть очень быстрой, ей предстояло растянуться на несколько лет, но в конечном итоге Франсис должна была также скоропостижно умереть, передав всё своё состояние Беннету Хайду.

В 1917 году доктор от этого замысла не отказался. Да, у Франсис теперь было намного меньше денег, чем планировалось изначально, но тем не менее, даже такое состояние позволяло Хайду жить в полном достатке, не работая. Семья воспитывала 2-х детей и если бы что-то случилось с Франсис, то дети, разумеется, остались бы с отцом и ни в какой трастовый фонд деньги жены не ушли бы. Беннет стоически прожил несколько лет с нелюбимой женой, выжидая удобный момент для того, чтобы избавиться от неё, и в конце 1920 г., решил, по-видимому, что для этого сложилась подходящая ситуация.

По официальной версии, изложенной в том числе в тогдашних газетах, причиной ухода Франсис из семьи послужило домашнее насилие со стороны мужа. Однако существует и иная версия тех событий, которую связывают с рассказом Джеймса Логана Хайда, сына Франсис и Беннета. Автор должен признаться, что исходного текста этого признания не нашёл, нельзя исключать, что в действительности это всего лишь городская легенда, но выглядит она достоверно и её нельзя не упомянуть. Так вот, согласно рассказу Джеймса Хайда, его матери в ноябре 1920 г. стало плохо — появилась сильная боль в животе, рвота и пр. Беннет, наблюдая за страданиями Франсис, ласково предложил сделать для неё лекарство, которое сразу принесёт облегчение. Мама Джеймса моментально поняла скрытый в этом предложении подтекст, собрала минимум необходимых вещей, прихватила детей и умчалась прочь из дома.

Беннет напугал жену своим предложением помощи. И она испугалась именно потому, что хорошо знала, как именно её муж помог Моссу Хантону, Полковнику Своупу и её родному брату Крисману Своупу.

Важно отметить то, что до конца своей жизни Франсис Своуп Хайд настаивала на полной невиновности мужа в убийствах. Эта настойчивость не должна вводить в заблуждение — Франсис прекрасно понимала, что она не может признаться в своей осведомленности о причастности мужа к убийствам. И даже подозрения в его адрес она признавать не должна. Признание такого рода будет равносильно признанию собственной вины — это юристы надлежащим образом разъяснили Франсис.

По завершении разного рода жизнеописательных историй принято говорить нечто назидательное и душеполезное, однако в сюжете, ставшим основой настоящего повествования, нет ничего назидательного. Перед нами история того, как крупнейшее состояние штата Миссури оказалось раздроблено и растрачено потомками. Возникнув из ниоткуда благодаря игре случая, огромное состояние Полковника Своупа уже в следующем поколении ушло в никуда, рассеявшись, как утренний туман. Деньги Полковника вряд ли сделали счастливым кого-то из наследников, во всяком случае члены семьи Своуп вряд ли могли спокойно вспоминать о тех событиях, которыми сопровождалось получение каждым из них дядюшкиного наследства.

В последующие годы в самых разных странах мира борьба за наследство не раз и не два становилась причиной жестоких и порой очень изощренных убийств. Борьба наследников — это прямо-таки хрестоматийный мотив преступлений. Но история учит нас тому, что никого и ничему она не учит.

Во всяком случае, криминальная история — точно!

«Талантливый актёр» Джозеф Милинг и его оригинальный сценарий

Весьма необычная криминальная история разыгралась в 1991 г. в США, в штате Вашингтон. Началась она 2 февраля довольно тривиально — с утреннего телефонного звонка в «службу спасения».

Позвонивший назвал себя Джозефом Милингом (Joseph Meling) и сообщил, что его супруге Дженнифер стало плохо под душем — она упала, потеряла сознание и он не знает, что предпринять. Перед тем, как отправиться в душ, Дженнифер по словам мужа приняла капсулу «судафеда» (псевдоэфедрина), эффективного бронхорасширяющего стимулятора, назначаемого при астме и способного вызывать привыкание. Супруги находились в собственном доме на 2-й Саут-стрит в городке Тумуотер (Tumwater), расположенном в 5 км от столицы штата — города Олимпии. Прибывшая в дом супругов Милинг бригада парамедиков обнаружили бесчувственную женщину, практически не подававшую признаков жизни, и её безутешного супруга. Врачи, приступив к неотложным процедурам по поддержанию жизни, доставили Дженнифер в больницу. Джозеф Милинг последовал туда же, где неожиданно спросил у одного из врачей, вышедшего из палаты супруги, не похоже ли произошедшее на отравление?

Вопрос выглядел довольно странно: врачи со слов супруга уже знали, что у Дженнифер начались месячные, которые она обычно переносила с трудом, а значит ей вполне могло сделаться дурно под струёй горячей воды. Кроме того, определённое воздействие на работу мозга мог оказать и «судафед», особенно принятый натощак. Удар головой о кафельную стену мог привести к длительной потере сознания, так что произошедшее с Дженнифер Милинг не выглядело чем-то подозрительным. Врач объяснил это мужу пострадавшей и забыл о его вопросе. До поры…

Молодость и своевременная медицинская помощь помогли 28-летней Дженнифер остаться в живых. Через несколько дней она пришла в себя и сумела вспомнить события, предшествовавшие потере сознания. В первые дни менструального цикла женщина действительно чувствовала