Большевики. Криминальный путь к власти - Юрий Михайлович Барыкин

Судьба интернационалистов, попадавших в плен, была незавидна, такая же, как и у китайцев Якира. Узник белогвардейской тюрьмы в Благовещенске П. Е. Вшивков, как видно, русский по национальности, благополучно переживший описываемый им инцидент, повествует:

«Мадьяр-красногвардейцев сгоняли в большие партии, ставили где-нибудь во дворе к каменной стене и среди бела дня на глазах у всех расстреливали из пулеметов». (Венгерские интернационалисты в Сибири и на Дальнем Востоке 1917–1922 гг. С. 80.)

Яркой иллюстрацией осознания красными интернационалистами сего прискорбного для них факта является состав отряда красногвардейцев, вышедшего 7 сентября 1918 года из Могочи на север.

Всего в отряде, пытавшемся спастись от наступавших белогвардейцев, было 193 человека, при 18 пулеметах и обозе в 60 лошадей. Но самым интересным является национальный состав красного воинства: «123 немца и австрийца, 42 венгра, 7 чехов, 4 итальянца, 4 женщины – русские, жены интернационалистов. Всего русских было 17 человек». (Венгерские интернационалисты в Сибири и на Дальнем Востоке 1917–1922 гг. С. 68.)

Год 1919-й и далее

Мы уже говорили, что отряды ЧОН, состоящие в основном из интернационалистов, применялись на «внутренних фронтах». К сентябрю 1919 года численность этих отрядов в 33 губерниях составляла около 30 000 бойцов.

Р. Гарашин: «Части особого назначения, или, как их сокращенно называли, ЧОН, были, по сути дела, вооруженными отрядами большевистской партии. Практические занятия проводились в Лефортово. На каких только языках не раздавались команды! На русском, венгерском, немецком, украинском, литовском…» (Гарашин Р. Красные гусары. С. 226.)

После окончания организованного сопротивления Белых армий в Крыму в ноябре 1920 года ЧОН занимались подавлением вооруженных выступлений местного населения.

Вождь крестьянского восстания на Тамбовщине 1920–1921 годов Александр Степанович Антонов (1889–1922) писал в своем воззвании: «Правительство Ленина и Троцкого для подавления восстания рабочих и крестьян посылает наемных убийц – латышей и китайцев, которые истязают рабочих и крестьян хуже татар времен Тамерлана». (Грицанов А. А., Тарас А. Е. Научный антикоммунизм и антифашизм. С. 163.)

В 1921–1922 годах Европейскую часть России охватил массовый голод.

Вот пара документальных зарисовок. Октябрь 1921 года в Уфимском уезде: «В деревнях тишина и безлюдье. Во дворах ни скотины, ни клочка сена. Неподвижно валяются апатичные дети с неимоверно раздутыми животами, с опухшими лицами и конечностями. Во всех избах лежат больные и умирающие, в испражнениях и рвоте. Медико-санитарной помощи никакой.

Население так ослабело, что трупы по несколько дней лежат не зарытые. Смертность колоссальная. Холера стихла, но с конца августа началось вымирание от голода». (Нарский И. Жизнь в катастрофе. Будни населения Урала в 1917–1922 гг. С. 360.)

Газета «Уральский рабочий» от 11 мая 1922 года: «Перед нами, современниками переживаемого голода, проходят потрясающие картины голодной смерти, поедания людьми падали, поедания человеческих трупов, поедания родителями своих детей и прочее. Такой голод, какой переживает ныне Россия, явился фактором, двигающим нацию к вырождению». (Нарский И. Жизнь в катастрофе. Будни населения Урала в 1917–1922 гг. С. 560.)

И вновь на фоне страданий и смертей местного населения действуют отряды интернационалистов, которые в основном назначались для охраны поездов, вывозящих хлеб из голодающих русских губерний.

Р. Гарашин свидетельствует: «В марте 1921 года у нас произошел трагический случай. Однажды, когда один из наших составов прибыл на станцию Ишим, что на Урале, на ней собралась огромная толпа народу. Местные кулаки спровоцировали жителей против продотрядовцев. Мятежники обезоружили охрану станции, а затем обезумевшая толпа бросилась к эшелону с хлебом. Их первой жертвой стал машинист паровоза. Охранники мужественно отстаивали хлеб, пока не кончились патроны. Все двенадцать человек, сопровождавшие эшелон, погибли. Зерно, разумеется, мятежники разграбили. Но вскоре на станцию прибыла подмога, и порядок был восстановлен. В память погибших товарищей позже была установлена мемориальная доска с надписью: “Героям-интернационалистам, павшим на продовольственном фронте. Ишим. Март 1921 года”». (Гарашин Р. Красные гусары. С. 220–221.)

Всего голод 1921–1922 годов унес 5 000 000 жизней. (Эрлихман В. Потери народонаселения в XX веке: Справочник. С. 19.)

Для сравнения: в Первой мировой войне Россия потеряла убитыми и умершими от ран 1 260 000 человек. (Эрлихман В. Потери народонаселения в XX веке: Справочник. С. 18.)

Именно массовый голод 1921–1922 годов окончательно сломил сопротивление народов бывшей Российской империи большевикам.

Добавим к сказанному, что в 1922 году, во время страшного голода в России, специальная медицинская комиссия обследует состояние здоровья «ответственных товарищей».

«Результаты неутешительны – почти все больны: у Сокольникова – неврастения, Курского – невралгия, Зиновьева – припадки на нервной почве… Здоровы – Сталин, Крыленко, Буденный, Молотов, у Фрунзе – зарубцевавшаяся язва. Но важны не столько диагнозы, сколько предложения о лечении – Висбаден, Карлсбад, Кассинген, Тироль… Что это – целебный пир во время чумы?» (Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым. С. 596.)

А простым людям на той территории, которую большевики завоевали в 1917 году, помогают другие.

Летом 1922 года Американская администрация помощи (ARA) кормила ежедневно 11 миллионов голодающих. Другие иностранные организации взяли на себя заботу еще о 3 миллионах. (Пайпс Р. Россия при большевиках. С. 493.)

В письме главе ARA Эдгару Гуверу М. Горький писал: «Ваша помощь будет вписана в историю как уникальное, гигантское свершение, достойное величайшей славы, и надолго останется в памяти миллионов русских… которых вы спасли от смерти». (Пайпс Р. Россия при большевиках. С. 496.)

Позже, правда, выяснилось, что с «памятью» существуют некоторые проблемы.

Уже после эвакуации с Дальнего Востока собственных солдат, 9 февраля 1921 года, американский консул во Владивостоке опубликовал декларацию правительства США, в которой осуждалось нарушение территориальной целостности России. 26 мая того же года, после военного переворота во Владивостоке, к власти пришло правительство Меркулова, опиравшееся на японские войска. И вновь реакция США была однозначной – уже 31 мая Японии была направлена нота с предупреждением, что Америка не признает никаких притязаний и прав, являющихся следствием японской оккупации Сибири.

На состоявшейся с 12 ноября 1921 по 6 февраля 1922 года Вашингтонской конференции Япония фактически оказалась в изоляции из-за своей антибольшевистской дальневосточной политики, которую резко осуждали США, Британская империя и их союзники. В итоге 25 октября 1922 года японские войска покинули Владивосток. Вместе с ними эвакуировались Белые отряды Земской Рати генерала М. К. Дитерихса (1874–1937).

Не будем здесь обсуждать побудительные мотивы американцев, это отдельная большая тема. Просто зафиксируем этот факт: именно пресловутые «англосаксы» буквально вынудили Японию вывести свои войска с территории России. Впрочем, доблестные советские «историки» не преминули дать свою оценку свершившемуся, объявив все уступки,