Путь Стратега - Саша Токсик

— Шпион?

— Да-да, шпион! — воодушевился Харитон, поняв, что его слова хоть на что-то повлияли. — Мою деревню не разграбили! Точнее, ту деревню разграбили, но я был среди тех людей, кто ее и грабил! Моя банда послала меня в Упахалово, чтобы я осмотрелся и узнал, можно ли напасть на вас или нет!

Упахаловцы, слыша это, возмущённо загудели. Кто-то даже попытался прибить Харитона на месте, но всех остановила поднятая ладонь Меченого.

Его взгляд мог пригвоздить к земле любого.

— Это всё?

— Нет! Есть ещё! — сглотнул вязкую слюну Харитон. — Этой ночью я должен был покинуть деревню, чтобы рассказать об отъезде каравана. Караван, гружённый инструментами — куда более легкая цель, чем деревня! Я должен был вызнать, сколько в нем будет людей и по какой дороге они поедут. Его бы взяли на обратном пути!

— Кому ты всё это должен был рассказать? — встрял я в разговор, желая узнать подробности. Меченый не стал как-либо мне препятствовать.

— Своей банде!

— Кто у вас главный?

— Жмых! Мы все зовем его Жмых! Он нами командует!

— Сколько в банде людей?

— Не меньше пятнадцати! Я точно не знаю! Мы действуем отрядами по пять человек, а сколько таких отрядов, знает только Жмых!

— На кого Жмых работает?

— Я не знаю!

Ни за что не поверю, что вся эта ватага действовала сама по себе. У них обязана быть «крыша», которая скупает всё награбленное, в обмен предоставляя припасы. Потому как странно, что, помимо нападения на деревню, разбойники нигде более не наследили. Будь они сами по себе, то давно бы атаковали отряды обеспечения или караванщиков, чтобы отобрать у них провиант.

А раз этого не произошло, то кто-то уже решил за них этот вопрос.

— Господин Меченый, думается мне, у нашего подсудимого есть лишние пальцы. Как думаете, без одного-двух он проживет?

— Куда ж он денется! — оскалился Меченый, удобнее перехватывая топор в своих руках.

— Клянусь, я не знаю, на кого Жмых работает! — запищал Харитон. — Мне лишь известно, что это какой-то Стратег, но и только! С ним только Жмых имел дела!

— Какого рода дела? — уточнил сразу я.

— Мы этому Стратегу продавали пленных жителей деревни! Он же навёл нас на деревню, чтобы мы на нее напали! И к Упахалово он Жмыху сказал присмотреться!

Теперь пазл сложился воедино. Против нас работала не просто шайка головорезов. Нет, совсем нет. Эти самые разбойники — инструмент одного из Стратегов. С его помощью некто устранял своих конкурентов в самом зародыше, при этом со стороны оставаясь белым и пушистым.

Вопрос в том, кто это мог быть? Краснов? Щербатов? Хищнова? Или ещё кто?

Ясно одно — чтобы узнать подробности, нам понадобится поговорить по душам с этим самым Жмыхом. И никак иначе.

— Заприте эту погань на складе, — приказал Меченый, поняв, что из Харитона больше ничего не выведать. Двое крестьян подхватили лазутчика под руки и потащили вглубь Упахалово.

Ноги мужчины безвольно волочились по земле, но никто не обратил на это внимания.

— Что нам делать, Владимир? — когда Харитона утащили, а мы с Константином остались наедине, спросил он меня.

— Нам? — не дал я улыбке вырваться наружу.

— Уж не думал ли ты, что я брошу своего союзника в беде? — фыркнул сын кузнеца. — Это я виноват, что впустил ублюдка в свой дом и подставил тебя под удар. Раз мы уже по уши в дерьме, то и выбираться должны вместе.

— Что правда, то правда, — хмыкнул я. — А вообще… есть у меня одна мыслишка.

— Выкладывай.

— Пойдем лучше к тебе в терем. Там всё и обсудим. Всё равно Харитон от нас уже не уйдет. А до утра у нас ещё целая ночь!

— Ха-ха, и то верно!

* * *

На улице уже стемнело. Жители Упахалово легли спать. Только Харитон со связанными руками сидел, прислонившись спиной к деревянной бочке. На складе было холодно, но хотя бы сухо.

Зубы мужчины стучали друг о друга, в надежде сохранить хоть толику тепла. Но всё безуспешно. Лишь мысли о ближайшем будущем позволяли сохранять ясность рассудка.

И были они, к его несчастью, совсем уж безрадостными. Отрубания руки он избежал. Это, конечно, хорошо, но недостаточно!

Как только Харитон раскрыл свою личность, его судьба была предрешена. Отпустят ли его теперь упахаловцы? Очень и очень навряд ли.

Он отсрочил свою смерть, но вместе с тем сделал ее неизбежной! Уже этим утром к чурбану могут прислонить не его руку, а его голову! И будет его песенка спета!

Как быть? Что делать? Что он, Харитон, мог теперь сделать? Он уже рассказал всё, что знал о Жмыхе и его банде. Он больше не представлял никакой ценности для двух Стратегов. Это понимал и Харитон.

Тогда, может, попробовать снова отложить свою казнь? Но как? Наврать с три короба? Пригрозить скорым приходом Жмыха? А может, подставить кого-то из Стратегов? Назвать любое имя, только бы в обмен на него его помиловали!

Беда только в том, что он не знал ни одного Стратега! Харитон, конечно, слышал, что Испытание Стратегов уже началось, и на Рубеж хлынул обильный поток переселенцев. Но и только! О самих Стратегах он знал постольку-поскольку, не говоря уже об их невероятных способностях!

Жмых рассказывал Харитону и остальным, чтодар Стратега можно обмануть, что они далеко не всесильны. Нужно было лишь думать «о высоком». Как говорил Жмых — «это не их вина, что они стали нашей целью. И это не ваша вина, что вы хотите разбогатеть и жить лучше! Таков порядок вещей!»

Таков порядок вещей…

Харитон тихо зарычал, только сейчас осознав, что у него не было выбора. Завтра его голова покатится по земле, и ничто этого не могло изменить! Два Стратега не оставят его при себе. А он не сможет их обмануть, сколько бы он о высоком ни думал.

И вот, в момент, когда Харитон совсем уж отчаялся, дверь склада тихо скрипнула. Мужчина вздрогнул, никак не ожидая гостей. Неужели… его пришли убивать?

Будто в подтверждение его мыслей в руках тени сверкнуло острие ножа в лунном свете. Харитон попытался отползти. Его окоченевшие руки напряглись что есть мочи. Он пытался разорвать путы за спиной, но всё без толку. Веревка была завязана прочнее некуда.