О моем перерождении в сына крестьянского 3 - Анатолий Михайлович Нейтак

Настораживала же в основном обязательность явки и организаторы веселья. Да кто угодно на моём месте напрягся бы, узнав, что его приглашают ребята — а может, и не ребята, или не только ребята — из Четвёртого Дома, то бишь имперские менталисты.

И что отказаться нельзя.

Точнее, можно, но (если верить Тиэле, которая вообще-то твёрдо верила в то, что говорит) с такими последствиями, что лучше поддаться.

Ну да ладно. Живы будем — не помрём. Не заабьюзят же там нас до полной потери сознания! За попытки выйти за рамки круглоголовым надают по их круглым головам до характерного звона. Всё-таки Четвёртый Дом — не Первый… они даже, если побыть чуточку патриотом, не Гриннеи.

Но первым номером шёл всё-таки разговор с Ядвой. Который поначалу откровенно не заладился. Да уж… однако Вейлиф — не какой-то там двенадцатилетний юнец, Вейлиф на самом-то деле опытный и умный, прошаренный тип…

Короче, я довольно быстро и технично слился, оставляя девушек наедине. И дело, то бишь диалог, с некоторой пробуксовкой тронулось с места, а там и бодренько так покатилось вперёд.

Потому что Лейта тоже опытная и умная. И обаятельная. Умеет вызывать на откровенность.

А я, помимо прочего, не гордый: могу просто постоять в сторонке, послушать… иногда нашёптывая ей на ушко, незаметно для Ядвы, какие-нибудь Умные Мысли. Да, это паллиатив; да, рано или поздно мне всё равно придётся налаживать с Ядвой прямой диалог, а не такое вот заочное безобразие. Потому что тот самый неявный посыл Мэсфэра никто не отменял, а игнорировать даже неявные инструкции старшего магистра — ну, попросту неумно.

Пока же — вот так.

— С чего бы мне быть обиженной на отца?

— Прости, если я лезу не в своё дело, но мера твоей големизации… эм…

— Хо-ха! Хо-ха-ха! Извини, но это действительно смешно. Ты что же, решила, будто он на мне опыты ставил или там из идеологических соображений… хо-ха-ха-ха!

— А… на самом деле?

— Ой, да не деликатничай. Я давно не ребёнок, в нынешнем виде существую уже больше половины жизни, понемногу теряя свои живые части…

— И… сколько вообще ты…

— Говорю же, не деликатничай. Ты целительница, тебе не идёт. Мне тридцать один год, ступень — пятьдесят третья… на которой я зависла уже лет одиннадцать как, нет, даже двенадцать. Тебе, наверно, и не понять, каково это, ты-то здорова прям идеально, как любой целитель…

— Ну почему же не понять? Отвечу на откровенность откровенностью: мне уже 85, но до недавнего времени, при былой главе рода, я считалась генетическим мусором, не способным даже пороговой ступени достичь, полусотенной. Ты на дюжину лет зависла на 53-й? Ну, я примерно то же время висела на 44-й.

— Что⁈ Ты…

— Не лгу, и твои чувства не лгут тоже. Это непростая история и не чисто мои секреты, но если без лишних деталей, скажу так: своим нынешним положением и рангом младшего магистра я ПОЛНОСТЬЮ обязана Вейлифу. Хотя сам он свою роль… приуменьшает. Но это не я из милости заметила и пригрела одарённого чернородного — это он оказал мне огромную честь и показал… новые тропы к вершинам.

— Э-э… но…

— Нет-нет. Не мой секрет. Расспроси его сама при случае. Может быть, он доверится тебе. Но даже если и нет — не обижайся: каждый маг… нет: каждый разумный… имеет право хранить свои тайны.

— … я в шоке.

— О, это ещё не шок. Если бы ты только могла предположить… но ладно, оставим это. Значит, ты големизирована настолько интенсивно по медицинским показаниям?

— Да. Это вроде как один из тёмных секретиков Первого Дома, но по факту все, кому надо, и так в курсе. Говоря кратко, силе сопутствует слабость, выдающийся талант в големантии оплачивается не менее серьёзными изъянами. Кому-то везёт с пропорцией талантов и изъянов, как тому же ректору, который на дороге в высшие магистры только ступни на протезы заменил. А мне вот в маго-генетической лотерее выпал не совсем уж поганый расклад, но вполне себе дерьмовенький… средней степени. Ведь до пороговой пятидесятой я всё-таки добралась. Успела.

— А… часто не успевают?

— Тех, которые вовсе не имеют шансов дорасти до полусотни, Первый Дом отсеивает ещё на этапе эмбрионов. И даже тех, у которых маловато шансов стать младшими магистрами. Никому не улыбается плодить заведомых калек. К счастью, обычно скорость прогрессии синдрома Хышэфа-Энэкхири можно определить, пока будущий маг ещё только бластула. К сожалению, синдром — не чистая генетика, от духовного развития с классовой эволюцией зависит не меньше. Ну и конкретно в моём случае, как говаривал один забавный парнишка, «не повезло, не фартануло».

— Ты довольно откровенна.

— Привычка. Да и что на пустом-то месте муть поднимать? Смысл? Папуля явно рассчитывает, что испытателем для ваших аугментаций стану я. То есть доступ к моей полной медкарте у тебя появится так и так. Поэтому проще сразу говорить о проблеме прямо.

— Но в чём выражается твой… случай? Можно мне тебя обследовать?

— Да запросто, я вся твоя — ну, сколько меня ещё осталось. Действуй. Что же до моего случая, то на синдром Хышэфа-Энэкхири наложились…

И Ядва с Лейтой без подготовки перешли на такой густой целительский жаргон, что я попросту перестал понимать две трети сказанного. Начисто. Только отдельные уже знакомые термины выхватывал: базиаль, нейросома, вторичный гликогеноз… нахватался по верхам, как говорится, ибо имея в подругах целительницу, нельзя не нахвататься — но не более.

— Да уж, — вернулась к человеческой речи моя боевая подруга спустя без малого четверть часа. — В целом, если подытожить, этот ваш сложносочинённый синдром ХЭ — действительно оборотная сторона таланта. Причём опять-таки прослеживаются параллели с практиками Ассуров.

— Да?

— Именно так. До классовой эволюции у меня была серебряная особенность — Зрячие Руки. Если без деталей, то я (как и все сородичи) платила за повышение чёткости и глубины восприятия, а также мощную визуально-тактильную синестезию катастрофической магической близорукостью. А в твоём роду частью наследия является гиперчувствительность к тонким структурам материалов…

— Это называется Чтение Паутины Сияний. Особенность золотого ряда. Как и парная особенность того же ранга — Плетение Паутины Сияний.

— Не в названии суть, а в том, что эта штука перегружает духовную периферию и делает базиаль не такой прочной, как обычно, у магов без таких вот… обоюдоострых родовых преимуществ. Ведь что такое, по сути своей, чувствительность? Это способность ловить сигналы, реагировать на них. А когда сигналов слишком много из-за сверхчувствительности? Что ж,