Будни британских охотников. 1770–1870 - Владимир Ильич Пилюгин

Э. Лаверак отмечал:

Эта собака была великолепным образцом русского сеттера, укутанная в очень длинную, пушистую, шелковистую псовину; у нее действительно была самая густая и обильная шерсть, какую мне когда-либо доводилось видеть. Старик Калабар, который прекрасно разбирается в сеттерах, говорил мне, что в молодости, когда он жил с отцом близ Вирджиния-Уотер, покойный мистер Тёрнер, главный лесничий ее величества в тех краях, держал великолепных русских сеттеров, которых обожал покойный принц Альберт. Они хороши, но очень решительные, своевольные и упрямые, требующие длительной натаски, их можно было держать в подчинении только благодаря усиленной работе и плетке; они не особенно дружелюбны, но очень отважны и красивы; у них обильная шелковистая белая шерсть с бледными желтоватыми пятнами на голове, ушах и на туловище, а глаза у них заслонены шерстью. Старик Калабар приобрел свору таких щенков, хорошо натаскал их и отвез во Францию, но, поохотившись с ними два сезона, возмущенный их своенравием и свирепостью (они не переносили порки), продал их французскому дворянину за тысячу франков (40 гиней) и считал, что удачно от них отделался51.

Русские охотники удивлялись, почему англичане называют эту породу собак «русский сеттер». Однако такое название англичане дали им по месту, откуда они были ввезены, – из России. В России этот тип легавой собаки, известный как брусбарт, или брудастая легавая, по данным Л. П. Сабанеева, был широко распространен с середины XVIII века до 1850‑х годов. В «Словаре оружейной охоты» С. И. Романов описал брусбарта начала XIX века:

Представители ее отличались: крупным ростом, большими, выразительными глазами, цвет шерсти был или чисто коричневый, или коричневый с серым, и только очень редкие брусбарты имели дымчатый цвет. Собаки эти были сносливы на охоте, с хорошим чутьем, но зато так грубы и упрямы, что в одно лето не было никаких средств их натаскивать. Не дрессированного брусбарта нельзя было брать в поле, но зато после учения собаки эти скоро заставляли хозяина забывать о всех перенесенных трудах при их воспитании и доставляли ему в поле редкое наслаждение. Широкий размашистый на рысях поиск в болоте был удивительно красив. В лесу они также искали быстро и с тем преимуществом перед другими собаками, что никогда не пропадали из виду. Брусбарты были не зябки, не боялись ни холода, ни воды, ни моховых болот52.

Л. П. Сабанеев дополняет:

По свидетельству старых охотников и смутным воспоминаниям автора, настоящие брусбарты имели хотя жесткую, но клокастую, взъерошенную шерсть и отличались своей выносливостью, силою и злобностью53.

Имеются разительные отличия в описаниях экстерьеров русского сеттера у Э. Лаверака и брусбарта у русских авторов. Объяснением этому могут служить слова Л. П. Сабанеева:

<…> собаки, пользовавшиеся в тридцатых и сороковых годах между английскими охотниками большою известностью, под названием русских сеттеров и ретриверов, не были настоящими русскими брусбартами, а представляли уже помеси их с сеттерами и пуделями. Но за полным отсутствием кровных производителей порода эта, так сказать, растворилась в массе сеттеров <…> Они исчезли в Англии только в 60‑х годах, с началом выставок, на которых по своей некрасивой внешности не могли иметь успеха54.

Некоторое уточнение к сказанному: англичане стали использовать брусбартов в племенной работе с различными разновидностями собак гораздо раньше – с середины XVIII века.

Ирландский сеттер. Э. Лаверак перечисляет известные кеннелы спортсменов, которые держали ирландских сеттеров на протяжении десятилетий: мистера Джона Кинга, полковника Уайта, мистера Джона Ля Туша, сестер Летвиджa (сестры получили собак из кеннела преподобного Стаббера, а преподобный Стаббер – из кеннела О’Конноров) и многих других заводчиков ирландского сеттера, проживавших в самой Ирландии, и кеннелы англичан, приверженцев этой породы.

В 1866 году Лаверак выделил еще сеттеров из другого кеннела:

У сэра Фредерика Грэма из Нетерби, Карлайл, была отличная порода красно-белых сеттеров, которая была у его семьи около тридцати или более летb, потому что я знаю их уже 27 лет, с тех пор как арендовал угодья графа Карлайла в этих местах55.

Окрасы, которые наблюдал Лаверак, были красно-белые, кроваво-красные, темного каштана или кроваво-красные, с незначительным оттенком черного на морде и под хвостом, темного красного дерева, очень близкого к черному и без подпалин, кроваво-красные и кроваво-красные с черным оттенком. Причем Лаверак, как и многие его современники, говорит о старом типе ирландского сеттера, ориентируясь на окрас – красно-белый и кроваво-красный, которые он считал критерием чистоты крови и древности (рис. 248).

Рис. 248. Ирландский красно-белый сеттер

Э. Лаверак писал:

Я так высоко ценю настоящую кровь ирландца, что четыре раза ездил в Ирландию с исключительной целью узнать, где можно найти чистокровных собак, имея в виду воспользоваться ими для скрещивания со своими белтонами56.

Поездки Лаверака в Ирландию происходили после 1830 года. В 1866 году в письме к редактору газеты The Field он дал подробное описание старых типов ирландских сеттеров:

Я очень ценю ирландского сеттера. Он чудесный представитель охотничьих собак, они очень быстрые и выносливые; хорошие экземпляры ирландского сеттера обладают прекрасной шеей, хорошо изогнутой, пружинистой задней частью, которую я описывал у черно-серых, но многие ирландцы, которых я видел в работе, имеют недостаток природной стойки. И все же там, где порода чистая и есть природная стойка, ирландский сеттер – очень ценная собака. Но я должен с сожалением сообщить, что, хотя я четыре раза ездил в Ирландию в поисках самой хорошей и чистой породы, я был разочарован. Конечно, мистер Ля Туш сделал больше, чем любой другой человек, чтобы сохранить чистоту этой породы в Ирландии. Дважды я посещал его питомник в Харрестауне и вынужден признать, что я был очень разочарован. Порода заметно выродилась, стала маленькой и слабой. Старый смотритель, который всегда сопровождал своего хозяина в Хайленде, признавал это и показал мне красно-белую собаку, которая считалась лучшей в питомнике, она происходила из той же линии – кроваво-красных. Я заметил, что собаки, оставшиеся в питомнике Ля Туша, были сливками ранее проданного питомника. Насколько я знаю из различных источников, порода мисс Летвидж из Беггарс-Буша близ Дублина – красно-белые сеттеры – считается самой чистой и достоверной. Смотритель мистера Ля Туша признает это. Я поговорил с этими леди об их породе. В первый раз я увидел трех собак, все красно-белые. Леди сказали мне, что это они вывели знаменитого кроваво-красного дайсеровского Дэна, и показали мне его мать – превосходную красно-белую старую суку, и добавили, что отцом был Старый Йорк, тоже красно-белый. У мисс Летвидж теперь осталась только одна собака из породы – Молодой Йорк, красно-белый, очень красивый, длинный пес с легкой головой и чудесной шелковистой шерстью. Этих собак никогда не дрессировали, а держали ради их длинной родословной. Существует сильное расхождение во мнениях относительно того, какой цвет является подлинным и настоящим у ирландских сеттеров. Могу высказать свое мнение, явившееся результатом долгих наблюдений. Самый прекрасный ирландский сеттер, какого я видел, был цвета очень темного каштана, или кроваво-красный, с незначительным оттенком черного на морде и под хвостом. Он принадлежал покойному генералу Уиндему из Коккермаус-Касла, Камберленд, который рассказал мне, что, когда он командовал войсками в Ирландии, один английский аристократ подарил ему пару собак; в то время, много лет назад, они считались самой чистой породой в Ирландии. Некоторые из них, сказал он, были очень хороши, другие – недостаточно выносливы. Я знаю, что некоторые из этого рода собак