Будни британских охотников. 1770–1870 - Владимир Ильич Пилюгин

так трудно возвращать с холмов, как собак черного окраса. Они легки в телосложении и хорошие работники, и, как говорит Джубб, „лучше вспугнуть полдюжины птиц, чем сделать фальшивую стойку“. Сложный окрас получается от черно-подпалых кобелей и черно-пегих сук…»

Рис. 252. Сеттер-гордон Кент (предки из кеннела герцога А. Гордона), завоевывавший на выставках первые места и чемпионские титулы с 1863 г. Владелец преподобный Томас Пирс из Мордена, Блэндфорд, Дорсет

Далее Лаверак пишет:

Если есть в сеттерах-гордонах более существенный изъян, так это недостаточно хорошие стойка и выносливость. Однако оставляю решать, прав ли я в своем мнении, тем, кто проверял это <…> Признаки породности черно-подпалых почти те же, что и у английского сеттера. Хвост у них короче с меньшим подвесом и не такой поднятый. Шерсть, по-моему, должна быть шелковистая и слегка волнистая, а не гладкая и совершенно черная. Подпалины цвета темного красного дерева или жженой сиены. Вокруг глаз должны ясно проглядываться ободки того же цвета; кроме того, в подпалах должны быть щеки, внутренняя поверхность ушей, горло и нижняя часть передних ног от локтей с их очесами, внутренние и задние части бедер – все надлежащим образом гармонично сочетается; также подпалы должны быть у заднего прохода и на брюхе. Некоторые не возражают против белого жабо на груди, не возражаю и я, хотя вообще его быть не должно – белого цвета вообще не должно быть. Для того чтобы придать этим собакам больше легкости, улучшить голову, сделать более выносливыми и сохранить при этом их окрас, мне кажется, их следовало бы регулярно скрещивать с красным ирландским сеттером. Говорят, что это уже сделано59.

После смерти герцога Александра Гордона в 1827 году черно-подпалых сеттеров в питомнике Гордон-Касл вязали до 1836 годаa только с сеттерами лорда Ловата и сэра А. Дж. Гордона из Клуни.

Глава 13

Первые выставки собак. 1859–1870

Многие привыкли считать, ссылаясь на запись в Племенной книге Кеннел-клуба, что выставка сеттеров и пойнтеров, проведенная в Ньюкасл-апон-Тайне в июне 1859 года, была самой первой. На самом деле первые шаги по организации показа охотничьих собак отслеживаются еще в 1770‑х годах, когда Джон Уорд, которого называют одним из «отцов» охоты на лис, стал проводить в своем поместье Сквер-Корт в графстве Кент ежегодные выставки гончих. В 1830–1850‑х годах, как сказано ранее, в Лондоне и во многих городах Англии проходили с немногочисленными участниками выставки спаниелей, борзых, мастифов, терьеров и других пород собак.

По мнению М. Уорбойса с соавторами, несмотря на то что Кеннел-клуб присвоил этой выставке статус самого раннего выставочного события, все же первым современным выставочным мероприятием должна считаться Выставка спортивных и других собак, состоявшаяся в Бирмингеме в декабре 1860 года, поскольку на ней были представлены собаки всех пород.

Изначально выставки собак в Великобритании были частью сельскохозяйственных выставок домашних животных, что позволило сразу привлечь огромное количество посетителей, вызвав интерес у всех слоев населения. Организаторы первых выставок собак в своей работе использовали личные знания и большой опыт участия во всевозможных объединениях, клубах и спортивных состязаниях, а цели, которые они ставили перед собой, были направлены в первую очередь на улучшение пород собак, демонстрацию образцовых особей и недопущение размножения дворняг, а также на образование и развлечение широких масс с учетом коммерческой выгоды.

Судить собак на выставках приглашались аристократы, джентри или богатые землевладельцы из среднего класса, которые обладали значительной властью и воспринимались общественностью как надежные и ответственные. Они не только выделяли из множества экспонентов конкретное выдающееся животное, но и идентифицировали штамм, к которому принадлежал победитель, как перспективный племенной материал и одобряли тип, к которому должны стремиться другие заводчики. Штамм и тип собаки идентифицировались с личностью заводчика.

Многие охотники, содержавшие как крупные, так и небольшие питомники, не принимали участия в выставочной деятельности, и на это у них было много причин. Одни не считали нужным выставлять своих питомцев, так как, по их мнению, оценить охотничью собаку можно только по ее работе в поле или участвуя в филд-триалсах. Другие боялись (и не без основания), что их собаки могут заразиться на выставках инфекционными болезнями или подцепить паразитов от больных животных (немаловажное значение имели плохое содержание собак и уход за ними на первых выставках в плохо приспособленных для этого зданиях). Третьих раздражало судейство и т. п. С другой стороны, выставочная деятельность давала свои преимущества – деньги (призы, продажа щенков от собак-призеров, заключение договоров на вязки) и положительный имидж владельцев собак, о которых писали газеты. Собаководы из среднего класса всеми путями стремились добиться признания своих успехов в области племенной работы. Собаки, выигравшие на выставках, превращались в коммерческий актив, особенно у заводчиков, владевших собаками-победителями, а тем более если собака удостаивалась почетного звания «чемпион». Невероятный рост стоимости собак побуждал владельцев все чаще и чаще участвовать в выставках, чтобы попытаться вернуть часть денег, которые они вложили в собаку. Однако для многих это было неосуществимо.

1859

С 29 по 30 июня 1859 года в Ньюкасл-апон-Тайне, административном центре графства Нортумберленд, в здании Кукурузной биржи прошла выставка охотничьих собак как дополнение к местной сельскохозяйственной выставке домашней птицы, проводившей свои ежегодные мероприятия с 1847 года.

Это первая и самая большая выставка собак из всех ранее прошедших как по числу представленных экспонентов, так и по количеству посетивших ее зрителей. Она была организована по образцу выставок домашнего скота и птицы. Газета The Field позиционировала выставку как национальное событие1. На ней экспонировалось 23 пойнтера и 37 сеттеров из питомников лорда Дерби, графа Даремского, графа Карлайла (мэра Ньюкасла) и других титулованных джентльменов2. Достоинства собак оценивались по их экстерьеру.

Выставка была устроена коммерсантами Джоном Шортхозом, агентом пивовара, и Уильямом Пейпом, оружейным мастером. Вход на выставку с 9 до 19 часов стоил один шиллинг, с 19 до 22 – шесть пенсов, что разделяло людей в соответствии с их социальным положением3. Судили пойнтеров Дж. Джоблинг, Т. Робсон и Дж. Г. Уолш (Стоунхендж), сеттеровa – геймкипер герцога Нортумберленда Ф. Фоулджер, геймкипер лорда Дерби Ричард Брэйлсфорд и Дж. Г. Уолш. Приз «Лучший сеттер» завоевал черно-подпалый кобель Уильяма Джоблинга из Морпета, которому была вручена знаменитая двустволка Пейпа стоимостью от 15 до 20 фунтов стерлингов, приз «Лучший пойнтер» – печеночно-белого окраса кобель Р. Брэйлсфорда.

Ричард Брэйлсфорд, вдохновленный успехами выставки в Ньюкасл-апон-Тайне, организовал в Бирмингеме Первую выставку собак. Выставка стала одним из разделов Выставки крупного рогатого скота. Она проходила 28–29 ноября 1859 года.

Судьями были Ричард Брэйлсфорд, Джордж Мур, Джон Бейли и Томас Маршалл. Экспонировались только спортивные собаки (пойнтеры, сеттеры, ретриверы, кламбер-спаниели, кокеры и другие породы) числом около 80, которых разделили на 14 классов. Сеттеры были представлены двумя типами – английским и ирландским.

На выставке вспыхнули споры относительно ценности экстерьера собаки, не связанной должным образом с ее функциями. Вустерширская газета The Era писала:

Конечно, награды возможно было присудить только за внешний вид, поскольку их ценные качества как охотничьих собак не проверялись. Таким образом, с точки зрения спорта выставку можно назвать совершенно бесполезной, так как любой спортсмен знает, что красивая с точки зрения сложения и фигуры собака в поле может быть настоящей шавкой, а уродливая – на вес золота4.

По итогам этой выставки стало ясно, что такие мероприятия пользуются успехом среди всех слоев населения и коммерчески выгодны.

Одним из событий этой выставки было создание постоянного Бирмингемского комитета