Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Она стояла и размышляла, пока Грюм не заговорил снова.

— Нет ничего, чего бы я не сделал для получения информации, которую он может предоставить. Но требуется твоё согласие. Он хочет, чтобы ты согласилась.

Нет. Нет. Никогда.

Она проглотила отказ. Ее руки сжались в кулаки, пока Гермиона не почувствовала ногти под своей кожей.

— Я сделаю это, — сказала она, не позволяя голосу дрогнуть. — При условии, что он не сделает ничего, что помешает моей способности помогать Ордену. Я сделаю это.

Грюм внимательно посмотрел на нее.

— Тебе следует больше подумать о том, на что ты идёшь. У тебя есть несколько дней. Если ты согласишься... то никому не сможешь об этом рассказать. Только после войны. Ни Поттеру, ни Уизли, ни кому-либо еще. Кингсли, Северус, Минерва и я будем единственными членами Ордена, которые будут в курсе.

Гермиона пристально посмотрела на него. В груди у нее возникло ощущение, будто что-то внутри нее сжимается и умирает, но она не позволила себе обратить на это внимание.

— Мне не нужно больше времени на размышления, — резко сказала девушка. — Я понимаю, чего от меня хотят. Чем скорее мы получим информацию, тем лучше. Я не буду откладывать ответ только из-за того, что у меня есть время подумать или испугаться своего решения, которое я уже приняла.

Грюм резко кивнул.

— Тогда я пошлю сообщение, что ты согласилась.

Убрав магические обереги с двери, он вышел, оставив Гермиону одну, чтобы она могла переварить то, на что согласилась.

Девушка не была уверена, что не сломается.

Например, что не расплачется. Сейчас это было ее самое сильное желание.

Казалось, Грюм взвалил всю войну на ее плечи.

Но также... вероятно... надежду на мир. Настолько, насколько это было возможным, чтобы чувствовать надежду после того, как она согласилась продать себя Пожирателю Смерти в качестве его военного приза.

Гермиона уже давно не чувствовала надежды.

Почему-то до самой смерти Дамблдора и даже некоторое время спустя она думала, что война будет простой и быстрой. Гарри столько раз спасался от смерти в школе. Он, Рон и она столько раз испытывали судьбу, невероятным образом избегая смерти.

Поэтому Гермиона всегда думала, что быть умной, быть хорошей... что дружбы, храбрости и силы любви достаточно, чтобы выиграть войну.

Но это было не так.

Быть умной было недостаточно. Доброта в ней превратилась в прах под тяжестью всех потерянных или разрушенных жизней, которые ничего не значили в бесконечной войне. Дружба не остановит никого от смерти, оставив тебя корчиться и кричать в агонии. Храбрость не выиграет битву, когда у твоих врагов есть множество способов навсегда вывести тебя из строя, а ты все ещё будешь пытаться взять верх над ними с помощью обездвиживания. Любовь до сих пор не победила ненависти Волдеморта.

Казалось, с каждым днем шансов на это становилось все меньше.

Гарри находился под постоянным давлением чувства вины. Он был таким худым и измученным... Гермиона боялась, что он может сломаться в любой день.

Он продолжал закрываться и все дальше уходить в себя. Смерть Дамблдора следом за потерей Сириуса, казалось, изменила его так сильно, что было ощущение, что он никогда полностью не оправится. Каждая травма или смерть кого-то из его друзей, казалось, подталкивали его немного ближе к пропасти, и он не был уверен, что сможет из нее вернуться.

Гарри цеплялся за надежду, что война каким-то образом закончится, и жизнь после этого сразу станет нормальной. Это было невозможно, но вера в это была его единственной движущей силой.

Именно он самым непреклонным образом настаивал на том, что Орден и Сопротивление никогда не будут использовать темную магию. Если они это сделают, рассуждал он, обратного пути не будет. Они будут запятнаны на всю оставшуюся жизнь. Станут такими же, как Пожиратели Смерти.

И поэтому Гермиона была вынуждена следовать за ним и за его идеями вместе с Орденом и большей частью Сопротивления. А потом смотреть, как их друзья умирают в ее больничной палате. Они полагались на Гарри. Если он впадет в отчаяние, то окончательно сломается и сдастся.

Орден отчаянно нуждался в преимуществе. Конкретной информации. Чтобы быть готовым к засадам. Или к возможности ударить по слабым местам противника. Хоть в чем-то.

Малфой мог дать им все это.

Его лично обучала Беллатриса, прежде чем умереть вместе с его матерью. Он достиг высокого ранга на службе.

И теперь он делал предложение, от которого они не могли отказаться.

От которого она не могла отказаться.

Он явно знал это, ведя себя как король, требующий дани.

Потому что он был очарован ею...

Она задумалась над этим.

Если бы Северус не подтвердил это, Гермиона бы никогда не поверила в такое.

Желая отомстить за свою мать. Прося о помиловании. Требуя ее сейчас и после войны. Какой из его мотивов был истинным? Хоть какой-то из них вообще был правдой? Или он хотел обмануть их, играя в свою игру?

Его мать умерла больше года назад в результате несчастного случая, с ней также погибла Беллатриса Лестрейндж. Пожиратели смерти пытались схватить Гарри и Рона, когда те бежали из поместья Лестрейндж. На самом деле ни одна из сторон не была виновата в случившемся. Если бы ее смерть положила конец верности Малфоя, это должно было случиться еще тогда. Но прошёл год. И он использовал потерю своей тети — заняв ее место, — чтобы подняться еще выше, наращивая силу и мощь.

Однако желание помилования казалось до нелепого странным. Если только не было каких-то невероятных шансов, о которых она не знала... Вероятность того, что Орден может выиграть, была в лучшем случае ничтожной.

Значит, из-за нее? Возможно, он ненавидел ее больше, чем она думала. Или желал...

Гермиона содрогнулась от отвращения и попыталась отогнать эту мысль, прежде чем взять себя в руки и заставить себя остановиться и обдумать ее.

Если желание получить ее было его мотивацией... эта возможность зависела не только от ее согласия. Как только он овладеет ею однажды, а может быть, и несколько раз, она ему надоест.

Возможно, для него это было просто игрой.

Притвориться шпионом и получить шанс поставить ее на колени. Зная, что она поползёт за ним, если это будет означать спасение Гарри. Спасение Ордена. А потом, когда он получит то, что хочет... он вернётся назад. Швырнёт ее в сторону и будет смотреть, как они все умирают.