Ботаника антрополога. Как растения создали человека. Ёлки-палки - Станислав Владимирович Дробышевский

большинства сосудистых растений. Экологически чрезвычайно важен Sargassum; несколько его видов, например, S. natans, создают уникальную экосистему Саргассова моря – единственного моря без берегов (вернее, его берега как раз и определяются распространением водорослей), а по совместительству – Бермудского треугольника. Древние деревянные корабли при несильном ветре вполне могли застревать в сплетениях саргассов, а моряки в портовых тавернах затем взахлёб плели байки про гиблые моря. А меж тем, в недрах Саргассова моря обитает масса существ, завязанных на саргассы: креветки, крабы, рыбы и морские черепахи. Многие из них едят водоросли, живут на водорослях, прячутся в водорослях, очень убедительно изображают из себя водоросли, возможно, даже чувствуют себя водорослями, а после гибели и проворота колеса обмена веществ закономерно становятся водорослями.

В северных морях экосистема часто также завязана на бурые водоросли. Например, у берегов Командорских островов – Медного и Беринга – бурыми водорослями питались морские стеллеровы коровы Hydrodamalis gigas – самые большие сирены, достигавшие по крайней мере 7,5 м длины и 3,5 т веса. В рацион этих уникальных животных входил десяток видов бурых водорослей, в том числе из родов Laminaria, Alaria, Nereocystis, Macrocystis, Cymathere и Agarum. При этом ареал стеллеровых коров до последнего почти идеально совпадал с ареалом каланов. Дело в том, что каланы питаются морскими ежами, а морские ежи – бурыми водорослями; получается, каланы были самыми эффективными уничтожителями единственных конкурентов морских коров. Неспроста, между прочим, аларию полую Alaria fistulosa (она достигает 41 м длины) иначе называют бобровой капустой – именно в честь «морских бобров» – каланов, которые, казалось бы, сами морскую капусту не едят, но прочно привязаны к ней через морских ежей. Промышленники пришли на берег Тихого океана за соболями, а дальше за каланами вдоль островов отправились до Америки. Последний рывок был крайне сложен, так как снабжение пушных экспедиций, несмотря на ценность добываемых мехов, оказывалось слишком уж накладным. И тут‐то как нельзя кстати на пути встретились стеллеровы коровы: одной зверюги хватало на прокорм 45 человек в течение двух недель. Именно морские коровы позволили преодолеть морские дороги вдоль Алеутских островов на восток и Курил на юг. С 1743 года до конца века 42 компании послали 92 промысловые экспедиции, запасавшиеся мясом сирен на Командорских островах. Кроме морских коров, промышленники истребляли каланов (собственно, ради них они сюда и плыли), отчего плодились морские ежи, съедавшие значительную часть бурых водорослей, отчего морские коровы начинали голодать и гибнуть. Потому не странно, что за каких‐то 27 лет с момента открытия гигантские сирены были уничтожены ненасытными моряками. Примечательно, что ареал морских коров непрерывно уменьшался и до появления злобных промышленников: на Алеутских островах, Аляске, в Британской Колумбии и Калифорнии их ещё раньше истребили алеуты и индейцы. Собственно, на Командорских островах животные дольше всего сохранялись только потому, что там не было постоянного населения, и только до того момента, как люди добрались и сюда. Между прочим, как минимум в неолите, а иногда и позже какие‐то аборигены таки доплывали на эти острова, судя по орудиям из обсидиана, песцовым капканам с зубьями из раковин Dentalium и изделиям из костей всё тех же сирен. После исчезновения морских коров бурые и прочие водоросли вокруг Командорских островов несказанно разрослись, что в итоге привело к застою прибрежных вод, «красным приливам» и заморам всего живого, включая моллюсков, морских ежей и каланов.

БОТАНИЧЕСКИЕ ИСТОРИИ

Не только морские животные потребляют морские водоросли. Совсем странная ситуация сложилась на самом северном из Оркнейских островов – Норт-Роналдсей у берегов Шотландии. Островок махонький – 7 квадратных километров, земли тут очень бедные. Нынче тут живёт всего 70 человек. В прошлом их было несколько больше, так как они занимались пережиганием водорослей на соду; но после появления нормального химического производства в конце XVIII века местный промысел стал никому не нужен. А шотландские фермеры чрезмерно прижимистые, они крайне ценили дефицитную почву и разгородили все приличные места заборами; вдоль же побережья воздвигли каменную стенку высотой в рост человека и длиной в сорок километров. А вот кому не осталось места на немногочисленных лужках, так это овцам, которых привезли сюда всё те же крестьяне как минимум пять тысяч лет назад. Бедных овечек уже тогда выселили на мерзко-холодное побережье, где было много камней, чаек и водорослей. И вот, бродя среди тюленей, несчастные копытные с голодухи стали жевать выброшенные волнами водоросли. За пять тысяч лет метаболизм овец перестроился настолько, что они уже не способны есть нормальную траву. На узкой прибрежной полосе нынче пасётся примерно шестьсот таких уникальных короткохвостых овечек. Между прочим, водорослевая диета радикально изменила даже вкус мяса овец, сделала местную баранину заранее посоленной и замаринованной. Видимо, следующий логичный эволюционный шаг овцы сделают в морские пучины, полюбят нырять и купаться рядом с нерпами и дельфинами, сменят копыта на ласты, отрастят спинные плавники и станут рогатыми аналогами стеллеровых коров.

Кроме морских коров и морских ежей, регулярно питаются морской капустой и белые медведицы Ursus maritimus, несмотря на свою, казалось бы, чрезвычайную хищность. Делают это именно медведицы, ведь медведи-самцы крупнее и злее, а потому занимают самые богатые рыбой и тюленями места и прогоняют бедных самок в голодные области. Иногда мишки даже ныряют за водорослями.

ДЛЯ ПУЩЕЙ ТОЧНОСТИ

Биоценоз – сообщество живых организмов, которых в первом приближении можно разложить на элементы – консорции, состоящие из эдификатора и консортов. Эдификатор – организм, создающий или серьёзно меняющий биоценоз; бурые водоросли как раз являются их наилучшим примером. Соэдификатор – организм, умеренно изменяющий биоценоз. Ассектатор, или консорт – организм, слабо влияющий на биоценоз, занимающий в нём подчинённое положение и зависящий от эдификаторов; всяческие рыбки-улитки-крабы саргассовых лесов – лучшие примеры консортов.

Придуманы и другие умные слова для обозначения взаимоотношений организмов в экосистемах. Виолент – конкурентно мощный организм; многие бурые водоросли являются однозначными виолентами. Патиент – организм, выносливый к неблагоприятным условиям. Эксплерент, или рудерал – организм, быстро реагирующий на нарушения биоценоза, быстро и пионерно захватывающий свободные пространства; часть бурых водорослей, несомненно, является эксплерентами.

Бурые водоросли мощнейшим образом повлияли на человеческую цивилизацию. Для начала, они съедобны, а поскольку к тому же очень велики и продуктивны, целые культуры строились на питании морской капустой. Особенно актуальны бурые водоросли в Китае, Корее и Японии, где народ издавна лопал комбу Saccharina japonica, вакамэ Undaria pinnatifida, хиджики Sargassum fusiforme и араме Eisenia bicyclis. Питательная ценность у такого жмыха невелика, зато морской травы всегда вдоволь, а ещё можно успокаиваться тем, что в водорослях много макро- и микроэлементов, например, йода. Для рисоводов с крайне бедной диетой это чрезвычайно важно.

БОТАНИЧЕСКИЕ ИСТОРИИ

Уже в XX веке на бурые водоросли как