Правило №1: Не влюбляться в начальника - Альма Смит

Но Тарас вдруг начал смеяться. Тихо сначала, потом все громче. Я никогда не слышала, чтобы он так смеялся.

— Что? — растерянно спросила я.

— Да так, — он вытер глаза.

— Вы со мной спорите до хрипоты, как будто я ваш заклятый враг. А потом — бац! — и тут же устраиваете потоп. В вас есть какая-то разрушительная сила, Анастасия.

Мне стало смешно тоже.

— Это не я! Это чашка сама упала!

— Конечно, конечно, — он все еще улыбался.

— Это закон подлости. Подождите, я принесу тряпку.

Он ушел и вернулся с бумажными полотенцами. Мы вдвоем стали на колени и начали вытирать воду.

— Знаете, — сказал он, пока мы возились на полу, — я сейчас подумал… Вы очень изменились с тех пор, как пришли.

— В каком смысле? — насторожилась я.

— В хорошем. Раньше вы меня боялись. А теперь вот спорите со мной и даже посуду за мной швыряете.

— Я не швыряла! — возмутилась я, но поняла, что он шутит.

— Шучу, — он улыбнулся.

— Мне нравится, что вы не боитесь. Мне с такими людьми работать интереснее.

Мы закончили убирать и снова сели за стол. Но рабочее настроение куда-то улетучилось.

— А вы сами всегда были таким? — спросила я его.

— Таким… уверенным в себе?

— Нет, — он покачал головой.

— Конечно, нет. Когда я только начинал, я боялся всего. Делал кучу ошибок.

— Правда? — мне было трудно в это поверить.

— Абсолютно. Однажды я на совещании у генерального директора так растерялся, что перепутал все цифры в отчете. Иван Петрович тогда чуть меня не уволил.

Я смотрела на него с широко открытыми глазами. Неужели и он когда-то был таким же, как я?

— И что вы сделали?

— Что сделал? — он усмехнулся.

— Две недели работал почти без сна, чтобы все исправить. И понял одну важную вещь. Ошибки — это нормально. Главное — их признавать и сразу чинить. И никогда не сдаваться.

Он посмотрел на меня, и его взгляд стал серьезным.

— Именно поэтому я и взял вас. Я увидел в вас себя. Того молодого идиота, который готов был горы свернуть, лишь бы доказать, что он чего-то стоит.

От его слов у меня перехватило дыхание.

— Я… я не знала.

— Теперь знаете, — он встал и потянулся.

— Ладно, на сегодня хватит. Идите домой.

Я стала собирать вещи. В голове крутились его слова. Он видел во мне себя. Он верил в меня.

Когда мы вышли из офиса на улицу, была уже ночь. Он спросил:

— Вам в какую сторону?

— К метро, — показала я.

— Я вас провожу.

— Не надо! — испугалась я.

— Я сама.

— Темно уже. Провожу, — сказал он так просто, как будто это было самое обычное дело.

Мы пошли. Было тихо. Фонари отбрасывали длинные тени.

— Спасибо вам, — сказала я наконец.

— За все. Что не дали тому Вадиму меня растоптать. Что верите в этот проект. Что… что верите в меня.

Он посмотрел на меня. При свете фонаря его лицо казалось мягче.

— Вы этого достойны. Вы много работаете. И у вас горят глаза. Это дорогого стоит.

Мы дошли до входа в метро. Он остановился.

— Ну все, — сказал он.

— Добирайтесь аккуратно.

— Спасибо, — снова сказала я.

— До завтра.

Я уже хотела уходить, как он окликнул меня.

— Анастасия!

— Да? — обернулась я.

Он помолчал секунду, как будто выбирая слова.

— Мне тоже нравится с вами работать. Очень.

И прежде чем я что-то успела ответить, он развернулся и пошел прочь. Я стояла и смотрела ему вслед, пока он не скрылся за углом.

Вся дорога домой я думала об одном. Он сказал «очень». Не просто «нравится», а «очень нравится». И для меня в этих словах было больше смысла, чем в тысяче других.

Я шла и улыбалась как дура. Потому что понимала — это уже не просто работа. И не просто отношения начальника и подчиненной. Что-то между нами изменилось. И изменилось навсегда.

Глава 12. Командировка: одна проблема за другой

Настал день командировки. Я стояла в аэропорту с маленьким чемоданом и огромным нервным напряжением. Мы должны были лететь в Питер на важную встречу с потенциальными партнерами. Всего на два дня. Но эти два дня мне казались вечностью.

Тарас подошел ко мне ровно за час до вылета, как и договаривались. Он был в своем обычном деловом костюме, но без пиджака, на руках — только ноутбук.

— Вы готовы? — спросил он, оглядывая мой скромный багаж.

— Да, — кивнула я, стараясь звучать уверенно.

— Все документы проверены, презентация перепроверена десять раз.

— Отлично. Тогда пошли регистрироваться.

Мы прошли регистрацию и уселись в зале ожидания. Я нервно перебирала паспорт и посадочный талон.

— Вы когда-нибудь были в Питере? — спросил Тарас, чтобы разрядить обстановку.

— Нет, никогда. Все как-то не получалось.

— Красивый город. Если бы у нас было время, мог бы вам показать кое-что. Но, увы, график плотный.

Началась посадка. Мы заняли свои места в самолете. Я сидела у окна, Тарас — рядом в проходе.

Когда самолет взлетел, я невольно вцепилась в подлокотники.

— Боитесь летать? — удивился он.

— Немного, — призналась я.

— Ничего. Это безопаснее, чем ездить в метро. По крайней мере, здесь нет турникетов, — он улыбнулся.

Я фыркнула, несмотря на страх.

— Вы никогда не забудете про тот турникет, да?

— Никогда, — его глаза смеялись.

— Это мой коронный аргумент.

Полет прошел спокойно. Мы немного поговорили о работе, о проекте. Атмосфера была легкой, почти дружеской.

Когда мы приземлились в Питере и вышли к ленте выдачи багажа, начались проблемы.

Мы ждали. Ждали долго. Пассажиры нашего рейса разобрали свои чемоданы и разошлись. А наш багаж все не появлялся.

— Что-то не так, — нахмурился Тарас.

— Может, просто задержался? — наивно предположила я.

Мы подошли к стойке сотрудницы аэропорта. Та проверила наши багажные квитанции и нажала несколько кнопок на компьютере. Ее лицо стало сочувствующим.

— У меня неприятные новости, — сказала она.

— Ваш багаж, к сожалению, был погружен на другой рейс. В Магадан.

Мы с Тарасом переглянулись.

— В Магадан? — не поверил он.

— Как это возможно?

— Бывает, — развела она руками.

— Системный сбой. Будем разбираться. Багаж прибудет обратно в Питер через… ну, примерно через двое суток.

— Через двое суток? — чуть не взвыла я.

— Но мы улетаем завтра вечером!

— Мы можем доставить ваш багаж в Москву позже, — предложила она.

Тарас тяжело вздохнул. Было видно, что он с трудом сдерживает раздражение.

— Хорошо. Оформляйте все документы. Настя, пошли. Нам нужно найти здесь хоть что-то до завтра.

Мы вышли