Дело № 36/3. Пошлые розы - Милана Шторм

Сатиры почти не восприимчивы к алкоголю, поэтому для него этот стакан совершенно безопасен.

– Говорят, ты трахаешься с нашей кошечкой, – Кларк выпивает половину содержимого своего стакана и подмигивает Томасу. – Поосторожнее с ней. Не вздумай втрескаться. Ты же знаешь, что кошки не умеют любить.

– Не вздумаю, – неприязненно ворчит Томас.

Он даже не знает, что именно внушает ему отвращение: грубое словечко, истина про кошек или запах козла. Ему хочется оказаться подальше от Кларка. Сатир – неплохой парень, пожалуй, он намного честнее и добродушнее своего сменщика – кобры, по имени Джонс, но именно его простодушность раздражает больше всего. Он не знает, когда нужно промолчать. Вести с ним разговоры нужно очень аккуратно. Потому что содержание этого разговора может потом оказаться на слуху всех посетителей «Черной Луны».

– Скучно сегодня здесь, – бурчит Кларк. – Давно не видел, чтобы было так пусто…

Томас делает еще один глоток. Пустой желудок ворчит, в ожидании еды. Где его порция мяса?

Будто услышав его мысли, из кухни выходит разносчица с подносом. Бахнув тарелку возле Томаса, она ведет своим сплющенным носиком, и на ее лице появляется тщательно скрываемое отвращение.

Томас усмехается. Она – кролик, неудивительно, что у нее отвращение к шакалам. Хотя, работает же она как-то с Джонсом…

Запах мяса дурманит разум, и Томас вгрызается в него.

– Слу-у-ушай, Томас, а давай ты за столиком будешь это делать, а? – просит Кларк. – Ты, конечно, хороший парень, особенно для шакала, но лично меня от запаха падали тошнит.

– А как же слухи? – с удовольствием прожевывая еду, спрашивает Томас.

– Да какие там слухи? – отмахивается Кларк. – Ты что, не видишь? Пустота сегодня. А перед этим я три дня из дому не выходил: жена приболела. Джонс работал.

Томас кивает, берет тарелку и отправляется за столик возле возвышения, где обычно танцует Марла. Пожалуй, он может назвать его своим любимым.

Кошка, одевшись, присоединяется к нему, когда мясо уже почти заканчивается. Она тоже не питается падалью, и ее слегка вздернутый носик морщится, но она изо всех сил пытается скрыть отвращение.

– Принести тебе еще выпить? – спрашивает она.

Томас кивает.

– Желательно, добавить в выпивку твоей чудодейственной настойки, – улыбается он.

– Добавлю, – подмигивает Марла. – Я не хочу, чтобы ты начал чихать в самый ответственный момент!

Она возвращается, когда он уже расправляется с мясом. Ставит возле него бокал с коктейлем и стопочку с настойкой. Себе она приносит бокал вина.

– Зачем ты здесь? – спрашивает она.

Томас хмурится.

– Странный вопрос. «Черная Луна» открыта для всех Тварей.

– Я не спорю. Вот только я знаю о тебе кое-что. И я не глупа. Ты приходишь сюда только тогда, когда тебе нужна информация. А точнее, информация нужна им. Тем, с кем ты работаешь.

Томас делает глоток.

– Возможно, – спорить не имеет смысла. – Но если бы я не работал с полицией, твоя сестра могла быть сейчас мертва. Ты помнишь?

Марла хохочет.

– Ты еще не понял? – сквозь смех выдавливает она. – Мне плевать! Даже если бы ты и твои друзья не спасли мою сестру, я бы все равно помогала тебе. Что случилось в нашем славном городе на этот раз?

Томас усмехается.

– Убили леди Эйзенберт… богатую вдову из знати. Скорее всего, кто-то из нас. Кто-то из Тварей. И… она была из тех, кто участвовал… она работала с танцующей.

Марла утробно рычит.

– Ты хочешь сказать, что вы ищете убийцу этой мрази?

– Марла…

– Я разочарована, шакаленок…

– Послушай…

– Нет. Не буду. Она заслуживала смерти. И я не буду помогать искать убийцу. Я сама его найду. И сделаю все, что он захочет!

Настает черед Томаса рычать. Он вскакивает из-за стола, огибает его и хватает Марлу за плечи, заставляя подняться.

Он сам не знает, что больше его злит: то, что кошка не хочет помогать, или то, что она готова отдаться убийце, кем бы он ни оказался.

Она – проститутка. Он всегда это знал.

– Больше никогда не приходи ко мне, – грубо толкнув ее, он бросает на стол деньги и выходит из «Черной Луны».

… гул Термитника раздражает его. Он чувствует себя брошенным щенком, которого изваляли в куче дерьма.

Он же знал, что это не навсегда. Марла ему нравилась, и только. Он просто пытался заменить ею Киру. Ему просто хотелось казаться хоть кому-то нужным.

Но Марла – всего лишь кошка.

Он медленно идет вдоль бесконечных домов Термитника, чувствуя в душе пустоту. Кира исчезла, а он… он переживает из-за того, что поссорился со шлюхой.

Он медленно идет по узким улочкам Термитника, стараясь не думать ни о чем. Забыть. Не слышать. Не чувствовать ничего. Термитник никогда не спит, именно поэтому его гул слышен ночью даже в Спирали.

Томас – часть Термитника, он здесь родился, здесь он и умрет.

Он – всего лишь жалкий шакал, которому повезло стать частью нечто большего. Частью Призрачных Теней.

Но Тени… Кира… не сможет дать ему главного.

Любви.

Он влюблен в нее, но он – Тварь. Она же… Он чувствует, что она испытывает к нему. Он знает, что она внушает самой себе, будто тоже в него влюблена. Но она – человек.

Томас останавливается и смотрит на затянутое тучами ночное небо.

Он чувствует себя преданным.

И предателем.

Кира и Джек исчезли, а он переживает из-за проститутки.

Какая же он мразь…

Термитник гудит, поэтому он не слышит стука каблучков, а настойка череды и ромашки приглушает аллергию. Он понимает, что Марла пошла за ним, только тогда, когда ее руки обвивают его талию со спины.

Кошка утыкается носом ему в спину и глубоко вздыхает.

– Прости, – шепчет она. – Я погорячилась.

– Я тоже, – отвечает он.

Повернувшись к ней, он обнимает ладонями ее лицо и жадно целует в губы, пытаясь раствориться в чувстве облегчения.

Марла целует его в ответ, но недолго. Очень быстро она отстраняется и говорит:

– Пойдем к тебе. Я хочу кое-что рассказать. Леди Эйзенберт и ее друзья убили много детей. Некоторые из них были Тварями. И я знаю несколько семей, которые очень сильно хотят отомстить верхушке этого города. Может… может, это кто-то из них.

Томас кивает. Он обнимает кошку за плечи, и они шагают вперед.

Он все еще нужен этой кошке. И осознание этого делает его почти счастливым.

Капитан

Оставшись у двери в морг, Капитан дождался, пока Томас и Мэри покинут переулок Последних Снов, отсчитал еще