Наследник - Людмила Семенова

не вижу выхода! Давай просто доживем до утра и не будем портить себе настроение! Зато ты, возможно, навсегда запомнишь этот Новый Год. И когда через много лет будешь праздновать с женой и детьми, я хоть на мгновение приду к тебе снежинкой или ветерком…

Ян быстро поднялся и взял со стола бокал, в котором был темно-красный сок. Пара капель выплеснулась на скатерть, но юноша не обратил на это внимания, поднес его Снежане и сказал:

— Выпей все и повтори про себя то, что ответила мне, — «я очень хочу жить, Ян!»

— Это типа как желание загадать? — усмехнулась Снежана. — А как же записать, сжечь листок, смешать пепел с шампанским и вот это все?

— Некогда, — отрезал Ян. — Главное сила желания, а не атрибуты!

Снежана недоверчиво взглянула на парня, но покорилась. И по глазам Ян понял, что желание было высказано ее душой, пусть и наперекор рассудку.

— А теперь собирайся, — добавил он и начал торопливо одеваться. Снежана испуганно замерла, и ему пришлось легонько тряхнуть ее за плечо.

— Мне нужно вступить в контакт со Старцем, — пояснил Ян, — а для этого придется кое-куда уехать. Не бойся, там нас поддержат!

Глаза Снежаны расширились от ужаса, и она прошептала, вцепившись в его руку:

— Не смей, Ян! Ты все равно мне не поможешь, зато сам пропадешь! Что тогда будет с твоим отцом, с сестрой?

— Отец не простил бы мне трусость, Снежана! Кроме того, мои предки заключили союз с богами мертвого мира, которые в дружбе со Старцем. Поэтому у меня есть основания считать, что он не сожрет меня еще с порога…

Ян без предупреждения крепко поцеловал Снежану в губы, затем подтолкнул к двери и еле дождался, пока она влезет в куртку и сапожки. Потом он вызвал такси, и через час они прибыли к гостинице. Там Яну сразу не понравился царивший тусклый полумрак и серая аура, похожая на дым, которых не замечали постояльцы.

Не выпуская руку Снежаны, он быстро приблизился к тому месту, где они с сестрой недавно украшали елку, и яростно стукнул по колену:

— Так я и знал!

Снежана с удивлением всмотрелась в дерево с уныло обвисшими ветвями, пожелтевшей и осыпавшейся хвоей. Все украшения исчезли, а снег вокруг елки растаял и осталась лишь размокшая черная земля.

Ян сразу распознал следы магии Сэйд и собственной сестры, которые, впрочем, уже спешили ему навстречу. У лесовицы, уставившейся на Снежану, лицо было перекошено яростью, Кайса же смотрела на брата и обиженно, и робко.

— Что она здесь делает? — крикнула Сэйд. — И ты проваливай, раз предал нас, оставайтесь там, где кувыркались весь вечер! Здесь не дом свиданий с человеческими девками!

— Вот это скажи своим собратьям! — усмехнулся Ян. — А еще ответь, по какому праву вы портите людям праздник? Постояльцы-то чем виноваты?

Сэйд хотела что-то ответить и сжала руку Кайсы, которая уже рвалась навстречу брату. Но тут из-за угла вышел Хейкки и направился к Яну так быстро, как только мог с больной ногой. Сату шла за ним, чуть отставая, ее лицо было бледным, зеленые глаза тревожно блестели.

— Здравствуй, молодой Велхо, — сказал он спокойно, — и тебе доброго вечера, дева. Не беспокойтесь, эти две красавицы сейчас наведут порядок, и елка станет краше прежней. А своему сыну я уже задал взбучку, сидит теперь тише воды ниже травы.

— Трусишка Илмари, — тихо съязвила Сэйд, но домовой, и бровью не поведя, добавил:

— А нам с тобой, Ян, стоит поговорить серьезно.

— Конечно, я готов, — ответил Ян, крепче сжав ладонь Снежаны. Но Сату поманила девушку к себе и сказала:

— Твоей подруге, Ян, лучше остаться здесь, будем все вместе наряжать елку. Не бойся, за порядком я присмотрю!

— Можно? — тихо спросила девушка у Яна, и он кивнул. Рядом с домовинкой Снежана была в безопасности, да и обе ревнивицы заметно успокоились.

Хейкки тем временем привел Яна на кухню и выслушал все, что тот узнал от Снежаны. При упоминании Северного Старца домовой тихо промолвил:

— Да уж, эту встречу я вовек не забуду! Может, Старец и пощадит тебя за заслуги предков, но чего ты намерен добиться? Если он отпустит твою Снежану, то погибнет другая девушка, а ее родители с братцем так и будут бесчинствовать. И ты уверен, что она в последний момент не переметнется на их сторону?

— Уверен, — заявил Ян. — А что до других жертв… Я постараюсь на этот раз переломить ход вещей, а потом… Неужели нельзя искоренить этот дикий обычай? Пусть все духи добывают себе пищу охотой, а не получают на блюдечке, в этом будет хоть какая-то справедливость!

— Ох и мечтательный же ты! — невесело улыбнулся Хейкки. — А справедливо ли, если вместо одной принесенной в жертву девушки Старец сожрет пять или десять пойманных людей? Он ведь и больше может! Так что нет никакой справедливости, Ян, но вот любовь есть! И тут я ничем тебе возразить не могу: ради Сату сам костьми бы лег.

— Ты вправду меня не осуждаешь? — робко спросил Ян.

— За что? Из-за нашей лисицы? — прищурился домашний дух. — Да выбрось из головы, будто ты в чем-то виноват! Ты человек, Снежана человеческая девчонка, и все это правильно. Когда буря внутри уляжется, Сэйд поймет и еще станет тебе толковым помощником и другом. Впрочем, ты и сейчас можешь взглянуть!

Хейкки поманил Яна к окну, и тот увидел, как елка вновь осветилась волшебными огоньками, отражающимися в стеклянных шарах и крупинках нового снега. И алая звезда вернулась на место, подбадривая своим светом и маня к потустороннему неискушенных новичков.

А Сэйд и Кайса еще сохраняли суровый и недоверчивый вид, но Снежана явно их не боялась и с детской радостью любовалась елкой. Сату наблюдала за ними с улыбкой, и заметив Яна за окном, одобрительно подняла большой палец вверх.

Глава 10

В сопровождении Хейкки и Сэйд Ян доехал на отцовской машине до леса, в котором, по словам Снежаны, жрецы всегда оставляли девушек. Сама она сидела рядом с ним и с тревогой глядела в окно, будто ожидала увидеть разъяренных родителей.

Сэйд наматывала рыжие пряди на свои пальцы и шепотом проговаривала какие-то заклинания. Яну казалось, что она пошла с ними из жажды