Дело в ридикюле - Анна Лерн

— Я глубоко ошиблась в вас, Адель. Ваша любовь эгоистична. Вы думаете только о своих чувствах, совершенно не представляя, какой ад вы создаете для человека, который вам дорог. Вы толкаете его в пропасть. Вы позволяете ему разрушать себя, вместо того чтобы проявить силу и принять единственно верное решение — отступить, — ледяным тоном произнесла графиня, и у меня от лица отхлынула кровь. — Вы не Кессфорд, Адель, вы не понимаете, что это значит.

— Вы говорите, я не понимаю, что значит быть Кессфордом? Возможно. Но я знаю, что значит быть человеком с принципами. И, кажется, принципы Эммануила очень похожи на мои. Он не хочет прятаться. Он хочет стоять за тех, кто ему дорог. А это, ваше сиятельство, по-моему, и есть истинная сила. Не в том, чтобы подчиняться страху перед осуждением, а в том, чтобы иметь смелость жить по совести, — процедила я, сдерживая гнев. — Какой толк от всех этих устроенных браков аристократов? Поломанные жизни? Это несчастные люди, создающие видимость семьи. А за этой мишурой прячутся отвращение и боль, которые порой приводят к страшным последствиям.

Говоря это, я вспоминала Алисию, Марию и несчастную леди Шетленд. Во мне всё бушевало от ярости.

Леди Лэйкер ничего не ответила. Она резко развернулась и вышла из подсобки. Я же опустилась на стул, испытывая жуткое опустошение. Ничего… Пусть переваривает. Слезливые речи о благородстве и жертвенности не для меня. Я и так в своей жизни многое потеряла, чтобы идти у кого-то на поводу.

Глава 78

В дом графа я возвращалась в дурном настроении. Слова графини Лэйкер не выходили у меня из головы. Да, в чём-то я была согласна с ней. Но жертвовать своей жизнью, своими чувствами не собиралась. Зачастую все эти жертвы абсолютно напрасны.

А в особняке Шетлендов меня ждал сюрприз. Я вошла в гостиную и растерянно остановилась, глядя на Иви, держащую на руках ребёнка лет двух. Судя по чепчику, это была девочка. Тёмноволосая, с глазками бусинками, малышка настороженно рассматривала непривычную для неё обстановку.

— Адди! Ты только посмотри на это чудо! — воскликнула Иви, поднимаясь мне навстречу. — Правда, она прелестна?

— Очень… Но чей это ребёнок? — удивлённо поинтересовалась я. — У вас гости?

— Нет. Сегодня утром граф поехал в Бамонс, где в последнее время жила Мария и узнал, что у неё есть дочь, — понизив голос, ответила подруга. — С некоторых пор малышка находилась у родственников покойного мужа Марии. Её зовут Дорита.

— Шетленд забрал малышку в свой дом? — во мне затеплилась надежда, что граф всё-таки не держит зла на свою сестру.

— Да. Она будет жить с нами, — с улыбкой кивнула Иви. — Марии требуется лечение… И, увы, не тела, а души… Его сиятельство сказал, что как только женщина оправится от болезни, он пригласит самых лучших специалистов.

Да, это было правильным решением. Мария нуждалась в душевном исцелении, но оно могло помочь лишь в том случае, если бедняжку разрушили не до конца.

— Шетленд уже говорил с ней?

— Пытался. Но Мария остро реагирует на его присутствие… — тяжело вздохнула подруга. — Это будет долгий и нелёгкий путь.

— Главное, что твой будущий муж решился пройти его, — я с улыбкой посмотрела на малышку, которая сосредоточенно наблюдала за нами. — Дорита, знаешь, что ты красавица?

— Хлеб… — девочка протянула ручку, сжимая и разжимая пальчики. — Хлеб…

— Она постоянно просит хлеб. Хотя её уже покормили, — тихо сказала Иви. — Посмотри, у неё полные кармашки.

Я перевела взгляд на карманы старого серого платья, надетого на девочку. Они топорщились от спрятанных кусков. Господи… ещё одна израненная душа…

И вот как после этого нормально относиться ко всем рассказам о правильности выбора, репутации фамилии, жертвенности ради… Ради чего?

— А где его сиятельство? — я про себя отметила, что Иви очень гармонично смотрится с ребёнком на руках. Наверняка, она будет хорошей матерью.

— Уехал к Кессфорду. Но обещал вернуться к ужину, — подруга отдала девочку горничной. — Как прошёл твой день?

— Ужасно, — скривилась я, но потом всё же улыбнулась. — Меня пытались отговорить от брака с маркизом.

— Кто? — брови Иви подскочили выше оправы очков.

Но ответить я не успела, из холла послышались голоса, и через несколько минут в гостиную вошли Шетленд, маркиз и леди Аннабель.

— Адель! — она первая подошла ко мне и обняла. — Я так рада видеть вас!

— Я тоже рада, ваша милость, — искренне ответила я. Но в душе всё равно вспыхнул огонёк сомнения. Что, если сестра Эммануила не знает некоторых нюансов? Её отношение ко мне может кардинально измениться. Но переживала я зря.

— Позвольте мне поздравить вас, дорогая, — мягко произнесла баронесса. — Брат рассказал мне, что вы пока неофициально, но помолвлены.

Мой взгляд метнулся к маркизу, и он тут же подошёл к нам.

— Аннабель всё знает. Не волнуйся.

— Да уж… Перед тем, как отправиться прочищать мозги племяннику, леди Лэйкер побывала и у меня, — сестра Кессфорда закатила глаза. — Я с трудом выдержала этот разговор и сразу сказала тётушке, что категорически не согласна с её мнением. Потому что не считаю, что происхождение и тем более слухи должны определять чьё-то будущее. Ну и что же, что общество может шептаться? Графиня застряла в прошлом с её представлениями о «достойной партии». А мир меняется, и люди меняются вместе с ним. Честно говоря, я считаю, что вы, Адель, будете для Эммануила гораздо лучшей партией и поддержкой, чем любая другая леди с безупречной родословной, но пустой головой.

После слов Аннабель напряжение внутри меня немного спало. Её слова звучали искренне. Да и иметь такого союзника в лице сестры маркиза — это бесценно.

За ужином Кессфорд рассказал, что мужчина со шрамом, который напугал меня в кондитерской, покинул город. Люди видели, как он покидает Логред сегодня рано утром.

— Но осторожность всё равно не помешает, — маркиз нежно сжал мою руку под столом. — Я предупредил констебля. Да и мои люди сейчас в Логреде. Адель, тебе нужно перебраться ко мне. Поступим, как его сиятельство с леди Баллихан. Ты вполне можешь жить в моём доме на правах официальной невесты. Завтра же я размещу в газетах объявление о нашей помолвке и распоряжусь, чтобы мой поверенный сделал то же самое в столице.

* * *

Лорд Ланкастер стоял на пороге гостиничного номера, брезгливо морща нос. Запах алкоголя он почувствовал сразу, как только горничная открыла дверь.

— Госпожа Делор, к вам посетитель, — громко сказала