По дороге в Рай - Джордж Пусеп

Гога сел и стал наблюдать, как та молча что-то записывала в медицинскую карту. «Интересно, — подумал он и усмехнулся про себя. — Посмотрим, куда эта ниточка тянется». Психиатра Гога посещал раз в жизни — когда ему было пятнадцать и он впал в детскую депрессию. А вот почему Кирочка настояла, чтобы он оказался здесь именно сейчас, было непонятно. Записав имя, доктор спросила:

— Какого вы года рождения?

Гога усмехнулся.

— В свидетельстве о рождении говорится пятидесятого. Что касается меня, то я уверен, что 1965-го, — рассмеялся «пациент». — Не знаю, чему верить — бумаге или себе.

Доктор бросила на него быстрый взгляд, и тень улыбки проскользнула по ее губам.

— Остроумно. Лучше верьте фактам.

— Хорошо, — улыбнулся Гога. — Приму мудрый совет.

Доктор продолжила с вопросами. Через несколько минут ее лицо стало еще более серьезным, а голос раздраженным.

— Скажите, пожалуйста, Георгий Борисович, почему вы пришли? Вас действительно что-то беспокоит?

Гога пожал плечами и сделал простецкое лицо.

— Да нет. Супруга попросила. Переживает за меня. Сказала, мне необходимо провериться.

Положив ручку на стол, доктор посмотрела Гоге в глаза и встала.

— Господин Пусеп… Не тратьте, пожалуйста, свое и мое драгоценное время. Конечно, за то, что супруга беспокоится, честь ей и хвала. Но с вами все в порядке. До свидания!

— Ох! — тихо воскликнул Гога, приподняв брови. Встал, улыбнулся, поблагодарил и вышел из кабинета.

По дороге домой Кира не унималась.

— Ну?! Ну?! Что она сказала?!

— Ничего, — спокойно ответил Гога. — Все нормально.

— Как это нормально? — удивилась Кира.

— Так. Разве ты не рада? — ухмыльнулся Гога и посмотрел на нее.

— Конечно, рада. Ноо… я не понимаю… — сказала Кира и о чем-то задумалась.

На следующий день она полыхала от негодования.

— Не могу поверить! Вот дура! Представляешь? Этот психиатр никакой не психиатр! А просто какой-то психолог, ничего не понимающий в психиатрии! Ужас какой-то! Мне посоветовали, и я поверила! Надо было самой все проверить!

— Кир! Ты хотела — я пошел. Все!

— Я еще разберусь с этим так называемым психиатром! Аферистка!

Конечно, интерес Кирочки к Гогиному психическому состоянию не имел ничего общего с заботой о здоровье, а преследовал совсем другую цель. Но это станет понятно лишь позже.

После попытки с психиатром

Говорят, люди не меняются. Гога был другого мнения. В лучшую сторону — это, пожалуй, исключение. А вот в худшую — меняются достаточно часто.

Кира не успокаивалась. После первой неудачной попытки с психиатром придумывала все новые причины, по которым Гоге надо обязательно обследоваться. Его психическое состояние может плохо влиять на детей… Гога уже не обращал внимания. Еще в Америке он задумывался — как глупо подносить все на блюдечке с голубой каемочкой людям, которые ничего не ценят. Не знают, сколько сил и времени было вложено в это. Такую ошибку он совершил с Сандрой. И сейчас повторял с Кирой. «Главное же, найти дойную корову, и жизнь наладится!»

Кира даже не задумывалась, сколько надо было знать, чтобы «устроить» ей например, грин-карту. По статье «Эмигрант с экстраординарными способностями». По той же статье, по которой получили ее Эйнштейн и Элтон Джон. Но Кирочку это не впечатлило. Вместо того чтобы поблагодарить, когда пришло письмо с подтверждением, она его тогда просто демонстративно разорвала со словами:

— Не нужна мне твоя долбаная грин-карта! Можешь засунуть ее себе сам знаешь куда!

Правда, потом она это письмо склеила. Но без театрального жеста обойтись не смогла.

Конечно, было бы несправедливо говорить о Кире как о монстре. Потому что это не так. Она обладала всеми человеческими качествами, которые мы так ценим. Могла быть смешной и непосредственной. Даже наивной. Обидевшись, могла заплакать, как маленькое дитя. Она не была ленивой и любила порядок. Никто не умел сложить вещи или убрать квартиру, как делала это Кирочка. И уж сложно найти человека, который мог бы так упорно идти к намеченной цели. Все это в ней было и заслуживало уважения. Но проблема возникала, когда надо было ответить на вопрос: «А зачем я это делаю? Сделает ли оно меня счастливой?» Или когда надо было просто проявить порядочность и сострадание. Эти качества в ней давно умерли. Или она закопала их где-то глубоко внутри. Заморозила. Как замораживают мясо в морозилке. Когда она сделала себе «операцию на сердце» (как определил это Гога), она его разделила на две части. Ту половину, которая могла плакать и переживать, она закопала. Нашла маленький гробик и поставила на него крышку, забив гвоздями. А ту, другую, с которой решила идти по жизни, сделала холодной и черствой, как камень. Правда, были моменты, когда та, первая, хотела вырваться. Но Кирочка, совладав с собой, отправляла ее обратно, так и не дав ей слово. Ну, кроме редких случаев.

Леша-бандит и Георгий Победоносец

Как-то зайдя в ресторан Дома кино, Гога увидел своего знакомого, Лешу. Леша, по рассказам, был бывшим бандитом, который во время сидки уверовал в Бога и стал одним из лучших иконописцев Москвы. Еще из прошлой жизни у него были разные «цацки», которые в свое время он скупил у «властителей земли советской» и теперь распродавал за сравнительно небольшие деньги. Увидев Гогу, Леша подошел к столу с белым пластиковым пакетом в руке.

— Привет. Как жизнь молодая?

— Катится. Только не знаю куда, — усмехнулся Гога.

Леша рассмеялся.

— У меня тоже когда-то катилась. Но сейчас вроде бы перестала. Слушай! Есть золотые часы. Могу дать за тридцать процентов от стоимости, — с этими словами Леша протянул каталог и указал на картинку.

Посмотрев, Гога подумал: «Деньги есть. Полторы тысячи вот уже несколько дней как валяются в кармане. Почему бы и нет? Золото всегда золото».

— Я бы купил.

— Вот и прекрасно! — обрадовался Леша. Вытащил белую коробку с часами и положил на стол.

— Не пожалеешь. Всего шесть штук. Долларов, конечно.

Часы впечатлили. Золотые, с необыкновенно красивой гравировкой. Concord.

— Беру! Но у меня с собой только полторы штуки.

— Не проблема! Остальное потом отдашь.

— Может быть, я сейчас дам задаток, а когда остальное, тогда и часы.

— Бери! Такие, как ты, кидаловом не занимаются! По глазам вижу. Да и от меня не убежишь. Ха-ха-ха!

Прошло несколько месяцев. Гога вновь оказался в ресторане Дома кино, где опять встретил Лешу.

— Привет.

— Привет.

— Ну, доволен часами?

Гога одобрительно кивнул, подняв большой палец.

— Супер!

— Вот и хорошо. Да! Совсем забыл. У меня для тебя кое-что есть.

Леша вытащил из кармана старинную бронзовую иконку Георгия Победоносца.

— Это тебе.

— Леш… — неуверенно посмотрел