Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

Таким образом, явно имелись силы, которые хотели бы предъявить «четверке» обвинения уголовного характера. Это могло вызвать цепную реакцию, поэтому выдвиженцы стремились не допускать такого развития событий.

Вопрос о «едином фронте»

Вопрос о «едином фронте», об отношении правящей политической партии в КНР к «демократическим партиям и организациям», вопрос об отношении к относительно многочисленным и играющим определенную роль в китайском обществе «демократическим деятелям» и к представителям бывших эксплуататорских классов, выходцам из семей бывших эксплуататоров, безусловно, становился актуальным в рассматриваемый период. Он имел при этом как внутренний, так и международный аспект.

Внутри страны речь шла о том, чтобы успокоить эти слои населения, проводить такую политику, чтобы у них был «выход», чтобы они могли надеяться на то, что их потомкам не придется быть изгоями в китайском обществе. Кроме того, и сами «демократические деятели», а также бывшие эксплуататоры хотели, чтобы им была гарантирована спокойная жизнь, работа, определенное участие в общественной и политической жизни.

Международный аспект этой проблемы также становился все более актуальным в связи с курсом на развитие связей со странами Запада, на сближение с ними, на привлечение для создания сильного Китая средств от китайцев, проживавших за рубежами КНР.

Таким образом, налицо были многочисленные проблемы. Они находили свое решение на практике, при этом различные политические силы внутри КПК использовали этот вопрос в своих интересах, напоминая, в частности, о ситуации как до «культурной революции», так и во время нее.

Например, указывалось на то, что Чжоу Эньлай выступал против попыток Линь Бяо и «четверки» распустить организацию «единого фронта», НПКСК, и входящие в него демократические партии. Чжоу Эньлай в этой связи заявлял, что «культурную революцию надо довести до конца, однако работу с единым фронтом нужно продолжать». Из этого следовало, что Мао Цзэдун проводил и в этом вопросе двойственную политику, акцентируя в зависимости от практических потребностей то одну, то другую сторону своей позиции. Чжоу Эньлай отражал мнение Мао Цзэдуна. В то же время Линь Бяо и «четверка» тоже отражали позицию Мао Цзэдуна. Мао Цзэдун одновременно хотел и осуществлять «классовую борьбу» против «буржуазии» и против сил, которые входили в «единый фронт», но считались «буржуазными», и не допускать исчезновения, по крайней мере номинально, этих сил, которые олицетворяли «классового врага».

Хотя на практике НПКСК не мешал Мао Цзэдуну, однако он думал в данном случае прежде всего о перспективах внешней политики КНР, об установлении и укреплении связей со странами Запада, о привлечении поддержки, в том числе финансовой, как с их стороны, так и со стороны зарубежных китайцев, о предстоявшем, с его точки зрения, решении сянганского, аомэньского и тайваньского вопросов, которые должны были решаться в условиях сохранения в КНР такого органа, как НПКСК. Имея в виду все эти перспективы, Чжоу Эньлай, отражая мнение Мао Цзэдуна, и говорил о том, что «культурную революцию надо доводить до конца, продолжая работу с единым фронтом».

На деле никакой работы с «единым фронтом», естественно, не велось; права, привилегии членов НПКСК в определенной степени ущемлялись[320], хотя НПКСК формально продолжал существовать.

Представляется, что выдвиженцы пытались в 1978 г. использовать этот вопрос для того, чтобы подкрепить свои позиции.

С одной стороны, они были согласны осудить Линь Бяо и «четверку» за неправильную линию в отношении «единого фронта» и его организации. С другой, они напоминали о том, что до начала «культурной революции» Чжоу Эньлай выступил против идеи организации «социалистического единого фронта». Дело в том, что, как утверждали выдвиженцы, некоторые работники отдела единого фронта ЦК КПК, находясь под влиянием Лю Шаоци, предлагали «в течение пяти лет ликвидировать классы» в КНР, заявить, что все население Китая состоит только из трудящихся, и как следствие — снять ярлык потомка эксплуататорских классов с десятков миллионов людей. Они предлагали реорганизовать демократические партии в социалистические партии и таким путем создать «социалистический единый фронт». Иначе говоря, так называемые демократические партии и организации сохранялись бы; изменились бы только их названия; они, по мысли Лю Шаоци и его сторонников, должны были бы превратиться или быть объявлены социалистическими демократическими партиями. Возможно, при таком развитии событий Лю Шаоци и другие получили бы возможность утверждать, что на этапе социализма в КНР сохраняется многопартийная система. Эта ситуация давала бы возможность, как, очевидно, представлялось Лю Шаоци, иметь более разветвленный и комплексный механизм общественной и общественно-политической жизни в КНР, который контролировал бы деятельность различных слоев китайского общества. Возможно, Лю Шаоци принимал во внимание и то обстоятельство, что КПК не могла вобрать в себя всех, кто так или иначе хотел бы участвовать в политической и общественной жизни.

Одним словом, и Лю Шаоци, и Мао Цзэдун хотели сохранять так называемый «единый фронт».

Однако Лю Шаоци хотел перевести его в категорию «социалистического института», в часть «социалистической надстройки»; собственно говоря, даже в часть многопартийной системы в КНР при социалистическом строе. Это была линия на демократизацию общественной жизни в КНР, на отказ от классовой борьбы.

Мао Цзэдун полагал, что в его интересах сохранять и подчеркивать именно «демократический», все еще не социалистический, а по существу, якобы буржуазный или буржуазно-демократический характер этого института, этого «единого фронта». Это была линия на сохранение тезиса о классовой борьбе, как определяющего жизнь в КНР.

Защищая взгляды Мао Цзэдуна, Чжоу Эньлай в свое время заявлял, что «полная ликвидация буржуазии является многотрудной исторической задачей всего периода социализма, которая ни в коем случае не может быть решена в течение всего лишь нескольких лет». Чжоу Эньлай, как всегда, следуя вплотную за Мао Цзэдуном, противился тогда линии Лю Шаоци на объявление КНР социалистической страной с вытекавшими в то время из этого теоретическими и практическими последствиями.

Чжоу Эньлай, далее, подчеркивал, что выдвижение лозунга «социалистического единого фронта» является недопустимым, ибо создание такого фронта сужало бы рамки «единого фронта». Представляется, что это надуманный аргумент, хотя и весьма типичный для мышления Чжоу Эньлая, который часто использовал парадоксы при защите позиций Мао Цзэдуна. В данном случае речь шла не о широком «едином фронте», а, по мысли Лю Шаоци, о принципиальной оценке вопроса о классах и о классовой борьбе в КНР.

Чжоу Эньлай в этой связи также говорил: «Лишь пролетарская политическая партия является социалистической партией. В нашей стране есть только одна социалистическая партия, а именно КПК. Мнение о том, что демократические партии могут превратиться в социалистические партии, ведет лишь к затушевыванию классовых противоречий,