Забытые чувства - Ана Эм

угодно говорить о том, что сделает своей меня королевой, ключевое слово все равно «своей». Ни один мужчина не согласится иметь рядом с собой по-настоящему равного партнера, и Адриано Мартинелли не исключение. Таков наш мир. И он не изменится.

– Я стану твоей, Адриано Мартинелли, только если ты встанешь передо мной на колени.

Его улыбка становится шире.

– Если мне не изменяет память, я уже стоял перед тобой на коленях.

Из меня вырывается смешок. Серьезно? Он намекает на наш секс в душе?

– Мы оба знаем, что я имею ввиду не это.

Он опустился тогда на колени только для того, чтобы заявить на меня свои права. В любой другой ситуации в нашем мире, опуститься на колени значит покориться, признать власть другого человека над собой. Он этого не сделает. А я никогда не соглашусь на меньшее. Больше нет.

Ты изменилась.

Да. Я перестала думать о смерти. Сейчас я…Все упирается в одно – я босс Короны. У меня есть все, чтобы отомстить и защитить сестер. Я не откажусь от этого ради любви. Не тогда, когда знаю, что она закончится, как только вскроется правда. Я все еще намерена защитить его, намерена пойти до конца. Но не готова сражаться за нас. Не готова рисковать всем ради того, кто не готов рискнуть всем ради меня.

Поверь в него.

В том то и проблема. Я не могу просто поверить. Мне нужны доказательства. Мне нужно что-то, за что можно ухватиться.

– Встань передо мной на колени, Адриано Мартинелли. – произношу у его губ. – И я признаю, что принадлежу тебе.

Он усмехается, и я отнимаю руку, отстраняясь.

Из-за угла вдруг раздается характерный шум. Удары. Крики. Ругательства.

Драка.

Мы с Адриано рефлекторно напрягаемся.

Только бы не Бьянка. Только бы не Бьянка.

Переглянувшись, выходим на освещенную улицу.

Вот черт.

Это не Бьянка. Эдда. Я замираю на месте при виде ее окровавленной губы. И что еще хуже, рядом с ней стоит Мартинелли, а четверо парней стонут у ее ног на земле.

Дарио окидывает нас недвусмысленным взглядом и тут же ухмыляется. Я снова смотрю на сестру, ее поза кажется мне неестественной – она обнимает себя руками так, словно пытается унять дрожь. Эдда не дрожит. Вообще никогда.

– Что здесь происходит? – спрашивает Адриано, как только мы подходим к ним.

Дарио пожимает плечами и достает сигарету из своей пачки.

– Небольшая проблемка. – бросает взгляд на тротуар. – Но я уладил.

Подхожу к Эдде, в чьих глазах теперь стоят слезы. Она вдруг бросается ко мне и крепко обнимает, шепча на ухо:

– Антонио с Бьянкой уехали.

Слава богу. Если бы Бьянка встретилась с Дарио, а Адриано с Антонио…

– Ты в порядке, Эдда? – интересуется Адриано.

– Эдда? – удивляется Дарио с сигаретой во рту. – Эдда Эспасито?

Сестра отстраняется от меня, всхлипывая, и кивает.

– Я в порядке. – отвечает она дрожащим голосом.

Вау. Не знала, что она умеет так играть. Из нас четверых только Елена занималась подобным.

Дарио переводит странный взгляд с меня на Эдду и обратно. В его голове будто что-то не сходится. Но честно говоря, мне плевать. Главное, чтобы в голове Адриано все сходилось, как надо.

– Мы поедем. – бросаю я братьям, чтобы не вызывать еще больше вопросов.

– Я подвезу вас. – тут же предлагает Адриано, но я отказываюсь.

Эдда быстро передает мне ключи от своей машины, припаркованной рядом с тротуаром, и забирается на пассажирское кресло.

– Я возвращаюсь в Нью-Йорк послезавтра. – вдруг выпаливает Адриано.

Все, что у меня получается сделать – это кивнуть. Затем я обхожу машину и сажусь за руль. Правильно. Пусть уезжает. Расстояние между нами сейчас просто необходимо. Так будет лучше. Будет. Я знаю это, но в груди все равно возникает это болезненное ощущение…

Как только мы отъезжаем от здания клуба, Эдда выпрямляется в кресле и спокойно вытирает слезы с щек. Так, будто всего навсего поправляет макияж.

– Гребанный Майкл де Винтер. – ворчит, проверяя разбитую губу.

– Что произошло?

Она раздраженно выдыхает.

– Я подъехала, а там на входе этот придурок. Художник один, мерзкий тип. Мы сцепились языками, он замахнулся, и в этот момент Дарио вышел на улицу. Пришлось подставить лицо и притвориться…

Адриано

– Они вообще не похожи. – продолжает возмущаться Дарио, когда мы подходим к моей машине. – Доминика, она такая…Доминика. А эта бедняжка даже не пыталась остановить того ушлепка, понимаешь?

Понимаю. Это и мне показалось странным. В конце концов она ведь убила человека. Хотя тогда на помолвке она вполне могла быть просто в шоке, да и к тому же она защищала сестру. По опыту знаю, защищать себя и защищать близких – не одно и тоже.

Но что если я что-то упускаю?

Неужели Карлос Эспасито обращался так жестко только с Доминикой? Быть этого не может. Да и тогда за ужином и Бьянка, и Эдда вели себя примерно так же, как и Ника. Не выказывая страха. Не склоняя головы.

Черт возьми, до чего я докатился? Неужели я теперь сомневаюсь в каждой женщине? Нужно завязывать с этим дерьмом.

– Они такие разные. – размахивает руками Дарио и снова затягивается сигаретой. – В жизни не подумал бы, что они сестры.

Он выдыхает дым и выбрасывает окурок, качая головой.

– Твою мать, какое разочарование.

– Почему? – спрашиваю, когда мы садимся в машину.

– Я думал…ты же сказал, что сестры Эспасито отличаются от других девушек.

Да, сказал. И все еще в этом уверен.

– Кстати, – вдруг переключается брат, подмигнув. – Как прошли переговоры? Их босс согласился встретиться?

Ах, да. Та брюнетка. Не запомнил ее имени, но она последнее связующее звено с боссом Триады. Только поэтому я и терпел ее прикосновения. Черт, эта дамочка вообще не знает о личных границах. Более того, она почему-то решила, что раз встреча нужна мне, значит, она может лапать меня, как ее душе будет угодно. Нет. Не может. Именно это я и собирался ей сказать ровно в ту же секунду, как увидел Нику с тем мудаком. Поверить не могу, что он снова сбежал от меня. Нужно прихлопнуть ублюдка, пока она не попросила не делать этого. Вряд ли смогу ей отказать. Черт, да я же почти на колени встал. Если бы не Дарио, я бы опустился перед ней на колени прямо там, в том гребанном проулке. Лишь бы услышать, что она, блядь моя. Теперь это моя цель номер один. Если кому-то и под силу поставить меня на колени, так это Доминике Эспасито.

– Да. – бросаю брату. – Босс Триады согласился встретится со мной.

25

Доминика

Глушу машину на парковке перед